Читаем без скачивания Большая игра - Дэн Смит

Дым вился вокруг поваленных деревьев. Он стелился по земле и закручивался в воронки, подхватываемый порывами ветра. Дым нес с собой сильный запах, но не только приятный аромат паленой древесины: были в нем и неожиданные примеси — обуглившаяся резина, расплавленная пластмасса и горящий бензин. И куда ни глянь — везде, как светлячки, в темном небе летали искры и тлеющие, как бумага, обрывки березовой коры.

Я отрешенно посмотрел кругом, будто контуженный, а потом попытался представить, что за злая сила могла сотворить такое. Зачарованный, я поражался дикой красоте загубленного леса.

Споткнувшись обо что-то, я больно отбил большой палец. Наклонился и увидел шипящий от дождя кусок металла.

— Ой! — Металл больно обжег мне кончики пальцев. Я отдернул руку и дотронулся до холодной мочки уха — если так сделать, то на пальцах не вскочит волдырь.

Отбросив железяку ботинком в сторону, я достал из-за спины лук, чтобы проверить, цел ли он. Убедился, что лук не раскололся надвое, и стал пробираться к квадроциклу, размахивая перед лицом руками в попытках разогнать дым. Перешагивая через затухающие костерки и поломанные сучья, я увидел квадроцикл. Как дохлое насекомое, он лежал перевернутый, раздавленный стволом упавшей ели. Три шины были разодраны, бампер квадроцикла смят.

Мне подумалось, что теперь, даже если я выберусь отсюда живым, папа непременно меня убьет. Подойдя поближе, я осмотрел квадроцикл в надежде, что его еще удастся починить.

— Черт! — Я пнул квадроцикл, и он отозвался глухим металлическим эхом. — Черт!

Я сжал кулаки, запрокинул голову и прокричал в небо:

— Ч-е-е-рт!

Как ни удивительно, небо ответило мне, подмигнув красным светом.

Странный огонек мелькнул над верхушками деревьев. Казалось, он парил в воздухе и я не сразу понял, что он постепенно становится все больше. Не знаю, что это было, но оно опускалось на лес, совсем как недавние разрушения. Я выгнул шею кверху и смотрел на красный огонек, завороженный его размеренным миганием.

Загорелся. Погас. Загорелся. Погас.

— Что это? — прошептал я.

Свет медленно приближался, и я увидел позади него нечеткий темный силуэт.

А я-то думал, что самое страшное позади: вертолет, Хазар, потом… даже не знаю, что это было — какая-то авария или обстрел.

— Тебя только не хватало! — простонал я, обращаясь к красному огню. — Да что ты вообще такое?

Красный свет мне не ответил. Он только мигал, опускаясь за деревья по другую сторону от распахавшего лес шрама у меня за спиной. Послышался хруст ветвей и глухой удар.

Что бы это ни было, оно только что приземлилось. Совсем близко.

Часть меня не хотела думать ни о чем, кроме спасения, но другая уже сгорала от любопытства. Мне хотелось узнать, что это такое. Теперь, без квадроцикла, я все равно никуда не спешил.

Я повернулся и смерил взглядом шрам. Красная лампочка мигала невдалеке, как раз в той стороне, куда я направлялся. Моим долгом было узнать, что прилетело в наш лес.

Мне необходимо было знать.

— Ну что ж, — сказал я огоньку. — Посмотрим, кто ты есть.

Я вернулся к квадроциклу, чтобы забрать уцелевшие вещи. Алюминиевая рама рюкзака не пострадала, так что я забил его под завязку, надел на спину и взял в руку лук.

Перебраться через лесной шрам было непросто. Приходилось то взбираться на упавшие ели, то проползать под сучковатыми стволами поваленных вековых деревьев. В воздухе пахло гарью, она драла горло, и я заходился кашлем всякий раз, когда вдыхал густой дым. Кривые лапы ветвей так и норовили зацепиться за мою камуфляжную сетку.

Несмотря на ночной холод, моя непромокаемая куртка пропиталась потом, пока я добрался до другого края борозды. Я влез на поваленное дерево и уставился на красный огонек.

Загорелся. Погас. Загорелся. Погас.

По телу пробежала дрожь, и я подумал, что еще можно уйти, что так будет даже лучше. Но, завороженный красным огоньком, я вспомнил слова Хамары: «В лес он уходит ребенком, а вернется настоящим мужчиной».

Мужчиной! Мужчины не трусят.

«Будь смелым, — прошептал я, — будь сильным».

Глубоко вдохнув, чтобы успокоиться, я спрыгнул с дерева и шагнул в глубь леса, не сводя глаз с красного маячка.

Кто вы?

