Я не могу советовать всем практиковать буддизм. Я просто не могу этого сделать. Разумеется, для некоторых людей буддийская религия и идеология могут оказаться более пригодны, более эффективны, чем другие. Но это не значит, что буддизм подходит всем.
Глава 3
Интервью, 1983 год
Его Святейшество: Мне хотелось бы сказать вам несколько слов приветствия. На этот раз мое пребывание в Бодхгайе будет недолгим. Именно поэтому на протяжении этих дней я был очень занят, В этом году здесь собралось очень много людей, не так ли? Гораздо больше, чем в прошлом.
Сейчас передача учения подошла к концу, и все готовятся к отъезду домой. От дней проведенных в Бодхгайе не останется ничего, кроме наших воспоминаний. Такова человеческая жизнь – время идет. Буддист должен уметь мыслить категориями не только этой жизни, но и охватывать мысленным взором многие триллионы лет. Мыслить таким образом – это тоже форма практики. Я думаю, что это очень важно.
В самом начале практики мы обязательно должны получать знания от учителя или из книг. А затем нам следует применять эти знания к каждому новому пережитому нами опыту, к тем событиям, с которыми мы сталкиваемся в повседневной жизни. Рассмотрим нашу сегодняшнюю ситуацию: при мысли о приближающемся отъезде из Бодхгайи многие могут ощутить прилив грусти. Погружаться в это состояние и думать, что мы уезжаем и больше никогда не увидимся, – не очень полезно.
Однако, если мы поразмыслим о глубинном значении этого события, о природе человеческой жизни и о той роли, которую играют в ней перемены, если мы усвоим этот наглядный урок о непостоянстве всего сущего, то опыт отъезда может оказаться весьма полезным. Он обретет некий смысл. В физическом отношении мы можем покинуть какое-то место, но что касается умственного аспекта, нашей памяти и определенного опыта, пережитого нами в Бодхгайе, то все это останется с нами. Все это сохранится в нашей памяти, в нашем уме. То, что обладает физической природой, не может оставаться с вами навечно. Оно побудет с вами некоторое время, а затем придется с ним расстаться. Так что, как видите, все внешние, обладающие природой материальности вещи, какими бы важными и замечательными они ни казались, в конечном итоге покинут вас. Но некоторые другие аспекты, в основном связанные с сознанием, с внутренним опытом, навсегда останутся с вами.
Вопрос: Ваше Святейшество, как отделить суть буддизма от наносного слоя тибетской культуры?
Его Святейшество: С моей точки зрения, основную суть буддизма составляют такие изначальные учения, как учение о Четырех Благородных Истинах и Двух Истинах (относительной или условной и абсолютной). Это те учения, которые можно найти в индийском буддизме, в японском, китайском, тайском, бирмском буддизме, а также в тибетской традиции. Во всех этих традициях присутствуют такие учения, как учение о Четырех Благородных Истинах. Они являются первоосновой всех форм буддизма. Что касается тантры, то она не является широко распространенной практикой. Она существует только в тибетской, японской и, быть может, в корейской традициях. Тем не менее у нас есть все основания считать тантру такой же истинной формой буддизма, как и изначальные учения.
Когда мы в тибетском буддизме произносим определенные молитвы или проводим ритуалы, то здесь может присутствовать некоторый незначительный элемент адаптации к условиям культуры Тибета. Следовательно, при переносе буддизма на другую культурную почву, этот элемент может быть опущен. К примеру, при проведении некоторых пудж (ритуалов подношения) мы используем определенные музыкальные инструменты, в том числе и раковины. Это было позаимствовано нами из индийской традиции. (На Тибете нет раковин. Что же касается других музыкальных инструментов, то они традиционно тибетские.) Когда вы, европейцы, проводите эти пуджи, то вам вовсе не обязательно пользоваться теми же самыми инструментами. У вас есть свои собственные.
Это всего лишь один из примеров адаптации буддизма к местным условиям. Определенные аспекты культурного характера могут оказаться не уместными в другой стране, с другими культурными традициями, населенной другими людьми. Они не могут принести настоящей пользы, и поэтому должны быть заменены на нечто другое. Например, на Западе некоторые христиане используют для передачи духа учения и восхваления духовной идеи песню. Это хорошо. Это полезно.
