охватило всё в радиусе километра, заполнив поле боя и всё вокруг потоками сильного ветра.
Принк Берсеркер же, приземлившись и встав в центре арены, оглядел труп своего противника разочарованными глазами, в которых больше не было радости. После этого он сказал голосом, поникшим и полным разочарования:
— Да уж… Это и есть сильнейший монстр этой земли? Серьёзно? Такой слабый… Такой убогий… Такой… Да ты вообще монстр? Или что ты, черт подери, такое?! — его разочарование в мгновение ока переросло в ярость. Он не мог поверить, что сильнейший враг, которого он только мог здесь найти, оказался настолько ничтожным. Настолько слабым, что новобранец даже не успел испытать полный спектр эмоций, не говоря уже об радости битвы, об насыщении своей души.
Но вдруг… Кровь, дождем вырвавшаяся из тела убитого монстра, впиталась прямо в пол, словно он был губкой. Казалось, что что-то под землей выпило её, как гранатовый сок, наконец пробудившись. А сразу за этим мощный духовный поток начал ощущаться прямо под ногами людей. Там точно было что-то живое. И не просто живое, а во истину опасное и страшное.
«Хм…»
«Что это у нас там?»
«Неужели ещё что-то опасное?»
Почувствовав это, Принк широко улыбнулся, начав оглядывать землю у себя под ногами. Хоть точно он ничего сказать не мог, но его духовное чутье, которое вырисовывало образ духовной сигнатуры, давало ему понять, что там и вправду нечто ужасное, нечто куда более опасное, чем этот, как он считал, жалкий дух.
— Хм… А это уже интереснее. Всё-таки здесь есть, чем заняться. Что ж… Тебе наверняка нужно время чтобы пробудиться, — хоть Принк и казался безумным воином, желавшем лишь сражения, но… Его умение анализировать ситуацию, которая этих битв касалась даже условно, было просто невероятно. Скорее всего это было удивительное сочетание таланта и жизненного опыта. — Ну а пока ты пробуждаешься… — юноша услышал вокруг себя шаги…
К нему, со всех сторон, постепенно делая шаг за шагом, начали приближаться десятки ужасных монстров. То были существа с телом человека и головой, руками и ногами волков. Самые настоящие верфольфы с удивительно накаченными телами покрытыми черной шерстью. Высота каждого из них была примерно один метр девяносто, может де вяносто пять сантиметров. Весьма крупные и опасные существа, готовы разорвать любую добычу, особенно в момент, когда собирались в стаю. И сейчас эта стая всё быстрее приближалась к новобранцу, окружая его для атаки. С их огромных пастей стекала слюна и капли вражеской крови. Вероятно, она принадлежала другим новобранцам района «D», которых эти существа уже успели пожрать. Чем-то выражения их морд даже напоминали злобные улыбки. Они словно говорили новой жертве, что у неё нет ни шанса на спасение. Тоже говорили их глаза, направленные прямо на Принка.
И… Если быть честным, любой в этой ситуации бы испугался. Если не любой, то абсолютное большинство точно. Душа большинства воинов средней руки бы начала панически дрожать, а сами бы они уже думали как скрыться от этих чудовищ, каждый из которых был прирожденным охотником. Однако…
Принк Берсеркер был совершенно иным. Лишь он увидел монстров, как на его лице растянулась довольная улыбка, а душа, уже достигшая второго пробуждения, встрепенулась. В этот момент всё тело окутала плотная духовная энергия. Ей же загорелись зрачки его глаз, которые были розовыми, словно минерал под названием родонит.
«Прекрасно…» — подумал берсеркер, как за его спиной исказилось абстрактное пространство. Всё вокруг словно почернело. И в этой тьме виднелись лишь его горевшие силой глаза. Но… Всего-лишь на мгновение в этой тьме мелькнуло нечто… Словно за спиной героя на менее чем на секунду проявились два искаженных крыла из духовной энергии розового и черного цвета. И лишь это произошло, как Принк Берсеркер закончил говорить:
— …Я найду себе новый способ повеселиться.
Таков и был Принк Берсеркер. Ужасный, но при этом удивительный воин, способный отразить любую вражескую атаку, который показал себя в одной из самых слабых зон отбора в рыцари истребления Найфорда. Боец, готовый растоптать любого врага, ведь битвы были его жизнью. Угроза, с которой никому бы не захотелось столкнуться. Настоящий Джокер, способный удивить любого.
Глава 2 "Меч и Лук"
***
Не только Пирсхад Кайзер и Мордред Аустен отправились в глубины леса демонических львов, сохраняя в своих душах удивительное желание пройти отбор и набрать побольше боевых очков, которые выдавались за боевые достижения.
Были и другие воины, которые делали тоже самое. Это касалось и тех, чьи имена мы ещё не знали. Так и тех, кто был нам знаком. Даже уже погибшие воины, на самом деле, делали бы тоже самое. Но увы… Судьба отказала им в этой возможности. Не позволила им продолжить свой путь, напомнив, что любой конец скорее печален, нежели вызывает радость.
Но мы вернёмся к тем, кто продолжал двигаться вперёд. Всё-таки одни и те же желания двигали абсолютно всеми новобранцами, среди которых были ещё два молодых парня, которых случайно объединила совсем разная, но не самая легкая судьба.
И сейчас эти два необычных воина: черный лучник и золотой мечник, также планировали не только выжить в огромном темном лесу, в который почти не попадал свет, но ещё и убить побольше монстров, чтобы их итоговая оценка стала выше. Конечно, в первую очередь они оба думали о собственных целях, желаниях и мечтах, а общая оценка в целом не посещала их мысли. Однако, как бы они не говорили, что это им неважно, подсознательно все новобранцы мечтали, чтобы их высоко оценили.
В этом желании их двигали принципы, мечты и цели совершенно разные. Начиная от эгоизма и желания быть выше других во всем, чтобы показать себя, если речь шла о таких воинах, как Кайзер. Продолжая осознанием того, что высокая оценка приблизит их к всеобщей известности и доверию, если говорить об Ахиллесе, который мечтал стать настоящим героем. По крайней мере в его представлении значения этого своеобразного термина. Вероятно, лишь у Мордреда не было особой причины желать высокой оценки. Сама оценка правда его мало трогала. Однако и им также как Кайзером, двигало юношеское чувство соперничества. Конечно, оно было слабее, чем у Пирса, но всё равно активно себя проявляло.
***
Парни же, которые шли вперед, изредка оглядываясь по сторонам, решили начать диалог. Точнее, один из них начал говорить, а второй просто не стал игнорировать его попытки.
Гарад, сохраняя на лице добрую, но неуверенную улыбку, сказал:
— А нам досталась простая тропа, Зигфит. Видимо
