я изучал факультативно. Преподаватели хвалили.
— Серега, не перебивай. Дебаты — после изложения всех вариантов. Договорились? — мужчина строго посмотрел на сына. — Второй вариант: специальная подготовка по работе с секретными документами. Ты будешь трудиться в дипломатическом представительстве с соответствующим допуском. — Он глубоко затянулся и выпустил густой дым. — Третий вариант сложнее: ты проходишь спецподготовку и становишься военным специалистом со знанием трёх языков. Тут возможны разные сценарии, но гадать бессмысленно — данных мало. Теперь можно обсудить.
— Мне непонятно, почему Йемен. Арабский у меня слабее всего, там куча диалектов…
Отец внимательно посмотрел на сына, потушил сигарету и прикурил новую.
— Сережа, смотри шире. Могли назвать Йемен для отвода глаз, заодно проверить, как ты воспримешь такой поворот. На факультете знали, куда ты стремился.
— Не понимаю… Что значит «проверить»?
— Ты вообще слушал, что я говорил? Хватит цепляться за несбывшуюся мечту. Её больше нет. Думай о реальном.
— Не совсем понимаю, к чему ты клонишь. — Сергей потер виски.
— Третий вариант…
— Ты хочешь сказать, что это не дипломатия?
— Серега, ты меня удивляешь! Умный парень, престижный вуз окончил — и не видишь очевидного. Как ты на дипломата учился?
— Отец, ты о разведке?
— Такой вариант исключать нельзя. Ты подходишь по многим параметрам.
— Интересную перспективу ты мне обрисовал… — Сергей покачал головой.
— Но можешь отказаться и поехать по распределению, — усмехнулся отец.
— Спасибо, утешил…
— Как у тебя с девушкой? — отец с теплотой посмотрел на сына.
— С чего ты взял, что что-то есть?
— Ты свою физиономию видел? Сходи в зеркало посмотрись! — засмеялся отец. — Рад, что ты встретил ту, которая тебя зацепила…
— Она скоро уезжает, — вздохнул Сергей. — Учёба.
— Далеко?
— В Питер. Она на четвёртом курсе Военно-медицинской академии.
— Серьёзная барышня! — улыбнулся отец. — Познакомишь?
— Нет, у нас ничего…
— Вот потому и хочу на неё посмотреть. Раньше твой круг мне был известен и все твои подружки быстро оказывались в твоей постели. А тут ты столкнулся с чем-то другим — настоящим. Зацепила тебя девочка крепко…
— Извини, пока рано вам знакомиться. Впереди неизвестность.
— Адрес в Питере возьми. Мало ли, подвернётся оказия.
— Обязательно… Обещал писать ей.
Отец посмотрел на сына и улыбнулся. Потушил сигарету и встал из-за стола.
— Ужин был замечательным! Спасибо. Я очень рад, что ты встретил эту девушку.
* * *
Уворачиваясь от многочисленных пассажиров и провожающих, Сергей бежал по перрону Ленинградского вокзала, заведя правую руку с большим букетом цветов за спину, чтобы случайно их не поломать. Носильщики, покрикивая, толкали свои гружёные тележки; народ с чемоданами и сумками двигался вдоль состава. Наташа, стоя у вагона, осматривала перрон. Увидев бегущего Сергея, она опустила голову и улыбнулась.
— Прости, чуть опоздал… — Сергей протянул букет.
— Чуть — не считается… Спасибо! Я ждала, — девушка спрятала лицо, нюхая цветы.
— Наташ… Я это… Как разберусь, что и как, сразу напишу.
— Буду ждать, — Наташа посмотрела Сергею в глаза и улыбнулась.
— Гражданочка, в вагон проходим, через пять минут отправляемся! — произнесла проводница, недовольно посматривая на молодых людей.
— Мне пора, — вздохнула Наташа.
Привстав на цыпочки, девушка поцеловала Сергея в щёку и, развернувшись, быстро скрылась в тамбуре вагона.
