над головой.
Два солнца. Два долбаных солнца.
Прищуриваюсь в надежде проверить, что не ударилась головой во время аварии и у меня не двоится в глазах. Конечно же их два. Они выглядят почти как восьмерка: одно маленькое и более тусклое солнце практически находит на более крупное. Вдалеке виднеется огромная белая луна.
– Не Земля! – кричу я вниз. Черт. Я борюсь с безумным желанием расплакаться от разочарования. Мне так хотелось выбраться и увидеть вдалеке здание, которое говорило бы мне: «Да это же просто Канада или Финляндия».
Два солнца разбили эту надежду вдребезги.
– Что ты видишь? – спрашивает кто-то снизу.
Вокруг разбившегося корабля бесконечные сугробы. Нет деревьев, нет ничего, кроме снега. Поднимаю глаза. Вдалеке виднеются горы или по крайней мере что-то, что выглядит как горы, – большие ледяные пурпурные кристаллы размером с небоскреб. Они не такие, как скала, на которой мы находимся. Наша скала – это огромный неровный кусок гранита. Наш крошечный корабль выглядит так, будто он ударился об одну из ближайших скал. Вероятно, так и случилось.
Ищу глазами живых существ или воду, хоть что-нибудь. Но не вижу ничего, кроме белой пелены.
– Ну, что там? – опять доносится снизу.
Облизываю губы, почти ненавидя себя за то, что они уже онемели от мороза. Я южанка, мы плохо переносим холод.
– Ты когда-нибудь смотрела «Звездные войны»? Первый фильм?
– Только не говори мне…
– Ага. Похоже, мы приземлились на гребаном Хоте[3]. Вижу два крошечных солнца и огромную луну.
– Тогда это не Хот! – вопит Лиз. – Это была шестая планета от своего солнца, и я не помню, чтобы у нее была луна.
– Хорошо, ботаник, – кричу я в ответ. – Тогда мы назовем это место Не-Хот. Закройте дыру куском пластмассы, пока меня не будет. Это поможет сохранить тепло.
– Будь осторожна! – это снова Лиз.
– Твои бы слова да Богу в уши! – кричу я в ответ и наконец вытаскиваю свою задницу из корабля.
* * *
Пробираясь через заснеженные просторы и не имея ничего, кроме одежды, позаимствованной у пришельца, и пистолета, из которого я не умею стрелять, я понимаю, что мне потребуется все мое мужество, чтобы выжить. Бреду по сугробам, дрожа всем телом. Ради всего святого, я из Флориды и ничего не знаю о выживании в условиях зимы! Я могу справиться с гигантскими тараканами или даже аллигаторами, но как быть, когда твои ноги в жмущих ботинках при каждом шаге проваливаются в снег по колено?
На разбитом корабле меня ждет полдюжины девушек, которые на меня рассчитывают. У нас не так уж много вариантов. Можно вернуться, не думаю, что кто-то станет винить меня за то, что я испугалась. Но вернувшись, я медленно умру с голода вместе с остальными или стану жертвой пришельцев. Или я могу попытаться что-нибудь сделать здесь и сейчас, несмотря на риск замерзнуть насмерть. Поэтому я продолжаю идти.
Стоит отдать должное пришельцу, которого я убила, одежда у него довольно теплая. Хотя каждый шаг дается с трудом, потому что я тону в снегу, ноги остаются в тепле, в то время как лицо и руки превратились в куски льда. Рукава слишком тугие, чтобы я могла натянуть их на пальцы, поэтому я засунула одну руку под куртку, а другую под мышку. Когда становится нестерпимо холодно, я меняю их местами. Мое запястье чертовски болит, как и ребра. На самом деле они болят даже сильнее, потому что мне приходится глубоко дышать и каждый вдох причиняет острую боль.
Чего я хочу сейчас больше всего? Просто свернуться калачиком и плакать. Но на меня рассчитывают другие, поэтому я иду дальше.
Проведя, кажется, целую вечность в этом снежном аду, я понимаю, что начинаю спускаться со склона. Вдалеке видны высокие и тощие стволы деревьев. По крайней мере я надеюсь, что это деревья. Другой растительности не наблюдается, поэтому направляюсь к ним. Ветер усиливается, и мой костюм, как бы хорошо он поначалу ни выдерживал непогоду, начинает промерзать. На самом деле я уже вся окоченела. Черт!
Я бы хотела вернуться на корабль. Оборачиваюсь и, прищурившись, смотрю на маленькую черную точку на склоне холма. Отсюда наш корабль выглядит таким хрупким, беззащитным. А вокруг по-прежнему нет ни еды, ни животных, ни даже воды, только снег.
Вот дерьмо! Кажется, мне все же придется продолжать идти.
Деревья оказываются дальше, чем я представляла. Кажется, что я бесконечно долго спускаюсь к ним по склону горы. Начинаю различать что-то похожее на растительность: пучки бледного голубовато-зеленого цвета, скорее перья, чем листья. Их здесь целый лес. Это, должно быть, местные деревья. Проходя мимо, прикасаюсь к одному. Кора, если это можно так назвать, на ощупь влажная и липкая, и я, морщась, вытираю ладонь о штаны. Фу, это было мерзко.
Хорошо, я нашла деревья. Раз есть деревья, значит, есть и то, что необходимо для их существования. Деревьям нужны солнечный свет и вода. Прищуриваюсь, глядя на двойное солнце. Оно движется к краю неба, а огромная луна поднимается все выше.
Внезапно меня посещает такая мысль: а что, если мне придется остаться здесь на ночь одной? «Это будет паршиво», – бормочу я себе под нос и вытаскиваю пистолет только потому, что приятно иметь оружие под рукой. Пусть мои пальцы окоченеют, пока я держу его, мне все равно. Лучше иметь дерьмовое оружие, чем никакого.
По мере продвижения вперед я начинаю впадать в отчаяние. Что, если они бросили нас здесь, на этой планете, именно потому, что мы не сможем постоять за себя? В тот момент, как мне в голову приходит эта ужасная мысль, я слышу звук капающей жидкости.
Вода?
Останавливаюсь, мое сердце бешено колотится. Господи, пожалуйста, пусть это будет вода! Если это вода, значит, она достаточно теплая, чтобы не превратиться в лед. Тепло. Прямо сейчас я бы выпила чего-нибудь тепленького.
Бросаюсь вперед изо всех сил. Звук воды, по-моему, исходит оттуда, где виднеются странные высокие стебли.
