— Все нормально. Вы имеете право на свое мнение, — бросил он, продолжая обуваться.
Джули очень не хотелось, чтобы он уходил вот так, считая ее неблагодарной. Боясь, что он всерьез обиделся и может больше не прийти, она шагнула к нему и жалобно повторила:
— Простите, пожалуйста.
Выражение его лица смягчилось.
— Не стоит извиняться. Звоните, когда понадобится помощь. Если меня не будет дома, ответит моя мать.
Джули удивленно посмотрела на него:
— Ваша мать?
Он кивнул:
— Вас это удивляет?
— Да нет… Наверное, многие матери живут со своими женатыми сыновьями.
Темные брови Скотта приподнялись, на губах заиграла улыбка.
— Весьма возможно. Однако… — Он замолчал, потому что послышался громкий и настойчивый гудок машины.
Джули выглянула в окно и увидела за рулем Валери Андерсон. Скорее всего, она заметила машину Скотта и старалась таким образом привлечь его внимание.
— Я лучше пойду. Спасибо за кофе. И если вам представится случай позвонить мне еще раз, к телефону подойдет моя мать. Я не женат… пока.
И с этими словами он вышел, а Джули осталась одна, чувствуя себя ужасно глупой. Почему она решила, что он женат? И почему это должно ее волновать? Она подошла к окну и смотрела, как он пробирается по снегу к воротам, заметила лучезарную улыбку, которой одарила его Валери Андерсон, приспустив стекло машины. «Я не женат… пока», — звенело у нее в ушах. Наверное, он собирается жениться на этой девушке.
С чувством глубокого разочарования Джули отвернулась от окна. Валери — самоуверенная, надменная — совсем не пара Скотту. Но с другой стороны, Она богата, красива, модно одевается, уверенно держится. В этом смысле она была бы идеальной женой для такого мужчины, как он.
Эта мысль тяжелым грузом легла на сердце Джули и не оставляла ее весь день. Она перенесла в столовую диванчик, послушала транзистор и попыталась писать. Мысли о Скотте как будто оставили ее наконец.
Но когда Джули легла спать, то поняла, что все еще думает о нем. Широко раскрытыми глазами она глядела в темноту и пыталась понять: почему? почему он постоянно в ее мыслях? Она не может влюбиться в него. Не должна. Она не хочет ни в кого влюбляться. Она хочет быть свободной, чтобы полностью отдаться писательскому труду.
Несколько часов Джули ворочалась в постели, пытаясь заснуть. Если уж и влюбиться в кого-нибудь, то почему бы не в Рона Кеннеди, который был писателем и свободным от всяких уз человеком? Джули не сомневалась: если Скотт пока и не помолвлен с Валери Андерсон, то это скоро произойдет. Она дважды видела их вместе, и по взгляду, каким смотрела на него девушка, все было ясно. Вывод один: Джули не может себе позволить влюбиться в него.
Глава 3
В понедельник утром Джули решительно села за роман. Если она хочет стать профессиональной писательницей, то должна вести себя соответствующим образом, а не тратить попусту время, ожидая вдохновения. Она читала, что большинство писателей сразу печатают на машинке, значит, она тоже должна этому научиться. Все дело во времени — не более того. Она уже написала первый абзац, сделала множество пометок и составила набросок первой главы в целом. Когда она напечатает первый черновик, то научится думать и за пишущей машинкой.
Джули приступила к работе, мысленно благодаря подругу своей приемной матери, которая заставила ее учиться машинописи. Конечно, пока она печатает еще не очень хорошо, но когда перепечатает весь черновик своей книги, то ее мастерство, безусловно, возрастет — тогда не придется платить профессиональной машинистке.
Теперь ее герои стали живыми, как настоящие люди, и Джули знала, что в каждом из них была частичка ее самой. Их надежды, страхи и разочарования были выражением того, что чувствовала она сама. Джули погрузилась в мир своей фантазии, тем не менее крепкими узами связанной с реальным миром. Даже когда она вставала, чтобы подбросить дров в камин или перекусить, то по-прежнему пребывала в мире своих героев.
Примерно в полдень раздался стук в дверь. Джули пошла открывать — перед ней предстал Рональд Кеннеди.
— Боже мой, вы работаете? — спросил он, увидев пишущую машинку.
— Конечно. А вы нет? — поддразнила она его.
Он пожал плечами.
— День еще не кончился. Может, сегодня немного и поработаю. У меня нет определенного плана. — Он с одобрением оглядел комнату. — Выглядит совсем по-другому.
— Вам нравится?
— Здорово! Еще не нашли наследство старика? — ухмыльнулся Рон.
— Наследство?
— Шутка. Но, по слухам, старина Уилли спрятал где-то небольшое состояние.
Джули рассмеялась:
— Могу вас заверить, что под матрацем его нет. Когда стает снег и я начну копаться в саду, может, и найду что-нибудь.
— Или под полом, — добавил Рон с притворным интересом.
— Если найду, дам вам знать, — пообещала Джули.
Она приготовила чай, втайне надеясь, что он не задержится, — ей хотелось побыстрее вернуться к работе.
— Я пришел спросить, не хотите ли вечером сходить в кино, — сказал Рон.
Джули с удовольствием согласилась, решив, что вечером не мешает отдохнуть. Но была еще и другая причина. Когда начинали сгущаться сумерки, в голову лезли назойливые мысли о Скотте Монро. Ей следует чаще выходить из дому.
Но надежды на то, что сегодняшнее развлечение хоть на один вечер заставит ее забыть о Скотте, оказались напрасны. Когда они с Роном поднялись по ступеням кинотеатра, то сразу же увидели Скотта с Валери. Он холодно посмотрел на Джули и коротко кивнул. Валери оглядела их притворно изумленным взглядом. Рональд не смутился и ответил широкой улыбкой.
— Мир тесен, не правда ли? — весело подмигнул он Джули, когда они поднимались по ступеням вслед за неожиданно встреченной парой.
— Слишком тесен, — машинально отозвалась Джули.
— Да? К кому это относится — к нему или к ней? — ухмыльнулся Кеннеди.
Но Джули уже пожалела о своих словах.
— Не имеет значения. Просто у меня были проблемы с Андерсонами. Сначала моя машина помешала проехать мисс Андерсон, а потом я не смогла помешать их коровам забрести на мой участок. — Джули не понравилось, как прозвучали ее слова — слишком язвительно.
Рон скорчил гримасу:
— С этой семейкой нужно держать ухо востро. На вашем месте я бы не стал переходить им дорогу.
Джули пожала плечами:
— Но ведь это же смешно. Почему все так боятся Андерсонов?
— Никто их не боится, — с легкой улыбкой пояснил Рон. — По крайней мере, не я. Но к ним надо относиться с уважением, если не с осторожностью. Вы скоро узнаете, что почти все в деревне принадлежит им. Кто-нибудь из этой семейки обязательно входит в какой-нибудь комитет или местный совет. Половина деревни — также их собственность.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
