он действительно уходит.
В этот момент меня окатывает волной боли. Я словно сгораю изнутри от охватившей меня лихорадки.
Кажется, нет предела раздирающим меня ощущениям. На лбу проступает пот, каждый сустав ломит и выкручивает, пока я не теряю сознание.
Просыпаюсь от приятного чувства легкости и нежности теплой влаги, что окутывает мое тело. Кончика носа касается ароматный пар и с каждым вдохом заполняет легкие расслабляющими запахами пряных трав.
Медленно открываю глаза и действительно обнаруживаю себя в воде огромного мраморного бассейна. Рядом тот, кого с этой минуты я ненавижу больше всего — Сайрат.
Он полностью голый. Как и я.
Мужчина держит меня в своих руках, не давая мне погрузиться на дно.
От близости его обнаженного тела и жара кожи — краснею, дыхание учащается. И во мне мгновенно вскипает злость, точно кипяток.
Мало того, что я полностью голая и тесно прижата к его груди.
Как он посмел? Как он мог принести мне столько боли и теперь держать меня так, словно я хрупкая статуэтка? Я пытаюсь вырваться, но его руки крепко держат.
Зло окидываю взглядом его невозмутимое и такое спокойное лицо.
— Отпусти меня, — шиплю я, чувствуя, как мой голос дрожит от гнева. Но Сайрат не реагирует. Он просто смотрит на меня своими холодными глазами, в которых отражается что-то, что я не могу понять. Что-то, что заставляет меня почувствовать себя маленькой и беспомощной.
— Не дергайся, тебе надо расслабиться, — тихо рычит он.
Гортанное низкое звучание тембра его голоса злит меня еще больше.
Как он смеет мне указывать после того, что он со мной сделал?
Похитил меня! Сделал меня своей игрушкой и затем оставил мучаться.
Я снова пытаюсь вырваться, но силы меня покидают. Тело предательски дрожит, а голова кружится. Сайрат, не выпуская рук, аккуратно опускает меня в воду и я чувствую, как теплая жидкость успокаивает мою дрожь. Но внутри все еще бушует ураган.
— Я ненавижу тебя, — шепчу я, смотря ему прямо в глаза. — Ты заставил меня страдать.
Сайрат молчит. Его взгляд остается таким же непроницаемым, но в глубине этих глаз я замечаю что-то новое — нечто похожее на сожаление.
— Я знаю, — отвечает он наконец, и его голос звучит так, будто он действительно понимает. — Но ты должна меня слушаться. Иначе мне придется снова тебя наказать.
Заставить меня страдать еще больше? Наказание? Для него все так просто?
— Я тебе не вещь! — зачерпываю воды в ладонь и брызгаю в его по мужски красивую физиономию.
Он даже не реагирует, только прикрывает глаза и тряхнув головой, стряхивает капли. Остатки стекают по его скулам и губам.
— Ты моя собственность.
— НЕТ!
— Да. И чем раньше ты это примешь, тем лучше для тебя.
Всматриваюсь в его черты и с ужасом понимаю — он не шутит.
— Это слишком жестоко, — выдыхаю, чувствуя, как на глазах наворачиваются слезы. — Ты не можешь так поступать.
Он раздраженно стискивает зубы.
— Мне не доставляет никакого удовольствия причинять тебе боль, но ты не оставляешь мне выбора. Ты слишком непокорная игрушка.
— Я не игрушка, — говорю, и в этот момент моя злость становится сильнее, чем физическая усталость.
Я найду способ освободиться от него, от этого мира, от этой боли. Я найду способ вернуться домой, даже если это будет стоить мне всего, что у меня есть. Я не прощу унижения, которым он подверг меня и не стану его игрушкой.
Нахожу в себе силы ударить мужчину в плечо. Он даже не пошатнулся, а у меня кулак отзывается ноющей болью. С таким же успехом я могла бить каменную стену.
Боль останавливает. Я снова наношу удар. И снова. Перестаю чувствовать свою руку, но продолжаю его атаковать и вырываться.
— Хватит! — резко отсекает он меня, погружая в воду с головой.
От неожиданности у меня перехватывает дыхание. Я едва успеваю прикрыть рот, чтобы не хлебнуть воды. Окунув меня, Сайрат тут же вытаскивает меня на поверхность, я жадно хватаю воздух, боясь, что он снова это сделает.
— Успокоилась?
Молчу.
Мужчина плавно перемещается к бортикам с выступами. Подсаживает меня на один из выступов, погруженный только частично в воду.
В купальне так жарко, что я не чувствую особой разницы в перепаде температур. Мне по прежнему тепло от оседающего на кожу пара.
Сайрат тянется к расставленным вдоль бортика стеклянным бутылочкам. Открыв один из флаконов, мужчина небрежно отбрасывает изящную крышку в сторону, взболтав содержимое бутылочки, он медленно опрокидывает его на меня.
Тягучая густая жидкость льется мне на плечи и грудь, обволакивая патокой соски. Прочерчивая дорожку по коже, содержимое флакона стекает по моему животу к чуть раздвинутым ногам. Когда жидкость уверенной каплей задевает клитор, мое дыхание перехватывает.
Как назло, густая субстанция стекает так медленно, словно смола, обволакивая чувствительные места, будто живет своей жизнью.
Совру, если скажу, что меня это не возбуждает. Возбуждает, до едва сдерживаемого стона.
Мужчина берет в свои руки губку, опускает в воду, давая ей впитаться.
Сайрат небрежно отводит в сторонку мое колено, устроившись между моих расставленных ног и заносит над моей грудью.
Медленно выливает и поток теплой воды бьет по нежным холмикам и устремляется вниз, к разведением бедрам.
Обычная вода странно меняет свойство жидкости из флакона, делая ее разогревающей.
Места, на которые попала жидкость, внезапно начинают гореть и меня бросает то в жар, то в холод, создавая чувственный контраст.
Глава 12
Тело плавится и мужчина не собирается останавливаться. Он растирает по моей груди и промежности необычный гель. Медленно, ласкающими движениями, его рука не оставляет незатронутых мест.
Возбужденная горошина так быстро отвечает и на ласку и на разогревающий эффект от жидкости.
Сосочки напрягаются и ноют, из легких жарким паром выбивается судорожный вздох.
Что он со мной делает?
— Прекратите, — шепчу я, не понимаю, хочу я сдвигать ноги или наоборот, раздвигать шире.
Сайрат снова наполняет губку водой и выжимает надо мной. Я вскрикиваю и до хруста выгибаюсь в спине.
Между бедер искрит и бьет током.
Я заглядываю в
