Не мыслимо! Но самое смешное, что он пришёл к эльфам и дал им… растение. Аттий тогда спросил друидов, могли ли они в своё время создать нечто подобное? И да, могли. Структура той водоросли была настолько проста, что с ней бы справился любой неофит. Так почему же пришлось брать её у человека⁈ Так… это… кто ж такую посредственность-то делать будет? Ни вкуса, не внешности, а запах… Друидам куда ценнее вырастить один плод, затратив уйму усилий и знаний, но отведав который, вкусивший испытает неземное блаженство и будет готов копить золото следующие несколько лет, чтобы купить следующий.
И да, эта способность возводить сложные здания за считанные минуты… Шёпот Водопада не видел такого никогда… И она бы ой как пригодилась бы в дальнейшем. Столько всего нужно сделать! Сейчас весь лагерь беженцев ютится в палатках и даже тех не хватает на прибывающих каждый день беженцев!
А ещё эта Сильва… Молодая ещё, кровь кипит. Не понимает, почему они здесь, а не воюют с тёмными на передовой… Надо встать и пойти сделать ей внушение, чтобы была поосторожнее. Если тёмная не солгала и всё действительно настолько плохо, то пара дополнительных защитных заклинаний лишними точно не будут, ну а если солгала, то обезьяну нужно будет сильно не унижать, но чтобы знал, кому не стоит перечить в будущем.
* * *
— Разумно ли это? — задал мне вопрос ВИК, как только я зашёл обратно в головной вагон.
— С точки зрения дипломатии, как оказалось, да. — на губы сама собой наползла кривая улыбка. — Знаешь, есть такая книга то ли «Психология приматов», то ли «Политика у шимпанзе». Так там всерьёз рассматривается такое явление, что обезьян, которых приносят еду старшие особи всячески притесняют и избивают чуть ли не на каждодневной основе, тем самым укрепляя свою иерархию. На фоне этого наблюдения довольно странно слышать, как это снобьё называет обезьяной меня. Надо обозначить, что моя добрая воля — это именно что добрая воля, а не раболепие.
— Довод принимаю, но я имел ввиду состояние ваших каналов маны. У меня нет статистики, насколько опасен пользователь маны не испытывающий истощения, но электрические разряды, ударившие в корпус корабля, были достаточно сильны, чтобы убить человека.
— И их мощности хватит, чтобы пройти под экранированный скафандр?
— Нет.
— Вот и чудно. Там принтер освободился?
— Да, эльфы перестали ремонтировать снаряжение, и я закрыл вагон.
— Прекрасно, мне потребуется экипировка сил Юстиции для разгона демонстраций и, на всякий случай, «Беовульф».
— Принято, начинаю печать.
Пока залазил в скафандр и проверял системы, принтер уже справился с заказом. К этому времени в ангаре появилась ещё и Яо.
— Это что? — с сомнением спросила она, видя, как я пробую в руке прозрачный щит с гербом Юстиции и большой надписью «POLICE» внизу.
— Ну у нас же вроде бы не летальная дуэль. — в правой руке легко прокручивается самого классического вида полицейская дубинка. Правда, не резиновая, а ребристая, из металла и на длинном конце у неё искрят контакты от шокера.
— Не стоит недооценивать эту дуру. Всё-таки Рассветная Стража — это последний бастион между врагами и правящей семьёй светлых эльфов. — Это убегать от них легко, но жить в бою они умудряются довольно долго.
— Догадался, поэтому беру ещё и это. — показываю девушке автоматический пистолет пятидесятого калибра под одноимённый патрон. — Ну и ещё кое-чего про запас.
На пояс крепятся дополнительные подсумки.
— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
— Ой, а я-то как надеюсь!
На указанной поляне было довольно шумно. Не скажу, что там собрался весь лагерь, но эльфов сто туда точно набилось, а уж сколько расселось на окружающих деревьях — так вообще мрак. К счастью, места хватало и для наших с Сильвой маленьких игрищ.
К слову, Стражница уже стояла там, опираясь на такую же глефу, как и ту, что я первой отремонтировал для её командира. Видать, уставное оружие. Мы с Яо подошли к ним и тёмная, на правах моего секунданта, спросила у Аттия:
— Твоя дура не передумала?
— Сначала он, потом ты. — зло рыкнула в ответ стражница.
— Как тебе будет угодно, болезная, — кивнула Яо и повернулась ко мне.
— Бой до того, пока кто-то из участников не попросит пощады или не сможет продолжать сражаться. Запрещается намеренно убивать противника, мастерством излишне могущественным. Стороны, согласны ли вы с правилами?
— Да, согласна.
— Без разницы.
— В таком случае, начинайте, когда мы покинем поле боя. — сказал Аттий и неторопливо зашагал в сторону кольца зрителей.
— Будь осторожней, — говорит мне Яо и растворяется в чёрной дымке.
Ответить не успеваю, зрение, уже привычно, дополненное с камер «Ласточки», фиксирует движение и я рывком отскакиваю на два метра в сторону, а место, где я только что стоял, рассекает полупрозрачное лезвие топора с меня размером. Сразу за вертикальным ударом стражница делает горизонтальный, от которого меня успешно защищает щит, на котором появилась довольно глубокая полоса. Так, да? Ну ладно!
Бегу к противнице, пытаясь сократить дистанцию, но та с помощью всё той же растреклятой магии упархивает куда-то в сторону, оставляя по пути след из своих тут же исчезающих двойников. Из-за их спин в меня летит ещё один горизонтальный разрез, на который я еле успел среагировать, вновь выставив щит, а в следующий момент эльфийка оказывается уже сбоку и пытается вставить копьё мне в голову. Я смотрю, кто-то очень внимательно слушал своего босса.
Отшатываюсь в сторону и почти падаю. Теперь мне приходится разорвать дистанцию, чтобы прервать серию атак светящимся лезвием. Девочка играет грязно? Ладно, сама виновата.
Очередной рубящий сверху приходится принимать на щит. Прозрачный полимер щита крошится сверху, но мне хватает времени, чтобы толкнуть назад оружие вредной девчонки. Та делает шаг назад и принимает на древко сокрушительный удар полицейской дубинки. Вокруг неё трещит и лопается, проявившийся полупрозрачный барьер, наверное, один из тех
