возможность связаться с консульством, как-то определено ВАШИМ законом, иначе…
Я развёл руками.
— Иначе что? — с угрозой в голосе поинтересовался толстяк.
— Я отказываюсь отвечать на ваши вопросы, — с улыбкой сказал ему.
Толстяк разозлился первым. Его дружок-блондин сначала не понял, в чём причина, но, как только напарник быстро перевёл ему мои слова, взбесился.
— Скажи этому щенку, что, если он сейчас не начнёт говорить, мы его упрячем в такую задницу, что он уже к рассвету будет умолять о том, чтобы рассказать нам всё!
— Я же тебе сказал, он отказывается, — проворчал толстяк. — Он требует…
Ну понятно. Как я и думал. Отличить попытку шантажа от обоснованного административного давления не так уж и сложно. Куда больше меня поражало то, что эти идиоты настолько поверили в слова Молотова о том, что я не знаю языка. Нет, серьёзно, что за глупость?
Их перепалка между тем накалялась. Блондин требовал от своего напарника, чтобы тот пообещал мне всевозможные кары небесные. Тот попытался. Действительно попытался, но, стоит отдать ему должное, быстро понял всю бесполезность такой затеи, вновь натолкнувшись на моё «я не стану отвечать на ваши вопросы».
Примерно в таком ключе прошли следующие двадцать минут. Я сидел с тупым видом, повторяя одно и то же, пока оба этих дознавателя продолжали закипать. Блондинчика явно бесило то, что я отказываюсь выполнять его приказы, а вот толстячок, наоборот, больше раздражался оттого, что был вынужден заниматься всей этой ерундой. Судя по эмоциям и тому, как часто он поглядывал на часы, у него явно имелись какие-то более важные дела. Какие? Да без понятия. Может, на ужин опаздывал или ещё куда. В любом случае, что бы это ни было, оно для него явно было куда важнее, чем необходимость «расколоть» меня.
В итоге это дурное представление продолжилось ещё минут десять, после чего оказалось прервано громким стуком в дверь. Даже не дожидаясь того, чтобы её открыли, гость сам распахнул дверь.
— Какого чёрта вы творите? — рявкнула невысокая девушка в деловом костюме. — Совсем ума лишились или вам ваша работа надоела? Так я вас быстро с неё вышвырну, кретины!
Стройная девушка с идеально прямыми и длинными черными волосами окинула взглядом комнату. Она пальцами поправила съехавшие на кончик носа круглые очки в тонкой оправе, за которыми скрывались пронзительные карие глаза. На вид — двадцать пять или немного старше. Довольно неплохой деловой костюм, придававший её внешнему виду излишнюю строгость.
Состроив на лице выражение крайней озабоченности и суровости, она повернулась ко мне и медленно заговорила на весьма ломаном, но достаточно понятном русском.
— Здравствуйте. Я Лора Грей, адвокат Анны Харроу. Вячеслав Молотов попросил меня забрать вас. Вы ничего им не говорили?
— Молчал как рыба, — улыбнулся я, чем вызвал у неё вспышку хорошо скрытого внутреннего облегчения.
— Прекрасно, тогда идите за мной. Вячеслав попросил меня забрать вас…
— Стоять, — больше для вида вскинулся переводчик. — Мы его задержали…
— Да? — Эта невысокая фурия тут же повернулась в его сторону. — Интересно, по какому праву?
— Его документы… — начал было по-английски говорить блондинчик, но тут же получил в грудь вынутой со скоростью покидающего кобуру револьвера папкой.
— Эти? — с надменным и одновременно раздраженным выражением фыркнула она, чем едва не заставила меня рассмеяться. — Здесь есть всё. Письмо-согласование от ассоциации адвокатов Конфедерации. Оно подтверждает право Вячеслава Молотова оказывать юридические услуги на территории государства, а также привлекать для этой работы помощников по своему желанию. А если этого будет мало, то там еще копия приглашения от семьи Харроу, письмо от консульства Российской империи и решение временного совета по правам иностранцев с разрешением на посещение Конфедерации. Или вам что-то еще нужно? Да? Нет? Вы скажите, чтобы я могла послать вас в задницу и к концу вечера лишить вашей паршивой работы!
Оба полицейских переглянулись между собой, явно не зная, что им делать дальше. Впрочем, ни один из них не стал дальше протестовать, видимо, всерьез опасаясь, что этот демон в юбке приведет свои угрозы в исполнение.
Сложнее всего мне было сидеть и смотреть на всю эту короткую перепалку с каменным лицом. Ведь языка, по их мнению, я не знал.
Судя по всему, их молчание привело мою «спасительницу» к тому же выводу, так что она повернулась ко мне.
— Идите за мной, пожалуйста, — произнесла она с вежливой, но абсолютно «рабочей» улыбкой.
— Конечно, — поблагодарил я ее, после чего встал и, пожелав стоящим со злыми и недовольными лицами полицейским приятного дня, вышел из комнаты.
Лора не сказала ни единого слова. Просто быстро шла по коридору, стуча каблуками, вцепившись одной рукой в ручку своего портфеля, а другую засунув в карман пальто. Холодное и строгое лицо, а я всё «рассматривал» ее эмоции и думал, на сколько ее еще хватит.
Как оказалось, выдержка у этой девушки оказалась еще та. Она провела меня по коридору. Затем еще по одному до лифта. Один раз до нас попыталась докопаться охрана аэропорта, но Лора сначала сунула им в лицо свой пропуск, а сверху припечатала его адвокатским удостоверением. Так что все вопросы отпали довольно быстро, после чего нас выпустили во внутреннюю часть аэропорта.
Затем была процедура прохождения местной таможни. Ну как прохождения. Лора подвела меня к отдельному окну, сунула туда мои документы и на русском попросила подойти. Ну я и подошел. Мужчина с хмурым выражением лица сверил мое лицо с документами, просмотрел переданные Лорой бумаги, после чего с еще более кислым выражением поставил печать в паспорте и вернул его мне.
Через пять минут мы уже вышли на улицу. Молотов уже стоял возле ожидающей нас машины. Рядом с ним же стоял и мой чемодан. Видимо, забрал его, пока меня мурыжили эти двое.
— Александр, — кивнул он, жестом указав на открытую дверь автомобиля. — Надеюсь, они не слишком на тебя давили?
— Скорее, лупили в стену подушкой. Много шума, а толку мало, — хмыкнул я, садясь на заднее сиденье, так как Молотов явно сам планировал сесть за руль, а Лора уже шустро обходила машину, чтобы занять место спереди. Ну и ладно. — Я так понимаю, что у нас и правда появились проблемы.
— К сожалению, — кивнул он, садясь за руль и закрывая за собой дверь. — Расскажу по дороге. Лора, спасибо, что вытащила его.
