Аейтенант Ферсман ответил, что Андреевский флаг спущен не будет. Никаких насильственных действий со стороны англичан не последовало, а на следующее утро адмирал Кован прибыл на «Китобой», сделал смотр маленькому кораблю и затем, подойдя к лейтенанту Ферсману, сказал: «Я надеюсь, что каждый английский морской офицер в подобном положении поступил бы столь же доблестно, как это сделали вы».
Заботами вдовствующей Императрицы Марии Федоровны «Китобой» был снабжен углем и провизией для дальнейшего следования. «Китобой» благополучно добрался до Севастополя, перед самой его эвакуацией, вместе с Русской эскадрой ушел в Бизерту, где и разделил участь обреченных на бездействие кораблей.
По всем данным, в задачи появившегося в конце 1918 года у устья Финского залива английского флота не входило оказание существенной помощи зарождавшимся там силам сопротивления против коммунизма. Помощь англичан оказалась достаточной, чтобы только отстоять отделение Эстонии от Советов! При таком отношении союзников России к Белому делу нельзя было думать о возрождении морских сил в составе Северо-Западной армии. Только в Нарове организовалась небольшая речная флотилия под командованием капитана 1-го ранга Д.Д. Тыртова131. Зато морские офицеры и гардемарины влились в сухопутные части. Особенно много моряков было в Печорском полку, где батальоном командовал доблестный капитан 1-го ранга П.А. Шишко, а ротами капитаны 2-го ранга М. Бабицын132, В. Беклемишев133, М. Ромашев134 и Г. Вейгелин135. Общая численность моряков, принявших участие в Северо-Западной армии, достигла 250 человек, около половины которых погибло в неравных боях с противником.
Армия генерала Юденича, подходившая уже к Петрограду (Стрельна, Аигово, Пулково), должна была отступить к границам Эстонии, а после заключения последней мира с Советами прекратить в начале 1920 года борьбу вообще.
Северный фронт. Онежская озерная флотилия
Политическое и военное положение на севере России в годы смуты 1917–1920 годов было по многим причинам настолько сложно и запутанно, что разобраться в нем сможет будущий объективный историк, лишь предварительно изучив международные и еще дореволюционные взаимоотношения России, Германии, Англии, Франции и др.
Мысль о создании белого фронта на Севере появилась впервые у группы русских патриотов в Петрограде вскоре же после Октябрьского переворота. Почти одновременно с этой группой, работавшей над осуществлением своего проекта, народным социалистом Н.В. Чайковским была создана тайная организация под именем «Союз возрождения России».
От англичан был послан в Архангельск под фамилией английского офицера Томсона капитан 2-го ранга Г.Е. Чаплин136. С ним руководители «Союза возрождения» уже в Архангельске вступили в связь и со своей стороны предложили ему принять на себя роль военного руководителя в предстоящем выступлении. Вместе с капитаном 2-го ранга Чаплиным и так называемым «Национальным Центром» несколько позже в Архангельске появился, с целью содействовать подготовлявшемуся восстанию, специальный отряд, действовавший по поручению французского представительства в Петрограде.
Помимо этих организационных группировок, еще задолго до восстания, в Архангельск стали стекаться через Мурманск, леса Карелии и другими путями, в порядке личной инициативы, офицеры всех родов оружия и прежде всего офицеры Балтийского флота и гардемарины, разогнанные Троцким: Морского корпуса, Отдельных гардемаринских классов и Морского инженерного училища, – чтобы принять активное участие в свержении советской власти в Северной области.
1—2 августа 1918 года с ликвидацией в Архангельске советской власти во главе освобожденной Северной области стояло «Верховное управление» под председательством Н.В. Чайковского. В числе документов архива Северной области находится следующее постановление.
Верховное Управление Северной области
ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 1
Во имя спасения Родины и завоеваний революции Верховное Управление Северной области Командующим всеми Морскими и Сухопутными вооруженными силами Верховного Управления настоящим назначает капитана 2-го ранга Георгия Ермолаевича Чаплина, с возложением на него обязанностей:
1) Командование всеми вооруженными силами Верховного Управления со всеми правами, связанными с этой должностью на основании законов и обычаев войны.
2) Назначения и увольнения всех должностных лиц Армии и Флота, за исключением начальников Военного Штаба.
г. Архангельск, 2-го августа 1918 года.
Председатель Верховного Управления Северной области
Н.В. Чайковский
Секретарь П. Зубов
Это социалистическое управление Северной области просуществовало лишь месяц. 6 сентября 1918 года командующий русскими вооруженными силами на побережье Белого моря капитан 2-го ранга Чаплин это правительство арестовал и отправил на Соловецкие острова. С начала октября павшее правительство было заменено несоциалистическим Временным правительством Северной области, но под давлением английского командования во главе его по-прежнему остался тот же народный социалист Чайковский. Командование же русскими вооруженными силами от капитана 2-го ранга Чаплина перешло к Генштаба полковнику Дурову137.
Из полуофициальных разговоров и дружеских бесед с высшими представителями английского командования (из архивов Северной области) следовало, что русское правительство Северной области для союзников являлось лишь правительством de facto. Вместе с тем союзники прилагали все свои усилия, чтоб ускорить объединение всей России, так как последняя «нужна Европе, и Европа не была бы Европой, если бы в ней не раздавался голос правительства, представляющего всю Россию». И пожалуй, нетрудно расшифровать, что подразумевала Англия под «голосом правительства России», если главнокомандующий английскими вооруженными силами в нашей Северной области генерал Пуль заявил, что с большевиками они не воюют, а воюют только с немцами.
Мичман А. Гефтер138 в своих воспоминаниях о целях союзников пишет: «С каждым днем моего пребывания на Мурмане приходится все больше убеждаться в правильности возникшего предположения о цели прибытия англичан. Они прибыли не для помощи русским, а для овладения богатым районом… Для них безразлично, кто такие русские, с которыми они имеют дело, большевики или нет, – и те и другие должны быть под эгидой английской власти…»
Между тем молодые морские офицеры и гардемарины, пробравшиеся с берегов Балтийского моря в Северную область еще в конце 1918 года, служили в дивизионе истребителей – в Белом море сражались с большевиками и на сухопутном фронте по берегам Северной Двины, и в Пинежском районе, и на флотилии Ледовитого океана.
С присущей молодости пылкостью они возмущались как двойственной политикой союзников, так и излишним бюрократизмом отечественных русских военных учреждений. Это последнее обстоятельство в известной мере объясняется тем, что в начале Белого движения во главе с контр-адмиралом Викорстом139 в ответственных учреждениях сидели люди, служившие большевикам до самого переворота. Они сумели задержаться с благословения англичан на тех же должностях и при белых. Так же успешно они продолжали творить дело развала флотилии.
И неудивительно поэтому, что группа патриотически настроенной «боевой» молодежи – лейтенанты Афанасьев140, Аисаневич141 и Соколов142 и мичманы Державин143, Вуич144, Шанардин145 и др., случайно узнав о (скрытой для них) телеграмме, полученной из Омска от морского министра Верховного
