– Я никому не верил. Если Хлой оказался среди заговорщиков, почему бы господину Коу тоже не входить в их число? Полного списка мятежников у меня не было, но даже тех, о ком я знал точно, хватало для простого вывода: ни в полицию, ни к армейским безопасникам, ни к скупщикам обращаться нельзя. Слишком велик шанс нарваться не на того человека и тихо превратиться в труп, который никто не станет искать. Согласитесь, это был бы не лучший вариант не только для меня, но и для колонии. Информация умерла бы вместе со мной, и о заговоре так никто бы и не узнал. Я принял другое решение – ждать, пока у меня появится возможность с гарантией передать эти сведения представителю власти, однозначно не связанному с заговором. Увы, до последней атаки Роя ни мне, ни госпоже Койц такая возможность не представилась.
– Насколько я знаю, Анна Койц лично встречалась с генералом Аббасом, как минимум, один раз, причем встреча была официальной.
– В тот момент она еще ничего не знала о заговоре. Я рассказал ей всё намного позже. Сам же я об этой встрече узнал уже после того, как она состоялась. В ином случае я бы обязательно воспользовался подобным случаем.
– Не сходится, – отрицательно качнул головой дон Сенг. – Койц призналась, что участвовала во взломе командной сети колониальной армии еще во время предыдущей вылазки Роя, а ты говоришь, что она ничего не знала.
– Она действительно не знала. Сеть взламывал я, причем не ставя ее в известность. Просто в тот момент в беседе с полковниками колониальной армии все эти детали были бы лишними, и госпожа Койц взяла всё на себя. Если бы я заранее знал о планах Роя, я бы, наверное, рискнул передать информацию любым способом, но известно о них мне стало много позже, когда было уже поздно кому-то что-то рассказывать.
– Бывший беспризорник, начинающий старатель, пешка и разменный материал, – неторопливо повторил мои собственные слова глава Синдиката. – И вдруг, как по волшебству, этот ничтожный человечишка оказывается в состоянии взломать хорошо защищенную командную сеть военных. Как это возможно?
– В моем распоряжении на несколько часов оказался бункер, набитый очень интересным оборудованием, которое заговорщики накапливали там годами. Я хоть и перенес контузию, но кое-что всё-таки соображал. Естественно, я ушел оттуда не с пустыми руками. Далеко не с пустыми. Всё, что я посчитал ценным и что смог вынести за несколько ходок, перекочевало в наскоро оборудованный тайник. Через какое-то время я спрятал трофеи надежнее, а разбираться с ними мне пришлось много позже – элементарно не хватало знаний. Именно поэтому я начал проявлять необычное рвение в учебе, что, кстати, тоже можно легко проверить. В результате информация поступала ко мне неравномерными порциями по мере освоения трофеев, и более или менее полная картина стала вырисовываться только после начала последнего сражения за город.
– И все эти артефакты, среди которых явно были изделия времен Вторжения, ты утаил от скупщиков и вербовщиков? – нехорошо прищурился дон Сенг. – Это еще одно преступление, отвечать за которое придется очень строго.
– Я не мог отдать свою добычу скупщикам по той же причине, по которой не стал передавать информацию о заговоре никому из доступных мне представителей власти. Меня бы просто убили, а мятежники продолжили бы подготовку к перевороту. К тому же найденные мной устройства позволяли следить за действиями заговорщиков на нейтралке и быть в курсе происходящих изменений. Именно с помощью добытых в бункере устройств мне удалось сорвать попытку Декарта взять под контроль центральный вычислитель Роя. Моих знаний хватило лишь на то, чтобы нарушить их систему маскировки и дать Рою возможность засечь их вторжение в его командную сеть. Дальше твари Роя сделали всё за меня. Так что все присвоенные мной артефакты я в итоге использовал во благо городу, а в тот момент я был вынужден их просто спрятать в надежде передать их федеральным властям, когда обстоятельства позволят мне это сделать.
– Почему сразу после гибели Декарта и его людей ты не рассказал о заговоре властям? Заговорщиков ведь ты уничтожил, пусть и не сам, а с помощью Роя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Погибли только непосредственные исполнители, верхушка айсберга. Да, переворот удалось предотвратить, но заговорщики, сидящие во всех ветвях официальной и теневой власти Бриганы-3 никуда не делись. Мне угрожала всё та же опасность, что и раньше.
