Глава третья
Джессика едва успела войти в квартиру, как раздался телефонный звонок. Бросив ключи на старинный столик перед входной дверью, она побежала в кабинет снять трубку. В голосе на другом конце провода слышался теперь уже знакомый намек на смех, готовый вырваться наружу.
— Я же обещал, что позвоню позже, — сказал Кевин, и губы Джессики автоматически расплылись в улыбке при звуке его голоса.
— Ну, если ты считаешь, что позже — это через пять минут…
— А разве нет?
— Разве нет что?
— Не позже, — ответил он.
Она рассмеялась над его способностью быть таким иррациональным, что казалось ей просто импульсивным поведением, которое она лично могла бы себе редко позволить из-за отсутствия времени.
— Ты победил, — согласилась она. — Думаю, попытки угнаться за тобой могут свести с ума твоих подчиненных.
— Так и есть. А тебя? Думаю, ты можешь угнаться.
На самом деле теперь, когда у нее стали болеть мускулы, она начала сомневаться, но внутренний жар, распространившийся по телу, когда его соблазняющий голос обволок ее, мешал ей это признать.
— Конечно, — сказала она, надеясь, что это только маленькая ложь.
— Тогда как насчет того, чтобы поплавать. Это прекрасный способ охладиться.
Джессика почувствовала иронию в этой мысли. Ей казалось невероятным, что можно охладиться в присутствии этого агрессивного создания мужского пола, особенно когда он так соблазнительно играет мускулами. Однако идея поплавать соответствовала ее желанию еще побыть с ним рядом.
— Звучит заманчиво, — сказала она с готовностью, — бассейн или океан?
— Я думаю, океан — это как раз то, что надо. Подходит?
— В том случае, если ты не ждешь, что я могу переплыть его одним махом.
— О'кей, — уступил он, притворяясь огорченным. — Если ты хочешь, мы можем попробовать поплыть на Бимини в следующий выходной.
— Только если ты возьмешь для меня лодку, — возразила она.
— Леди, вам придется поработать, если вы надеетесь укрепить свои мускулы, которые вы назвали вялыми.
— Кто тебя назначил моим личным тренером? — проворчала она игриво.
— Я просто хочу помочь, — ответил он и добавил — Жду внизу через пять минут.
— Снова эта неистовая гонка.
— А, может быть, я просто хочу скорее тебя увидеть, — предположил он, удивленный, а еще больше смущенный, что это именно так. Как он позволил себе перейти эту опасную черту между желанием и любовью! Ему хотелось обвинить ее в том, что это она заманила его, но она явно не заботилась о том, чтобы ее любили. Она совершенно очевидно предпочитала эмоциональную дистанцию. Если у него осталось хоть немного здравого смысла, он увидится с ней сегодня, а потом убежит как сумасшедший, пока не поздно и пока он не превратил их жизни в кошмар. Он уже однажды страшно обжегся на одной феерической связи, которая началась так же невинно, как эта. Тогда он поклялся, что больше не позволит эмоциям взять над собой верх.
Ее дразнящий голос ворвался в его унылые мысли:
— В таком случае, я буду через пятнадцать минут. Немного терпения тебе не помешает, — сказала Джессика, вызывая в нем бурю своим незначительным комментарием. Ему показалось, что она выходит из своей скорлупы, отвечая ему естественно и с юмором, наверняка таящимся в глубине ее настороженной души.
— Вы берете на себя очень тяжелое бремя, миссис Уоррен.
— Разумеется. Кто-то должен противостоять вам.
— И вы считаете, что можете? — спросил он с сомнением.
— Конечно, — сказала она с уверенностью. Кевина, однако, не могли обмануть ее смелые слова.
— Посмотрим, — сказал он мягко, но с явным вызовом в голосе. — Кто спустится вниз последним, проигрывает пари.
— Каковы ставки?
— Придумаем позже.
— Не выйдет. Я всегда хочу наверняка знать, во что играю, чтобы знать, буду ли я играть или нет, — возразила Джессика, прежде чем успела сообразить, что говорит с пустотой. Кевин уже повесил трубку.
Она кинулась в спальню и быстро переоделась в купальник красновато-коричневого цвета, который очень шел ей и прекрасно сидел на ее фигуре. Высоко вырезанный по бокам, он делал ее длинные ноги еще длиннее, а вырез впереди в форме петли подчеркивал полноту ее грудей. По дороге к лифту она на бегу набросила тонкий халатик поверх купальника.
Джессика нервничала, ожидая, пока лифт мучительно медленно доберется до ее этажа, как будто от этого зависело что-то очень важное. В лифте ее нетерпение усилилось, когда он замедлил ход и остановился на девятом этаже. Там ее ждал Кевин. Какое-то мгновение она собиралась помешать ему войти, но поняла, что он ее пересилит.
— Все-таки я тебя опередила, — говорила она, пока они спускались.
— Это ты так думаешь, — ответил он с дьявольской усмешкой. Не успела открыться дверь, он первый выбежал в вестибюль.
— Ну, ты… — сказала она сквозь зубы, выбегая следом.
Он пересек вестибюль и вышел в дверь легкой, вразвалочку походкой, оставив ее далеко позади себя. Когда она подошла к океану, он был уже по пояс в нежных волнах.
— Иди в воду. Вода чудная, — пригласил он с самодовольной усмешкой.
— Ты самый настоящий предатель, Кевин Лоуренс! — обвинила она, входя в воду следом за ним.
Он кивнул с апломбом.
— Возможно, ты права. Я ненавижу проигрывать. Кроме того, я не мог отказать себе в удовольствии выиграть пари у такой красивой леди, особенно когда ставки так высоки.
— Так каковы ставки? — спросила она уже с безразличием, лениво плывя рядом с Кевином и наслаждаясь ласкающими ее тело волнами океана.
— А я не говорил? — спросил он невинно.
— Ты отлично знаешь, что нет. На самом деле, если бы ты так невежливо не повесил трубку, я бы могла прекрасно выиграть это соревнование.
— У тебя не было шанса, — сказал он уверенно. — Я видел все твои движения, тебе бы' не удалось.
— Ты не видел всех моих движений, — возразила она и вспыхнула, потому что его взгляд стал очень пристальным и он стал придвигаться, не оставляя пространства между ними.
— Может быть, ты проявишь заботу и покажешь мне то, что я упустил? — спросил он низким, соблазняющим голосом, нежно притягивая ее к себе, пока их тела легко не коснулись друг друга, гораздо более обольстительно, чем это было днем.
Он наклонился к ней, приблизившись лицом, и Джессика почувствовала, что врастает в дно океана, не в силах вырваться из его объятий и, если быть честной самой с собой, не желая вырываться. Ее тело само прильнуло к нему, отлично вписываясь в мужественные контуры. Их ноги сплелись, и ее руки судорожно уперлись в его влажную грудь. Хотя вода, заключившая их обоих в свои объятия, была прохладной, их голые тела излучали неистовый жар.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
