службы и преподавания К.П. Победоносцев привлекался к законотворческой деятельности. В Государственном совете с 1857 года шло обсуждение проекта устава гражданского судопроизводства. Делопроизводство обсуждения вел помощник статс-секретаря департамента гражданских и духовных дел Государственного совета С.И. Зарудный. Для анализа представленного проекта он старался привлечь учёных-правоведов, способных оценить его достоинства и недостатки. Осенью 1859 года Сергей Иванович переслал Константину Петровичу Победоносцеву «Проект устава гражданского судопроизводства». В декабре того же года К.П. Победоносцев вернул С.И. Зарудному этот документ с замечаниями и пометками. В некоторых отделах замечания были сделаны почти по каждой статье. Иногда они касались только редакции, но нередко и существа дела. Причём многие замечания были написаны в крайне резком тоне. С.И. Зарудный не скрыл от К.П. Победоносцева своего удивления этим. Константин Петрович объяснил ему письмом, что присланные ему из Петербурга для замечаний законопроекты не соответствуют потребностям страны, но выражают пренебрежение бюрократии интересами народа, и он протестует против этого всеми силами своей души, потому что опасается, что эта бюрократическая тина и его может засосать и что в вопросе жизни быть или не быть нельзя обойтись без любви и нет возможности обойтись без негодования.
Результатом такого объяснения стало то, что С.И. Зарудный начал привлекать К.П. Победоносцева для критики и других проектов нормативных документов. С просьбой об отзыве на те или иные законопроекты обращалось к нему и Министерство юстиции. Константин Петрович стал приобретать в правительственных кругах репутацию глубокого аналитика и жёсткого критика законодательных инициатив.
В начале 1860-х годов К.П. Победоносцев состоял членом комиссий, готовивших проекты документов для знаменитой судебной реформы Александра II. Император рекомендовал привлечь к данным работам «преимущественно юристов, коих замечания не только на основаниях науки, но и на практике основанные, могут быть в сем случае весьма полезны». В июле 1861 года К.П. Победоносцев получил из Главного управления Министерства юстиции распоряжение «о командировании для участия в составлении проекта нового судопроизводства России» и уже в сентябре в газете «Наше время» (№ 30) было опубликовано сообщение о том, что в комиссию по судебной реформе приглашены Д.А. Ровинский, Н.А. Буцковский и К.П. Победоносцев как приславшие «лучшие проекты».
В декабре 1861 года К.П. Победоносцев представил в комиссию по составлению судебных уставов записку «О гражданском судопроизводстве», в которой критически оценивал ряд предложений составителей проекта нового устава гражданского судопроизводства. Главным недостатком действовавшего в то время в России гражданского судебного процесса он считал пронизывавший его до основания бездушный формализм, затруднявший рассмотрение дел и препятствовавший правильному их разрешению. В настоящее же время в России лица, от имени которых исходит судебный приговор, находятся, указывал К.П. Победоносцев, в руках полуобразованных чиновников канцелярии, противоборствующих сторон судебного разбирательства они не видят и не слышат, и смотрят на решаемое ими дело через бумагу.
Он обратил внимание на то, что «общий» порядок рассмотрения спорных гражданских дел предполагал ведение процесса преимущественно в письменной форме. По его правилам почти весь материал, рассматриваемый судом, должен был состоять из письменных объяснений сторон и письменных сношений суда со сторонами. Из этого материала один из членов суда составлял доклад, на основании которого выносилось судебное решение. По мнению К.П. Победоносцева, при сохранении письменной формы ведения процесса главные пружины судопроизводства и решения неизбежно будут оставаться в руках судебных чиновников, а заседание суда будет являть собой простую формальность.
В предложенном К.П. Победоносцевым варианте построения судебного процесса устным и письменным аргументам придавалось равное значение. В результате статья 339 Устава гражданского судопроизводства, утвержденного 20 ноября 1864 года, была принята в редакции: «Решение суда должно быть основано на документах и других письменных актах, представленных сторонами, равно и на доводах, изъяснённых при изустном состязании».
4. Славянофилы, Аксаковский кружок
«В Москве собрался кружок культурно образованных людей, одушевлённых мыслью о необходимости народного самосознания в исследовании прошедших судеб страны своей и своего народа; они явились в обществе и литературе с протестом против ложного отношения к русской жизни и её потребностям, против самодовольного невежества и равнодушия ко всему, что касалось живых интересов России. Это были люди, искавшие в прошедшем своей Родины идеал для устройства будущих судеб её, и они впервые сознательно выяснили перед всеми нераздельную связь русской народности с верой и Православной Церковью. Независимо от крайностей учения слово это было необходимо ввиду надвигавшейся с Запада тучи космополитизма и либерализма: вот почему деятельность этого кружка имела важное значение в истории русского просвещения», — писал о славянофилах К.П. Победоносцев в 1895 году.
С представителями этого течения его связывали не только идейная близость, но и тесные дружеские отношения. Иван Сергеевич Аксаков, соученик К.П. Победоносцева по Училищу правоведения, его отец писатель Сергей Тимофеевич Аксаков и брат Константин, Киреевский, Хомяков, Чижов, Самарин — все они составляли Аксаковский кружок, деятельным членом которого был будущий обер-прокурор.
В этот же круг входили дочери поэта Фёдора Ивановича Тютчева Анна и Екатерина. Победоносцев был дружен с семьёй Тютчевых. Фёдор Иванович писал Екатерине: «Вчера, дочь моя, у меня с Победоносцевым был длинный и задушевный разговор о тебе, он очень тепло к тебе относится и жалуется на твоё молчание. Он как будто собирается тебе написать. Я довольно часто вижусь с ним и с его очень милой и умной женой». Их сближало одинаково критическое отношение к современному русскому обществу и к политике императора Александра II. Они оба считали её чуждой русским интересам. «Всё, что я вижу, что совершается вокруг, гнетёт душу, — пишет Константин Петрович Е.Ф. Тютчевой в 1866 году. — Вокруг совершается такой процесс разложения, что иной раз страх нападает на душу и хочется сказать: довольно. Что ещё придётся видеть, пережить и испытать в этом безумном, бессмысленном, пошлом мятеже человеческом?»
Старшая дочь поэта Анна Фёдоровна, фрейлина супруги будущего императора Александра II, в дальнейшем императрицы Марии Александровны, была последовательной сторонницей славянофильства и благодаря близости к высшему свету ей удавалось посвящать царский двор и самого царя во многие волнующие её и друзей проблемы. При этом многие при дворе не терпели её за прямолинейность, с которой Анна отстаивала свои взгляды, за близость её к славянофилам, находили, что у неё «скверный характер». В 1866 году Анна Тютчева вышла замуж за И.С. Аксакова и на протяжении всей совместной жизни была его верной соратницей и помощницей.
Фрейлиной императрицы Марии Александровны была и младшая сестра Анны Екатерина. По воспоминаниям современников, Кити Тютчева была девушкой замечательного ума и образования, у неё была приятная наружность, живые чёрные глаза; при твёрдом уме она была сдержанного характера, но не обладала той женской грацией, которая служит притягательной силой для мужчин. А так как требования её, естественно, были высоки, то ей трудно было найти себе пару
