раз попыталась оправдаться, однако настойчивая серая мышь меня нагло перебила:
– Настоящая подруга!
– Думай, как знаешь, – плюнула я напоследок, больше не желая слушать весь этот радостный бред.
Димасик пока решил скрыть ото всех нашу с ним затею, сделав в последствии сюрприз. Не буду же я подставлять шефа, сейчас раскрывая все карты двум самым заядлым сплетницам нашей редакции? Эти балаболки разнесут новость со скоростью света, желая со всеми поделиться важной информацией, так сказать, из первых уст.
Проще махнуть рукой и забить – человеческая тупость непробиваема, увы. Хочется им думать, что это месть с моей стороны за подругу – да ради Бога, кто против. Мне-то уж точно без разницы, кто и что думает по этому поводу.
Знала бы я тогда, чем обернется моя напоследок небрежно брошенная фраза – следила бы за словами, однако тогда вещи уже стояли на пороге упакованные, сестра ждала моего приезда с нетерпением, и желание разубеждать Варвару отсутствовало напрочь.
Я с безразличием в голосе попрощалась с коллегами и вышла из кабинета…
– Это обычное задание, Маш, – уплетаю за обе щеки клубничное варенье своей любимой тети и запиваю теплым чаем.
Боже, как вкусно! Такое чувство, что года два не ела нормально. А всему виной мои переживания, нервы и, как следствие, бессонница с регулярным недосыпанием. Вот сейчас завалюсь в кровать, а уже с утра подумаю, как решить поставленную задачу.
– Бедный Златан, – продолжает смеяться сестра на пару со своим мужем, который замер в проеме дверей, оперся о косяк и сложил руки на груди, наблюдая полвечера за нашей с Машулей идиллией.
Несмотря на то, что сестры мы двоюродные по материнской линии, в реале мы всегда считали себя родными. Друг за другой горой, когда кто-то из взрослых ругал одну из нас, мой неизменный авантюризм и извечное спокойствие Маши – в общем, даже ссориться у нас не получалось.
– Переживет, – подмигиваю и цокаю языком, продолжая жевать крупные клубничины, наслаждаясь долгожданной встречей с родным человеком. Когда бы еще нам довелось с сестрой полвечера провести за пустой болтовней? – Ему не привыкать женщин менять, как перчатки. О, Боже, Маша! – наблюдаю, как моя собеседница кривится, в глубине души не одобряя моей затеи, но в то же самое время готова мне помочь. – Да он через неделю даже не вспомнит моего имени!
– Дело не в этом, – машет рукой сидящая напротив девушка, но я понимаю ее без слов.
По взгляду и намекам. Потому что и сама так считаю. Однако упрямство у меня в крови – да и заднюю включать уже поздно.
– То есть, ему можно использовать девушек, забывая на утро их имена, а мне разочек, – откашливаюсь, специально делая небольшую паузу, – нет? Так сказать, исключительно в профессиональном плане?
– И никакой мести? – Маша приподнимает одну бровь, хотя заранее знает правильный ответ.
Но если ей так хочется, то мне не трудно и повториться.
– Не смеши меня, – хмурю брови, всем своим видом показывая, что это чушь несусветная. – За кого мстить, за Варвару? Эту серую мышь без мозгов?
– Ладно, уговорила, – фыркает в ответ моя сестренка с улыбкой на устах. – Статья, так статья – ты же знаешь, я всегда на твоей стороне. С жильем-то я тебе помогу, только как ты попадешь в отель?
– Засада, – печально вздыхаю, так как не подумала над этим вопросом раньше.
Вакансий свободных нет, причем никаких. Даже уборщица – и та не требуется в отель “Lados”.
И что прикажете делать?
– Еще какая, – повторяет за мной Мария, видимо, уже предпринимая до этого попытки решить мою проблему.
– Могу помочь, – наш диалог прерывает мужской голос, и мы с Машей поворачиваем головы в сторону ее супруга, приподнимая обе брови вверх.
Немой вопрос, который читается в наших с сестрой глазах, и вполне конкретный ответ:
– Я знаком со Златаном Драгошем.
Чувствую, это точно судьба – прямо никуда от нее и не сбежишь!
Глава 8
– Я чего-то не знаю? – Маша первой отмирает, прерывая затянувшуюся паузу. – Откуда ты знаком с этим мажором?
– Не такой уж он мажор, – усмехается Виталик, подходя к столу и усаживаясь на свободный стул. – Очень толковый парнишка, кстати. По крайней мере, бизнес ведет грамотно, хоть и достался он Златану, считай, на халяву.
С последним утверждением даже спорить не имеет смысла – легко жить на всем готовом, прожигая миллионы, заработанные твоим папой. На самом деле, тяжело потом это “готовое” удержать на плаву. А если еще и капитал приумножить получится – то я сильно ошибаюсь насчет Златана.
Может, стоит к парню присмотреться получше?
– Так знаешь ты его откуда? – не унимается моя сестренка, приступая к допросу с пристрастием со всей ответственностью. – По бабам вместе шлялись? – прищуривается, на что ее супруг лишь закатывает глаза.
– Даш, ну скажи ей, чтобы глупости не говорила, – хоть Виталик и проявляет недовольство, по глазам видно, ревность жены радует его неимоверно.
– Говорю, – киваю в подтверждении своих слов. – По бабам не шляется – это факт. Только ты с темы не спрыгивай, – теперь настает моя очередь слегка надавить на любимого родственника. – Драгоша откуда знаешь?
– Три года назад настраивал в его отеле систему безопасности, – усмехается Виталик, сначала глядя с весельем на меня, а потом уже строго на Марию, которая, по ходу, сейчас заведется не на шутку. – Даже не начинай! – машет рукой ее супруг, предотвращая надвигающуюся катастрофу. – Мы с тобой тогда знакомы не были, и я там только работал, никаких загулов.
Моя сестренка сопит, смешно раздувая ноздри, а я любуюсь их крепким союзом. Вот это, я понимаю, любовь – милые, родные и такие счастливые. И как тут не позавидуешь – в хорошем смысле этого слова? Особенно когда Виталик целует супругу, второй раз за вечер клянется, что никаких баб и в помине не было, а Машуля в ответ лишь фыркает. Ревнует, значит любит – так, кажется, говорит народная молва? Не то чтобы Мария не доверяла Виталию, просто держит супруга, как она всегда повторяет, в тонусе.
“Чтобы не расслаблялся”, – извечная любимая фраза моей сестренки.
Но все и так прекрасно видят, что кроме Машки и их маленькой полугодовалой прелести Алисы, которая сейчас тихонечко сопит в своей кроватке, Виталику никто не нужен.
Потому что вот она, любовь, о которой пишут в книжках.
И которая в моей жизни куда-то запропастилась.
– И ты можешь меня устроить к Драгошу в отель горничной? – я приподнимаю одну бровь, произнося фразу чуть громче, чем обычно, чтобы влюбленные голубки обратили на меня свое драгоценное внимание.
– Попробую, – пожимает плечами Виталик. – Хоть и не разделяю твоего азарта.
– Ты