В зарослях папоротника, среди редких деревьев, стоял, слегка накренившись, странный металлический контейнер. Усеченный конус с меня ростом весь блестел и лоснился, как начищенное серебро. Из его крыши торчала антенна, на конце которой мигал красный огонек. Справа и слева к конусу крепились еще две лампы. Они продолжали мигать. Загорелись. Погасли. Загорелись. Погасли.

С темнотой на лес опустился зловещий туман. Дым застилал глаза, вокруг летали искры, и казалось, что загадочный предмет не мигает красными огнями, а извергает кровь в ночное небо.

За ветви рябины зацепился парашют, свисавший до самой земли. Он крепился к плоской вершине конуса множеством веревок, которые то натягивались, то провисали, когда порывистый ветер раздувал ткань. Прямо передо мной была дверь с маленьким окошком. Оно мерцало, будто внутри был включен свет, но я не заметил никаких признаков жизни.

Притаившись за низкими ветками мшистого дуба, я стал разглядывать контейнер. Мне показалось, что я раньше видел нечто подобное. Может, по телевизору или когда в игры на компьютере играл, точно не вспомнить. По-моему, в таких штуковинах люди возвращались из космоса, только контейнеры опускались на воду, а не на землю. Может быть, передо мной было как раз такое устройство, просто оно не долетело до озера?

Но потом я вспомнил про ракетницы, дым снарядов и взрывы — все сводилось к Хазару. ОН стоял за сегодняшним хаосом. Но что же Хазар подстрелил? Борозду посреди леса пропахало нечто большое, а этот конус… Был ли он спасательной капсулой или чем-то иным, инопланетным?

От этой мысли у меня замерло сердце. Я попытался убедить себя, что все это глупости. Ну что могли искать пришельцы в наших дебрях? И существуют ли инопланетяне вообще? Все же я пригнулся пониже и вложил стрелу в лук, готовясь выстрелить в то, что выйдет из контейнера.

Мне казалось, что вот-вот что-то случится, но ничего не происходило. Все так же моросил дождь, постукивая по деревьям и металлическому конусу. Все так же мигали красные лампочки. Загорелись. Погасли. Загорелись. Погасли.

Подождав еще пару минут, я опустил лук и нащупал под ногами крупный камень. Выступив из-за ветвей, я кинул булыжник что есть силы.

Клац!

С глухим металлическим звуком камень отскочил от конуса.

Где-то вдали заухала сова, но никто, кроме нее да эха, на удар не отозвался.

Не отрывая глаз от металлической цели, я снова пошарил по земле. Я угодил пальцами в грязь, но сумел нащупать острый камень. Когда рука поднялась для второго броска, из контейнера раздался стук.

Изнутри контейнера!

Я поспешно спрятался и с опаской посмотрел на конус, ожидая, что из него выскочит монстр.

Никого.

Я осторожно вышел из-за дуба, остановился и прислушался, а потом снова бросил камень. Изнутри контейнера сразу же раздался ответный удар.

Снова укрывшись за дубом, я подобрал два булыжника и один за другим отправил их в металлический объект. Камни громко ударились о дверь.

Клац! Клац!

Незамедлительно послышались два глухих удара изнутри контейнера.

Собравшись с духом, я начал подкрадываться к конусу, стараясь ступать как можно тише. Я шагал осторожно, ставя ногу на полную стопу, в точности как показывал мне папа.

Подобравшись к своей цели, я заглянул в маленькое запотевшее оконце и крепко сжал руку в кулак. Я поднес его к двери, глубоко вдохнул и несмело постучал. Получилось совсем тихо, так что я стукнул еще раз, посильнее. Металл под костяшками пальцев был ровный и гладкий.

В ответ тоже постучали, и темная фигура на секунду заслонила окно. От неожиданности я вздрогнул и отпрянул назад. Моим первым порывом было повернуться и убежать как можно дальше от этого места. Но из контейнера донесся еще какой-то звук, похожий на приглушенные крики.

Я переборол себя и заглянул в затуманенное окошко.

Снова показалась чья-то тень, а потом рука. Вполне человеческая на вид, но невозможно было разглядеть, человеку ли она принадлежит.

Палец заскользил по стеклу с той стороны двери.

Ничего не значащие символы.

— Пришелец, — прошептал я, с трудом веря в свои слова.

Я сделал шаг назад, покрепче сжал лук, вложил в него стрелу и попятился. Пришелец или нет, он умрет, если посмеет тронуть меня.

Палец за окном покачался из стороны в сторону. Мама так делала, когда призывала меня к осторожности. Стерев инопланетные письмена, палец остановился, а потом снова начал что-то выводить на стекле.

1492

Тут до меня дошло. Это было не послание пришельца, а просто цифры. 1492. Первый раз их написали задом наперед.