что дочь полдня где-то шляется.
Купив всё необходимое, я двинулась к выходу с рынка.
И тут моё внимание вдруг привлек мужчина средних лет с грубым лицом и хриплым голосом. Он ругался на молодую девушку, одетую в серую невзрачную одежду. Та стояла, опустив глаза в землю, руки ее были покорно сжаты в замок.
– Ты, ленивая тварь! – кричал мужчина, размахивая тростью. – Не можешь носить воду? Продам тебя, чтобы только не видеть твоей рожи!
Хозяйский крик сопровождался ударом трости, от которого девушка вздрогнула, но даже не пыталась прикрыться. Её плечи опустились, будто она уже давно смирилась с побоями.
Окружающие вообще не реагировали на эту сцену. Хозяйка фруктовой лавки чистила прилавок, торговец амулетами кашлял в платочек. Никто не вступился. Они будто не замечали происходящего.
Но как же так?! Он же изобьет её до полусмерти!
Чуть позже до меня дошло: таковы здешние реалии. Слуга – это вещь хозяина. Так почему кто-то должен беспокоиться о том, как он с вещью обращается?
Я могла бы тоже пройти мимо. Вмешиваться – себе дороже. Однако, что-то заставило меня замереть. В моей памяти вдруг вспыхнули строки пользовательского соглашения игры: «В случае получения негативной концовки пользователь остается в игре как неигровой персонаж”. Проиграю – стану никем. Потеряю свою личность и возможность управлять своей судьбой.
Так чем я отличаюсь от этой девушки? Только тем, что у меня ещё есть шанс спастись.
А если она тоже однажды попала сюда и… не смогла выиграть? Ну а вдруг. Кто знает, сколько игроков до меня «пережевала» и выплюнула игра.
Во рту пересохло.
– Хватит! – сказала я, не узнав свой собственный голос.
Мужчина обернулся, смерив меня недобрым взглядом.
– Ты кто такая, что мне указываешь? – Он снова поднял трость. – Проваливай, если не хочешь, чтобы и тебе досталось.
– Ты сказал, что продашь ее, – твёрдо ответила я; мой голос звучал чётко, хотя сердце бешено колотилось в груди. – Сколько ты хочешь получить?
Мужчина на мгновение опешил, потом грубо рассмеялся:
– А что, ты богатейка? Ха! У тебя и на рис-то едва хватает, судя по виду.
– И всё-таки… – с нажимом спросила я. – Какова цена?
Мужчина сузил глаза, словно оценивал, насколько далеко я готова зайти.
– Пятьдесят серебра, – выплюнул он. – Не потянешь? Ну и проваливай!
Перед глазами вспыхнуло сообщение, на которое я так надеялась: «Хотите заключить сделку с торговцем и выкупить служанку?”
Так, ну здесь с вариантами не густо, зато логично: «Отказаться» или «Согласится, надеясь на то, что боги пошлют 50 серебряных (-100 лепестков лотоса)”
Надеюсь, добрый поступок зачтется мне где-нибудь в карме, да и сто лепестков не так уж много за спасение девушки, которая явно с таким хозяином долго не протянет.
Я выбрала единственный возможный вариант. Согласиться.
“Текущий баланс: 900 лепестков лотоса» – тут же оповестила меня панель уведомлений.
– Хорошо, я заплачу, – твердо сказала я.
Торговец хмыкнул, не ожидая такого поворота, но начал рыться во внутреннем кармане. Через мгновение он вытащил затертую бумагу и махнул ею у меня перед носом.
– Вот, закладная на мою служанку. Деньги вперёд, – ухмыльнулся он, явно наслаждаясь ситуацией.
И протянул ладонь.
Моё сердце сжалось. В какой именно момент появятся те самые божественные «пятьдесят серебряных”, я не знала. Стоило ли надеяться, что боги исполнят сделку сразу?
– Эм… – начала я, чувствуя, как мои уверенность и голос предательски дрогнули.
– О каких деньгах идет речь? – раздался вдруг хриплый, неприятный голос позади меня.
Я обернулась, и моё настроение мгновенно рухнуло. Передо мной стоял старик Су – мой «жених». Его масляные глаза встретились с моими.
– Ми Лань, – протянул он с ухмылкой, – Ты что-то хочешь купить? Всё, что угодно, для моей будущей наложницы.
Его рука легла на моё плечо, а затем съехала вниз на талию, от чего меня неприятно передернуло.
– Простите, господин Су, мы пока не женаты. Неприлично касаться друг друга до свадьбы, – вежливо отстранилась я, с трудом скрывая омерзение.
– Ну да, твоя правда, – усмехнулся Су. – Подождем свадьбы. Так сколько вам должна моя дорогая Ми Лань? – уточнил он у мужика с закладной.
Тот, узнав, кто перед ним, заметно переменился. Его глаза расширились, а ухмылка сменилась на подобострастное выражение.
– Ох, господин Су, простите, я не сразу узнал вас и вашу… невесту! – затараторил он, потирая руки. – Не знал, что госпожа Ми Лань – ваша… будущая наложница. Уважаемый человек женится на такой красавице! Это счастье!
– Да-да, – протянул Су, самодовольно глядя на меня. – Так о чём шла речь?
– Э-э… – торговец замялся, но быстро сообразил. – Ваша невеста пожелала купить мою служанку. За… пятьдесят серебряных.
Су вскинул бровь, изображая недовольство.
– Хочешь обобрать? Эта девчонка едва ли стоит и десяти монет. Она тощая и измождённая. – Он с нажимом осмотрел служанку, которая до сих пор стояла с опущенной головой.
– О, конечно, вы правы, господин Су! – Торговец быстро закивал. – Тридцать монет, и она ваша!
– Двадцать. И не медяком больше.
Тот сделал вид, что задумался, а затем кивнул.
– Ладно, по рукам.
Су вытащил кошель из-за пазухи, отсчитал и передал деньги.
Продавец торопливо принял монеты и тут же протянул закладную с низким-низким поклоном.
– Вот, госпожа Ми Лань. Служанка теперь ваша. – Затем он обернулся к самой девушке и резко приказал: – Слушайся новую хозяйку и не создавай проблем!
Та кивнула, не поднимая головы.
Судя по тому, как вприпрыжку от нас сбежал продавец, пряча монеты в кошель, даже двадцатка была для него за радость.
Так вот сколько, по его мнению, стоит человеческая жизнь? Такая низкая у неё цена, да ещё и поторговаться можно?
Уф. Главное – продал. Я убрала закладную и выдохнула.
Хотелось бы верить, что и меня в плачевной ситуации кто-то однажды так выручит, просто проходя мимо. Другое дело, что я не ожидала помощи от старика Су. И понимала: он своё возьмет сполна.
Кажется, в будущем нужно принимать решения обдуманно, без лишних эмоций. Кто знает, как пошутят надо мной боги в следующий раз и что попросят в качестве оплаты.
Хм. А это ведь правильная мысль! Вообще-то желательно реагировать только на те предложения, в которых есть четкость формулировки, чтобы наверняка не ошибиться. Что мне предложила игра сейчас?
Надеяться на великодушие богов.
Какая-то размытая помощь, за которую берут вполне конкретные лепестки лотоса.
А я на неё повелась, пожалев девушку. Хотя по-хорошему не следовало поддаваться. Это же явная провокация. А если боги не расщедрятся? Или расщедрятся вот так, через человека, которому я бы не хотела задолжать ни медянки.
Да, надо в будущем