– Хорошо. Пусть так. Тогда следующий вопрос: откуда ты взял корабль-разведчик, «Скорпионов», и того робота, размером поменьше, который везде тебя сопровождает?
– Добыл на нижних уровнях промзоны. Заканчивал с этим уже во время боевых действий, развернутых экспедиционным корпусом. Раскоп, из которого я их извлек и обломки космического корабля, в ангаре которого я нашел внутрисистемный разведчик, сейчас залило химической жижей, но ее легко откачать и убедиться в правдивости моих слов. Собственно, господин Зыков уже проверил и бункеры Декарта, и это место. Иначе он бы мне не поверил. Именно благодаря этим новым находкам нам с Анной Койц удалось сбить с курса пятую орбитальную крепость и вместо города обрушить ее на центр Руин.
– Вам с Анной или тебе?
– Нам. К тому моменту она была уже полностью в курсе происходящего.
– Зачем она тебе понадобилась, Рич? Почему ты доверился именно ей? Даже если ты с ней спишь, чему я совершенно не удивлюсь, это не повод так подставляться.
Я слегка качнул головой и усмехнулся.
– Дон Сенг, вы же сами сказали, что на роль мэра я не гожусь. Вот вам и ответ. Да и подчиняться мне колониальные военные точно бы не стали. А вот героическая Анна Койц – совершенно иное дело.
– Ладно, всё это ещё, конечно, очень сыро и требует тщательной шлифовки, хотя, надо отдать тебе должное, для шестнадцатилетнего беспризорника ты подготовился к нашей беседе очень неплохо. Последний вопрос. Что в итоге стало с кораблем-разведчиком и тем устройством, с помощью которого ты взламывал командную сеть колониальной армии?
– Потеряны в бою, – я обозначил легкое пожатие плечами. – Как и четыре из восьми «Скорпионов», в обломках которых до сих пор копаются наши военные в надежде найти запчасти для уцелевших роботов.
– Вполне ожидаемо, – едва заметно усмехнулся дон Сенг, – и весьма разумно.
* * *
Лис грустил. Это явно прослеживалось в его интонациях, да и не пытался он скрыть своего расстройства.
– Вот когда я теперь найду себе такой же идеальный носитель? – бухтел мой боевой товарищ, не пытаясь, однако спорить со мной в главном.
– Надеюсь, скоро, – честно сказать, я совсем не испытывал того оптимизма, который пытался вложить в свой ответ. – Сам понимаешь, и «Скорпионов», и твоего «Странника» мне придется передать военным. Мне, как лицу сугубо гражданскому, такое оружие никто не оставит, и даже если Анна станет мэром, продавить такое решение будет ей не по силам. Давай считать, что «Странник» был для тебя лишь очередной ступенью в развитии, которую ты уже перерос.
– Успокаиваешь? – Лис очень натурально хмыкнул, демонстрируя сомнения в действенности моих увещеваний. – И что, мне теперь опять болтаться у тебя в рюкзаке с риском в любой момент быть обнаруженным?
– Ну, зачем? Снимем с «Каракурта» пусковой блок зенитных ракет, и он снова станет роботом техподдержки. Такую машину мне иметь можно, и для твоего контейнера в нем место найдется, уже проверено. Шифф о тебе всё равно теперь знает, так что идея использовать для маскировки корпус дополнительного энергонакопителя вновь обретает актуальность.
– Ты только что сказал, что я перерос «Странника», а теперь предлагаешь мне сделать шаг назад и вернуться к «Каракурту».
– Это временно.
– Мне напомнить тебе афоризм, что нет ничего более постоянного, чем временное?
– Не гунди. Я уже думаю над решением этой проблемы.
– Будь добр, думай быстрее. Я уже привык к быстрому, неплохо защищенному и очень зубастому боевому роботу и ощущал его, как ты свою кожу. Переезд в «Каракурта» для меня будет чем-то вроде ампутации конечностей и замены их примитивными протезами.
