— Я же говорил, будет тебе приказ.
— Значит, завтра?
— Да. Выезд в девять утра. Посмотри еще раз машину. Нам не хватало только застрять где-нибудь по дороге.
— Сделаю.
— Хорошо. Я иду отдыхать. Станцию в мою комнату. Утром заберешь ее.
— Понял.
— Можешь зайти через полчаса. Этого времени мне хватит, чтобы принять душ.
— Да, Нури.
Сабих усмехнулся и заявил:
— Ты умеешь быть вежливым и послушным.
— Дисциплинированным.
— Это одно и то же.
Сабих обошел Джамара, прошагал в комнату, отведенную ему.
Через полчаса Джамар принес спутниковую станцию.
Сабих дождался, когда он ушел, и набрал номер Дагара.
Тот ответил сразу:
— Слушаю тебя.
— Вопрос по поездке решен окончательно. Завтра мы осмотрим город, потом поедем в Афрани через населенные пункты Будри и Варке.
— Это хорошо. Защита от патрулей продумана?
— Да, господин майор. Меня удивляет одно обстоятельство. При постановке задачи никто не довел до меня факт о наличии у Джамара двоюродного брата в Афрани. Только благодаря Висаль мне удалось выяснить это. Похоже, Джамар не очень-то желает работать на нас. Пока его удерживает жена, но нет никакой гарантии, что это продлится долго.
— Ты считаешь, что Баха Джамар представляет для нас угрозу?
— Да. Вполне возможно, что в ближайшее время он сдастся курдским боевикам. Вероятность предательства велика. Я считаю, что это произойдет, когда он станет свидетелем первых результатов нашей акции.
— Твое предложение?
— Оно может быть только одно, господин майор. От Джамара надо избавляться.
— Он в твоем подчинении, но не в нашем департаменте. Решение по устранению агента принимать не нам.
— Это по устранению, господин майор. Но от несчастного случая не застрахован никто.
— Это так, Нури. Однако, убрав Джамара, ты лишишься надежной базы. Твое пребывание в доме вдовы вызовет подозрение. Подобные отношения неприемлемы для курдов.
— Я не говорю о немедленном устранении Джамара. Это дело надо подготовить и провести совместно с Висаль.
— Ты рассчитываешь на то, что женщина пойдет на убийство собственного мужа? — с немалым удивлением спросил Дагар.
— У них очень сложные отношения. Возможно, когда-то Висаль и была счастлива с Бахой, но не сейчас. Теперь жизнь с ним тяготит ее. В том числе и тем, что в связи с болезнью мужа — какой именно, мне выяснить не удалось — Висаль не может рожать. Уйти от него ей тоже нельзя. Я уверен в том, что она поможет мне.
— Вполне возможно. Ведь Висаль твоя сестра.
— Формально да, но не по крови.
— Не в этом ли причина твоего решения об устранении Джамара?
— Что вы имеете в виду, господин майор?
— То, что ты сам не против жить с этой женщиной вовсе не как с сестрой. Только говори честно, Нури.
— Признаю, это тоже есть. Но в первую очередь важна потенциальная опасность, которая исходит от Джамара.
— Хорошо, я обсужу твое предложение с полковником Банадиром. При его одобрении тебе надо будет отработать Джамара в ближайшие дни, подготовить к этому Висаль. Сможешь? Успеешь?
— Я займусь этим завтра.
— Когда у тебя выезд?
— В девять утра.
— Свяжись со мной в восемь тридцать. Я сообщу решение полковника.
— Да, господин майор.
— Нам очень важно, чтобы ты оставался в Хамене.
— Я могу снять квартиру, дом, комнату.
— Ладно, это решаемо. У меня вопросов нет. У тебя?
— Никак нет!
— Тогда до связи, Нури.
— До связи, господин майор.
Сабих отключил станцию и задумался:
«А не переоценил ли я разлад в этой семье? Может, Висаль все устраивает? Нет, женщина, довольная своей семейной жизнью, ведет себя по-другому».
Сабих проснулся в семь утра, вышел в коридор и направился в туалет. По пути он стал невольным свидетелем ссоры супругов. Гость остановился и стал слушать.
— Я же вижу, как ты смотришь на этого турка! — упрекал женщину Джамар.
— Я смотрю на него как на брата, каковым он и является.
— Какой брат? Тебя подобрал отец Нури. Ты страдала в их доме, пока не познакомилась со мной.
— Да, я страдала, а потом полюбила тебя. Это была самая большая ошибка в моей жизни. Потом все чувства прошли. Если бы я знала про твою болезнь и о том, что ты совершенно не подходишь мне как мужчина, то никогда не вышла бы за тебя замуж. К сожалению, я не могла это предвидеть.
— Но ведь ты узнала все в первую же ночь. Почему же не вернулась к полковнику Сабиху? Он мог бы все утрясти, да еще и меня сгноить в тюрьме как курдского сепаратиста. Но нет, этого не произошло. Ты не ушла. Причина в том, что я был нужен вам. Твой полковник уже тогда желал завербовать меня.
