наследуют её у родителей, укрепляют, специально накапливают и передают своим детям. А здесь это происходит само собой, из-за чего люди в конечном итоге поднялись так высоко. Чуть-чуть больше Ци позволило им с каждым годом накапливать её чуть-чуть больше, становиться с каждым поколением чуть-чуть сильнее.
— И упёрлись они…
— Именно потому, что следующий уровень, уровень Священного Роста, практически никак не связан с Ци. Там идёт совершенствование уже разума и восприимчивости к миру, чего не добиться простой медитацией или накапливанием Ци без пилюль. Уверен, что если бы не этот уровень, то они бы поднялись ещё выше. Ну а ещё это влияет и на мир вокруг.
— Дай догадаюсь, ингредиенты, да? — предположил я.
— Верно, — ответил он, щёлкнув пальцами и указав на меня. — Ингредиенты. Совсем незначительное увеличение Ци оказало влияние и на них. Чуть больше накапливают, чуть сильнее становятся, чуть лучше размножаются, и вот их уже больше, чем в других частях этого мира, и они сильнее, а есть и те, которые растут только здесь. Даже взять в пример животное: если хищники хорошо питаются, они будут крупнее, чем их собратья из голодных земель, вот и всё.
Обидненько, если так брать. С другой стороны, а чего ещё можно было ожидать от волшебного края? Всё же не зря о нём легенды ходят, верно? О его чудесных городах и о народе, который куда сильнее других. Только вопрос…
— А почему здесь больше Ци, чем в других местах? Как так получилось, что, например, в империи Данселин люди едва до второго доходят, в Ёхендхае, лесах Шаммо и в пустыне с Горами великанов они третьего, а здесь и вовсе пятого?
— Так получилось, — пожал Бао плечами, уже добравшись до шкафа погибших. — Если ты рассчитываешь на то, что я тебе всё расскажу, то зря. Я сам это лишь прочитал.
— Ты прочитал. Но при этом, как я понимаю, другие и не слыхивали о тех, кто находится за огненными землями, иначе бы хлынули туда в поисках власти.
— Ну так я и читал не в общей библиотеке об этом. К тому же, не думай, что другие империи, да та же империя Синь, закроет на подобное глаза. У них хрупкое равновесие, и перевес в одну из сторон вызовет много проблем. К тому же, никто не говорил, что они никак не связаны с империями по ту сторону огненных земель. Изумрудных ублюдков знаешь?
— Те, что меня хотели убить? — вспомнил я. — И?
— Думаешь, их глава… как его там…
— Срезающего Солнце, — подсказала Совунья.
— Да, Срезающего Солнце, спасибо, дорогая. Думаешь, он сам по себе смог взять девятый уровень? Вот так случайно нашёл столь редкие ингредиенты? Или твои друзья из Розового Знамения, думаешь, они никак не повязаны с империей Пьениан?
Я вспомнил очень давний разговор с главой Розового Знамения, когда я спросил про Вьисендо. Тогда глава сказал, что даже не знает, где тот живёт, но иногда он навещал империю Ёхендхай, и бывало так, что проливалась кровь.
И никто не мог гарантировать, что не лилась кровь тех, кто мешал политике великой империи Пьениан. А ещё вспомнить тех наёмных убийц, которые устраняли неугодных, и сразу вырисовывается до боли знакомая картина того, как они направляют слабые империи по нужному им пути.
Зачем? Может по той же причине, почему уничтожили клан Вороньего крыла со всеми людьми, что имели чёрное начало.
Большая политика, её можно понять, если взглянуть сверху, но тут даже и гадать не надо, чтобы понять, что всё, как и обычно, упирается во власть.
Власть над всем миром.
Звучит вкусно для любого, кто хочет власти.
Ну а ещё вкусно выглядело то, что нам принесли в номер. Достаточно много овощей, мясо и парочка бутылок вина.
Я сразу бросил взгляд на Лисицу, у которой блеснули глаза при виде вина, как у алкоголички. Я знал, о чём говорю, так как прожил всё своё детство до восемнадцати с приёмной матерью-алкоголичкой.
Нет, у Лисицы есть чувство меры, но так же я видел, как она хочет отчаянно запить что-то внутри себя при любой возможности. Точно так же делала и маман, но там я знал, что она так сильно запивала — смерть своего мужа, чтобы забыться. Здесь же… Я так понимаю, всё те же детские травмы, да?
— Извините, — остановил я мужчину, который принёс нам еду. — Я хочу поговорить со старостой по поводу разбойников, что засели в храме.
— Я… я не знаю, может он вас встретить или нет, — ответил он напряжённо.
— А я не спрашиваю. Отведи меня к нему, — сказал я настойчивее.
— Хочешь прямо сейчас к ним, — спросила Лисица.
— Нет, но вот завтра уже вполне возможно, чтобы не расслаблялись.
А кто ещё, если не староста, сможет описать местность вокруг и рассказать парочку легенд о том месте. Я бы вот с удовольствием их послушал.
У мужчины не было выбора, как согласиться и привести меня к старшему. Старика я застал у него в доме, отчитывающего каких-то других мужиков. Так и не скажешь, что старик, столь мудрый на вид, умеет так разговаривать.
— Да, — весьма грубо спросил он моего провожатого и лишь позже заметил меня. И при этом ни капельки не смутился, мгновенно вновь став мудрым старцем. — Достопочтенный гость, я могу ли вам помочь в чём-либо?
При этом он взмахом руки заставил остальных тут же покинуть его комнату.
— Чаю?
— Нет, спасибо, я пришёл лишь обговорить… вашу проблему с разбойниками. Думаю, для вас не секрет, зачем они мне.
— Не они, а источник, на котором они укрепились и создали лагерь, оскверняя храм своим грязным присутствием, — кивнул он. — Думается мне, вам уже прекрасно известно, что находится под лагерем.
— Да, нас уже просветил их человек. И мне бы хотелось узнать поточнее, что там находится. Они к вам за этим пришли, не так ли?
— Не только за этим, — покачал он головой. Старик медленно развернулся ко мне спиной, прошёлся к своему небольшому столу и сел за него, устало выдохнув. — У нас произошёл инцидент, из-за которого… они затаили на нас зло. Но вы абсолютно правы, отчасти и из-за того, что скрывает под собой храм. То, чего так хочет их главарь, что готов даже рискнуть навлечь на
