— Нет, те были последними, — сказала она.
— Очень приятно.
— Я не прошу извинения. Просто объясняю — чтобы положить конец разногласиям между нами. Не хочешь аннулировать и этот счет? Мне нужно знать.
— Я уже говорил — хотелось бы считать, что мы квиты. Это остается в силе. А какое отношение к этой истории имеет Юрт? Не понимаю, как они спелись и что они такое друг для друга.
Прежде, чем вернуться на свое место, Мандор добавил капельку вина и в мой бокал. Ясра взглянула мне в глаза.
— Не знаю, — проговорила она. — Когда мы с ней боролись, у нее не было союзников. Должно быть, это случилось, пока я была неподвижна.
— Что ты думаешь насчет того, куда они с Юртом могли удрать?
— Ничего.
Я взглянул на Мандора, но тот покачал головой.
— Я тоже не знаю, — сказал он. — Однако мне пришла в голову странная мысль.
— Да?
— Я чувствую необходимость подчеркнуть, что Юрт не только преодолел Лабиринт и приобрел могущество — он, несмотря на все свои шрамы и недостающие куски, очень похож на тебя.
— Юрт? На меня? Ты, наверное, смеешься!
Он посмотрел на Ясру.
— Мандор ПРАВ, — сказала она. — Совершенно ясно, что вы — родня.
Я положил вилку и потряс головой.
— Что за нелепость, — сказал я больше для самозащиты, чем для уверенности. — Никогда этого не замечал.
Мандор еле заметно пожал плечами.
— Тебе нужна лекция по психологии отрицания? — спросила меня Ясра.
— Нет, — сказал я. — Мне нужно немножко времени, чтоб до меня дошло.
— Все равно пришла пора следующей перемены, — объявил Мандор, сделал широкий жест, и появились новые яства.
— Из-за того, что ты освободил меня, у тебя будут неприятности дома? — спросила Ясра.
— К тому времени, как они поймут, что тебя там нет, я надеюсь сочинить хорошую историю, — ответил я.
— Другими словами, неприятности будут, — сказала она.
— Ну, может, совсем немного.
— Я посмотрю, что можно сделать.
— В каком смысле?
— Терпеть не могу быть кому-то обязанной, — сказала она, — а ты сделал для меня больше чем я для тебя. Если я найду способ отвратить от тебя их ярость, я им воспользуюсь.
— Что это ты задумала?
— Давай остановимся. Иногда лучше не знать слишком много.
— Мне не нравится, как это звучит.
— Отличный повод сменить предмет разговора, — сказала она. — Юрт очень сильно враждует?
— Со мной? — спросил я. — Или ты никак не поймешь, не вернется ли он сюда за второй порцией?
— Если тебе угодно поставить вопрос так — и то, и другое.
— Думаю, если бы Юрт мог, он убил бы меня, — сообщил я, поглядывая на Мандора, который кивал.
— Боюсь, что так, — заявил он.
— Что же касается того, вернется ли он сюда еще раз за тем, что уже получил, — продолжил я — тебе судить. Как тебе кажется, насколько он близок к тому, чтобы полностью завладеть силами, которые можно получить от Источника во время ритуала?
— Точно сказать трудно, — сказала она, — потому что он проверял свои силы в условиях ужасной неразберихи. Может, процентов на пятьдесят. Это только догадки. Удовольствуется ли он этим?
— Может быть. Насколько же опасным он тогда станет?
— Очень опасным. Когда полностью освоится с положением вещей. Тем не менее, он должен понимать, что, реши он вернуться, он нашел бы тут охрану, с которой трудно было бы бороться даже такому, как он… Только Шару, таков, каков он сейчас, стал бы непреодолимым препятствием.
Я все ел и ел.
— Вероятно, Джулия посоветует ему не пробовать, — продолжала она, — она ведь знакома с Замком.
Я кивнул в знак того, что согласен с таким замечанием. Когда встретимся, тогда и встретимся. Сейчас я немного могу сделать, чтобы это предотвратить.
— Можно, теперь я задам тебе вопрос? — сказала она.
— Давай.
— Ти'га…
— Да?
— Я уверена, она даже в теле дочери герцога Оркуза не просто так зашла во дворец и добрела до твоих апартаментов.
— Едва ли, — отозвался я. — Она — в числе официально приглашенных.
— Можно узнать, когда прибыли приглашенные?
— Раньше, днем, — ответил я. — Хотя, боюсь, не могу вдаваться в подробности относительно…
Она махнула богато украшенной кольцами рукой, сделав жест отрицания.
— Государственные тайны меня не интересуют, — сказала она, — хотя я знаю, что Найда обычно сопровождает своего отца в качестве секретарши.
— И что же?
— Ее сестра пришла с ней или оставалась дома?
— Ты о Корал, верно? — спросил я.
— Да.
— Она осталась дома, — ответил я.
— Спасибо, — сказала она, возвращаясь к трапезе.
Черт. К чему все это? Что Ясра знает про Корал то, чего не знаю я? Что-то, имеющее отношение к ее нынешнему, неопределенному состоянию? Если так, чего мне будет стоить выяснить это?
Тогда я поинтересовался:
— Зачем тебе это?
— Просто любопытно, — ответила она. — Я знала эту семью в… лучшие времена.
Ясра в сентиментальном расположении духа? Быть не может.
Тогда что же?
— Предположим, у этой семьи есть пара проблем? — спросил я.
— Кроме того, что в Найду вселилась ти'га?
— Да, — сказал я.
— Грустно слышать, — был ответ.
— Что это за проблемы?
— Корал вроде как попала в плен…
Она выронила вилку, и та упала на тарелку, тихо звякнув.
— О чем ты говоришь? — спросила Ясра.
— Она попала не туда, куда следовало, — сказал я.
— Корал? Как? Куда?
— Это до некоторой степени зависит от того, сколько ты знаешь о ней на самом деле, — объяснил я.
— Эта девочка мне нравится. Не играй со мной. Что случилось?
Такой ответ меня более чем озадачил. Но мне нужно было не это.
— Ты хорошо знала ее мать?
— Кинту… Я встречала ее… на дипломатических приемах. Очаровательная леди.
— Расскажи мне о ее отце.
— Ну, он — член королевской фамилии, но по линии, не наследующей престола. Прежде, чем стать первым министром, Оркуз был послом Бегмы в Кашере. Его семья жила там вместе с ним. Поэтому, естественно, я виделась с ним по многим делам…
Когда она сообразила, что я смотрю на нее, не отрываясь, сквозь Знак Логруса, через ее Сломанный Лабиринт, она подняла глаза. Наши взгляды встретились и она улыбнулась.
— О, ты спрашиваешь о ее ОТЦЕ, — сказала она. Потом Ясра замолчала, а я кивнул. — Да, в этих сплетнях есть доля правды, — наконец заметила она.
— Но точно ты не знаешь?
— На свете столько сплетен… большую их часть проверить невозможно. Откуда мне знать, в каких из них есть доля истины? И потом, мне-то что беспокоиться?
— Конечно, ты права, — сказал я. — И все-таки…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
