— Леон, ты меня поражаешь! — ругался Рус, — в любой день мог съездить. Ну что со мой может случится в ордене? Что!? И чем ты поможешь, если даже так? Понимаю, обещал, но не до маразма же доходить!
Леон упрямо молчал. Пообещал сам себе: находиться не дальше стадия от Русчика и выполнял обещание неукоснительно. Плевать, что бормочет этот мальчишка. Разок он уже был далеко, отращивая руку на деньги Русчика, а в это время «сынок» чуть жизнью за ту проклятую руку не поплатился. Из петли вытащил — отдал малую часть долга. Такую мизерную, что остальной части на всю оставшуюся жизнь хватит. Глупо? Пусть! Вот кто действительно «каменный».
О вынужденном безделье бывшей гладиаторской «звезды» тихонечко умолчим. Андрей, включая в фехтование магические структуры, по утрам занимался самостоятельно.
Город готовился к празднику. В узких улочках, с трудом обходя единорогов, сновала шумная прислуга, заваленная корзинами с вкусно пахнущей снедью. Минуя всадников, весело ругались, сглаживая риск оскорбления богатых незнакомцев пожеланием «Да хранит вас Гея!». Район состоятельных торговцев как-никак, даже рабы не лыком шиты.
Леон зашел в лавку, Рус остался с единорогами. Вдруг почувствовал смутное беспокойство. «Нет, не из лавки», — определил он, — «откуда-то… переулок…». Опасность направлена не на него и не на кого-то из близких…
«Воронок, когда выйдет Леон, отведи его ко мне», — приказал единорогу и быстрым шагом пошел к переулку. Объясняться с другом не хотелось, начнет останавливать.
Узкая улочка, зажатая ростовыми заборами, в глубине которых среди богатых садов стояли роскошные дома. Беспокойство переросло в тревогу и Рус побежал. Когда из ближайшего сада повеяло Силой Пронзающих, не думая, перемахнул через забор, возблагодарив местную моду на штаны — не поцарапался о шершавый камень. Бесшумно проскользнул между раскидистыми кустами и сразу понял причину тревоги. Увидел и безмерно удивился.
В центре полянки спиной к спине стояли окровавленные шатающиеся рекруты его пятерки: Ермил, Саргил и Архип одетые в зеленые туники лоосских разведчиков с эмблемами Древа. Держали двумя руками «лесные» мечи, которые под воздействием структуры Пронзающих норовили выпрыгнуть. Структура обволакивающую тройку еле заметным сероватым налетом и скоро оружие вылетит, а людей сломает необъяснимый страх. Пока, сжав зубы, держались. Их окружали воины в одеждах кочевников. Внимательно следили за разведчиками, перекидывались фразами по-тирски, стирали пот и непонятно чью кровь.
«Вопросы потом», — мысль пронеслась со скоростью молнии и Рус провалился в транс.
Структура сформировалась с недосягаемой на занятиях скоростью и невесть откуда взявшийся каменный куб сплющил-раздавил-вмял в землю сидящего в трансе мага, зацепив и пару кустов. Маг полностью сосредоточенный на поддержании сложной и длительной структуры абсолютно не ожидал нападения. Надеялся на воинов, а те…
Еще трещали ветки и кости, а Рус уже скользил тенью. Четыре секунды и четверо кочевников лежат, хлеща кровью из распоротых шей, а последний заваливается, удивленно смотря на пробитую грудь. Он единственный попытался защититься саблей.
Быстрая проверка через астрал показала, что люди в доме, хвала богам закрытом от полянки деревьями, движутся спокойно, не бегают. Рус шагнул к плохо соображающим бывшим сослуживцам. Серая пелена структуры разрушилась одновременно со смертью мага-Пронзающего, но они по-прежнему стояли спина к спине, судорожно сжимая мечи.
— Отряд! — как можно резче скомандовал Рус. Не громко, но и не тихо. Ребята вздрогнули, — за мной, дарки вас раздери, бегом!
Бегом не получилось. Разведчики плелись, подходя к забору. Тогда Рус, прикоснувшись к каждому на несколько мгновений, «обработал» всех Духом Жизни. Во взглядах появилась осмысленность. Останавливая вопросы, бывший раб продолжил отдавать резкие команды.
— Встать плотнее! — как только парни прижались друг к другу, земля подняла их на уровень забора, — прыгать, дарковы отродья!
Рекруты нерешительно попрыгали с забора на пустынную улочку. Рус следом перемахнул его без всякого колдовства подтянувшись — перевалившись. Земля со стороны палисадника опустилась. Посмотришь — ни за что не поверишь, что она вспучивалась, никаких следов. Куб размером полтора на полтора метра тоже бесследно «растаял», а вот возмущения Силы Земли останутся надолго.
Рус уже хотел скомандовать «бегом» и бежать к единорогам, как вдруг услышал знакомый женский голос:
— Рус, быстрее веди людей ко мне, скоро стража сбежится!
Оглянулся и в двадцати шагах в открытой калитке на другой стороне улицы увидел… Гелинию. Запретив себе удивляться, приказал, открывшим рты ребятам:
— Бегом к девушке! — они послушались.
Вбегал в калитку последним и услышал стук копыт. Не спрашивая хозяйку, тихо свистнул и через несколько мгновений в узкий калиточный проем еле втиснулись два единорога с хмурым всадником — Леоном. Ворота в заборе не предусматривались. Улочка задняя, чисто для хозяйственных нужд. Если точнее — для вывоза мусора. Потому и пустовала перед праздником.
Гелиния не задавала вопросов. Лаконично объяснила Леону, куда отвести единорогов и велела Русу с ранеными товарищами следовать за ней. Привела в какую-то хозяйственную пристройку, показала, где взять тюфяки и отозвала Руса на улицу.
— Спасибо, Гелиния, — быстро заговорил он, — это…
— Мне все равно, чем ты занимаешься вне ордена, Рус, — перебила она, — можешь не объяснять. Но раз так получилось, то позже я изложу тебе свою просьбу. Я сейчас принесу бальзам для твоих… друзей, — чуть замялась с определением, — и разберусь со стражниками. Не выходите из сарая, я сама вас выведу, когда надо, — не дожидаясь согласия, упорхнула в сторону богатого трехэтажного дома.
Вернулась буквально через статер, передала запечатанную амфору и сразу скрылась в направлении заднего двора. Вскоре оттуда донесся её раздраженный голос:
— Господа стражники, когда это все прекратится! Я чувствительна к возмущениям Силы, они меня раздражают! Разберитесь, пожалуйста, — это слово презрительно выделила, — господин Ищущий.
Что ответил маг — стражник, бывшие бараны, вместе с присоединившимся к ним Леоном, не расслышали. Они тупо смотрели на погибшего друга и не верили глазам своим. Рус тоже пока не спрашивал о причинах их появления на задворках ойкумены. Не за ним, однозначно, хотя… вдруг как нагрянут лооски!
«Да ну, зачем такие сложности! Но кто их поймет, этих злобных кукол! Да нет, не до такой же степени!», — противоречивые мысли метались, спотыкались, путались.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