Вопрос: В Учении присутствует много моментов, которые находятся в противоречии с западной научной мыслью. Например, там утверждается, что Луна расположена на расстоянии ста миль от Земли, и так далее. Многие из наших учителей придерживаются буквального толкования этих положений. Они считают, что западная наука ошибается. Не могли бы Вы, Ваше Святейшество, подсказать нам, как следует относиться к подобным моментам в учении Будды, а также к тем из наших учителей, которые понимают их в буквальном смысле?
Его Святейшество: Это сложный вопрос. Тем не менее я убежден – и это неоднократно мною подчеркивалось, – что по своей сути буддийский подход к любому предмету должен основываться на соответствии фактам. Если в ходе исследования выясняется, что тот или иной момент подтверждается рассуждениями и доказательствами, то его следует принять. Но это вовсе не значит, что не существует моментов, которые находятся за рамками человеческой способности к дедуктивному обоснованию. Правда, здесь уже речь идет о другом. Что касается таких вещей, как размеры или положение звезд или Луны, то человек может познать это с помощью разума. Здесь важно принимать факты и существующую ситуацию только такими, каковы они есть.
Когда мы исследуем некоторые измерения и описания в том виде, в каком они имеют место в наших собственных текстах, то иногда выясняется, что они не соответствуют реальному положению вещей. В таком случае нам остается согласиться с реальностью, а не с дословным толкованием священных текстов. Именно в этом должен заключаться общий буддийский подход.
Если некоторое утверждение находится в противоречии с рассуждением или в ходе исследования выясняется его ложность, то его следует отвергнуть. Именно в этом заключается общее правило, основной подход. Например, когда что-то воспринимается непосредственно органами чувств, то нет сомнения в том, что это следует принять.
В священных текстах излагаются многие различные космологические теории. Мы действительно верим в том, что существуют многие миллиарды миров, так же как западная наука уверена в существовании бесчисленного множества галактик. Данный момент очень ясно излагается в Священном Писании, несмотря на то что в различных текстах эта информация может присутствовать в разном объеме и отличаться по форме подачи. Здесь действительно могут наблюдаться некоторые отличия.
Например, во многих текстах присутствует упоминание о горе Меру. Утверждается, что она расположена в центре Земли. Но, если бы она действительно там находилась, то, следуя описанию, приводящемуся в священных текстах, ее можно было бы обнаружить. По крайней мере, мы должны были бы получить некоторые указания относительно ее местонахождения. Однако, таких указаний нет. Следовательно, мы должны интерпретировать это утверждение не в буквальном смысле, а как-то по-другому.
Если некоторые учителя до сих пор придерживаются дословного толкования определенных моментов в Священном Писании, то это их личное дело. Нет нужды с ними спорить. Вы имеете право видеть вещи в соответствии со своими собственными воззрениями, а они – со своими, если считают их правильными.
В любом случае, все это очень незначительно, не так ли? Основа Учения – это Четыре Благородные Истины; то, что они говорят об устройстве жизни, о природе страдания, о природе ума. Это – основы учения. Это то, что наиболее важно; то, что имеет непосредственное отношение к нашей жизни. Имеет ли мир форму квадратную или круглую, не имеет особого значения до тех пор, пока в нем царит благоденствие и покой.
Вопрос: Не могли бы Вы, Ваше Святейшество, поделиться своими мыслями о значении священных мест, подобных Бодхгайе. Что делает добродетельные поступки, совершенные в таких местах, более значительными? Почему они способствуют накоплению большей заслуги?
Его Святейшество: Сам факт, что многие личности, достигшие высокой степени духовной реализации, молились и занимались практикой в определенном месте, обусловливает то, что изменилась атмосфера или обстановка этого места. Они наложили на это место некий отпечаток.
И поэтому, когда другой человек, обладающий меньшим опытом и не сталь преуспевший в духовном развитии, оказавшись в этом месте, занимается практикой, он может получить опыт особого рода. Хотя при этом должны, конечно. присутствовать правильная мотивация и благоприятные кармические факторы. Они играют роль дополнительных условий в приобретении этого особого опыта.