Поезд дёрнулся и медленно пополз вдоль перрона. Сергей смотрел на мимо проплывающие вагоны, держась рукой за щёку, чувствуя тепло губ Наташи.
* * *
Открыв глаза, Сергей посмотрел на часы, перевернулся на спину и, заложив руки за голову, уставился в потолок. «Вчера он провожал Наташу… А что было бы, если бы он не подошёл тогда в сквере? Мы бы, наверное, так никогда и не встретились. Нет, даже думать об этом не хочется… Наташа!»
Улыбаясь своим мыслям, молодой человек поднялся, натянул спортивные штаны и, набросив футболку, вышел из комнаты. Отец, сидя на кухне за столом, пил кофе, курил и просматривал газету.
— Чего вскочил? — спросил мужчина, не отрываясь от газеты.
— В институт надо ехать, — вздохнул Сергей. — Велели прибыть не позднее десяти утра для получения дальнейших указаний относительно распределения.
— Вот сегодня и прояснишь свою дальнейшую судьбу. Хотя… — мужчина посмотрел на сына. — Может, и не прояснишь. Но кое-какое понимание появится.
— Да уж, определённости хочется, — вздохнул Сергей, стоя у плиты.
— Не торопи события, молодой человек. Полная ясность наступит не скоро. Думаю, сегодня тебе только приоткроют завесу. Главное — слушай, что говорят: в таком деле каждое слово имеет значение и вес. Хотя что я тебе объясняю? Ты и сам образованный, — улыбнулся отец.
Сергей повернулся, посмотрел на отца и, улыбаясь, покачал головой.
— Девочку проводил?
— Проводил, — вздохнул Сергей, наливая кофе из турки в чашку.
— Вот и поймёте, нужно ли вам дальше общаться.
— Так если уеду, то общаться сможем не скоро.
— Не беги впереди паровоза. Всё происходит тогда, когда должно происходить. Мы можем влиять на некоторые моменты, но не на ход событий в целом.
— Ты иногда так скажешь… — улыбнулся Сергей, присаживаясь за стол.
— Ты тоже научишься. Пока у тебя в голове только теория, но добавится практика — и всё станет ясно, как Божий день. Впрочем, головоломок в жизни тебе ещё предстоит немало. Ладно, мне пора собираться: работу пока никто не отменял. Вечером посидим, расскажешь, как прошло. Вместе разберёмся, что к чему, — отец улыбнулся и вышел из кухни.
* * *
Выйдя из вестибюля станции метро «Проспект Вернадского», Сергей посмотрел на голубое небо, вздохнув, направился в сторону Московского государственного института международных отношений. Молодой человек шёл медленно, будто стараясь оттянуть момент, когда ему объявят то, что услышать совсем не хочется. Перед широким крыльцом он остановился, посмотрел на знакомый вход в учебное заведение, глубоко вдохнул, поднялся по ступеням и прошёл в главный вход. Пройдя большой светлый холл, взбежал по лестнице на второй этаж и, подойдя к дверям кабинета, постучав, вошёл.
— Разрешите?
— Проходи, Сергей…
Произнёс незнакомый мужчина, сидевший за столом. Сергей внимательно разглядывал его: среднего роста, с короткой стрижкой, одетый в тёмно-серый костюм и чёрную рубашку. Чуть приспущенный галстук гармонировал с общим стилем.
— Простите, а вы кто?
— Я тот, кто будет курировать твоё дальнейшее обучение, — улыбнулся мужчина.
— Можно вопрос?
— Я бы рекомендовал переходить с гражданского языка на военный. Ты же окончил военную кафедру, но позволю себе напомнить: у нас говорят «разрешите». На первом этапе твоё «можно», конечно, будет прокатывать, но очень скоро начнёт раздражать твоих непосредственных начальников. И тогда… — мужчина усмехнулся.
— Что тогда? — Сергей тоже улыбнулся.
— Всё зависит от настроения того, кого твоё «можно» допечёт… Может, пробежишь кросс — недалеко, километров на двадцать. А может, раненого надо вынести