— Ты не отказался.
— Я слишком любил тебя. Да и теперь люблю. Ты же ненавидишь меня. Но разве я виноват в том, что болен? Я не знал об этом, когда забирал тебя.
— О своем бессилии в постели ты тоже не знал?
— Многие люди не подходят друг другу, но остаются вместе, находят выход из этой ситуации. Почему бы нам не попробовать жить по-другому?
— Если ты о сексе, то не стоит. Я не приму твоих ласк. Тех, которые ты имеешь в виду. Не смогу.
— Конечно, когда рядом турок.
— Повторяю, он мой брат.
— Ты смотришь на него как на мужчину, на самца.
— Он и есть мужчина, в отличие от тебя.
— Не забывайся, женщина! Ты моя жена, и я могу наказать тебя.
— А то, что ты предал свой народ, ни о чем не говорит?
— Ты смеешь угрожать мне?
— Смею! Но не надо кричать. Ты не сумеешь напугать меня. Мы можем договориться спокойно.
— Интересно, о чем? О том, чтобы я отпустил тебя с этим названым братом?
— Хотя бы об этом. Для тебя это неплохой вариант. Мы отработаем задание, получим деньги. Впрочем, на счету в Катаре у тебя и так лежит вполне приличная сумма. Давай разойдемся и покинем эту страну. Ты найдешь себе другую женщину, которая не страдала бы о том, что не может родить и ничего не получает в постели. Такие есть, их немало. Особенно среди тех, кто живет в нищете. Я устрою свою жизнь так, как хочу. Зачем нам мучить друг друга, Баха?
— Не будет этого! Слышишь меня?!
— Не кричи, еще раз прошу. У нас с тобой все закончилось, Баха. Мне жаль. Тебе тоже. Я же понимаю, как ты страдаешь. Но все, хватит. Лучше подумай о будущем, о своей новой жизни.
— Мне и думать нечего. Я не отпущу тебя. Если мне суждено погибнуть, то и тебе тоже.
Гостю было слышно, как вздохнула Висаль.
— Жаль. Я пойду готовить завтрак. Будь проклят тот день, когда я встретила тебя, — проговорила женщина.
Сабих быстро вернулся в комнату, подождал, пока по коридору прошла Висаль. Выдержав паузу, он вновь вышел в коридор, из него — во двор.
Джамар нервно курил сигарету.
— Салам, Баха! — как ни в чем не бывало поприветствовал его Сабих.
— Салам! — буркнул в ответ несчастный муж и выбросил недокуренную сигарету в траву.
— Что-то не так, Баха?
— Какое тебе дело?
— Как это какое? Нам работать вместе. Мне нужен человек, сосредоточенный на деле.
— Я в порядке. Сейчас отгоню машину к знакомому механику, пусть еще раз проверит ее. На обратном пути заправлю бак хорошей соляркой. Ведь ты же сам приказывал, чтобы внедорожник был в порядке.
— Ничего не имею против.
— Подъеду к завтраку.
— Не задерживайся без необходимости. Выезд в город ровно в девять часов.
— А если механику придется что-то регулировать или менять?
— Ты же недавно проверял машину.
— Я сказал «если».
— Тогда найди способ сообщить мне о задержке. Придется ждать. Но лучше избежать этого.
— Да. Я поехал.
— Удачи!
Сабих проводил «Ниссан» Джамара, быстро привел себя в порядок и пошел на кухню, где Висаль готовила еду.
Она повернулась на шаги за спиной и сказала:
— Завтрак через полчаса, Нури.
Сабих подошел к ней.
— У меня мало времени, Висаль.
— Ты о чем, Нури?
— Я случайно слышал твой разговор с мужем.
— Случайно ли?
— Да, случайно. Но я рад, что услышал его.
Женщина изобразила удивление и спросила:
— Ты рад, что я несчастна?
— Я рад тому, что ты несчастна с Бахой.
— Неплохо. Веский повод для радости.
— Слушай меня.
— Слушать? Ты что-то хочешь сказать мне? — Глаза Висаль блестели.
— Да, я хочу что-то сказать тебе, пока Бахи нет дома.
— Он разве куда-то ушел?
— Уехал проверять машину. Мы на весь день покинем дом.
— Говори, слушаю.
— Буду прям, Висаль. Ты несчастна с Бахой, и тебе нравлюсь я.
— Не слишком ли самоуверенно, братец?
— Не перебивай! Я нравлюсь тебе, ты — мне. Это я понял только сейчас, вернее, по приезде к вам. Тебе не подходит Баха, а я вполне подойду. Он болен, я здоров. Мы могли бы жить вместе. Не в этой Сирии, проклятой Всевышним, а в благополучной Турции. Там, где ты уже жила в давние времена, когда была девочкой.
