Диана распалялась всё сильней, двигаясь резче, уверенней, скользила губами по открытой коже моей шеи, и все мои силы уходили на то, чтобы не застонать в голос, не подмять её хрупкое тело, врываясь во влажную горячую глубину.
От одной этой мысли я всё же сдавленно застонал. Девочка ответила мне таким же придушённым стоном, а потом, зажав в маленьком кулачке горсть моих волос, грубо поцеловала, продолжая доводить меня до края древними, как космос, движениями.
Впервые за сотни лет я потерялся в удовольствии – грубом, сладком, запретном, не сразу заметив, что всё внезапно прекратилось. Диана напряглась на мне, а потом широко распахнула свои карие глаза и сделала то, чего я меньше всего ожидал.
– Айтан?! – удивлённо спросила она.
Я замер, ожидая дальнейшей реакции. Логичней всего было бы услышать её крик и увидеть забившуюся в угол трясущуюся фигурку, но девушка продолжала смотреть на меня, явно оценивая ситуацию. Она всё ещё лежала верхом на мне, сжимая рукой мои волосы, а когда поняла это, то отпустила, слезая с кровати. Девушка встала, кусая губы. Взгляд Дианы метался от меня к двери, ведущей в спальню нитальца, а сама девушка загнанно дышала, не зная, на что решиться.
– Не бойся. Я сейчас уйду. Просто хотел побыть рядом, – пояснил я, садясь на постели. Свидетельство моего возбуждения красноречиво оттопыривало тонкие шёлковые штаны и Диана, естественно, это заметила, отступая ещё на пару шагов дальше. – Я не приставал к тебе, – пояснил я, скривившись от того, как это звучало.
Девушка задумалась, кусая пухлые губы, а я едва не застонал от желания приласкать сладкие, мягкие створки, поблескивавшие влагой в неярком ночном освещении.
Диана согласно кивнула и скрылась за дверью ванной комнаты. Я уже слез с кровати, планируя покинуть спальню, но у моего неблаговидного поступка был ещё один свидетель.
– К чему всё это, господин ди Саор? – холодно спросил Муар.
Ниталец выглядел заспанным, но вполне осознающим ситуацию.
– Не понимаю, о чём вы, – тем же ледяным тоном отозвался я.
– Сейчас глубокая ночь. Что вы забыли в комнате моей подопечной? – нагло спросил ниталец, вызывая у меня дикое раздражение.
– Вы забываетесь, Муар. То, что я ни на чём не настаиваю и берегу чувства Дианы, не отменяет моих прав и ваших обязанностей. Она моя собственность и я могу делать всё, что пожелаю, если не причиняю боли и увечий, а также не применяю методов запугивания и психологического давления. А в ваши обязанности входит забота о нуждах девушки и наблюдение за психологической адаптацией к хозяину, а никак не роль ревнивого мужа или папочки, учитывая вашу десексуализацию. Кстати, о ней: вам не пора обновить химическое подавление половой функции? В вашем контракте указан ежемесячный режим медикаментозного вмешательства, и срок уже истёк, – напомнил я, чувствуя удовлетворение от того, что поставил на место зарвавшегося нитальца.
– Она вас боится. Вы не имеете права её запугивать. Или мне всё же сообщить, что покупатель передал права неподходящему владельцу? – огрызнулся Муар.
– Можете попробовать, но у меня есть видео-подтверждение, что я более чем бережно отношусь к СВОЕЙ питомице, в то время как вы не только не поставили комиссию в известность своевременно, но и постоянно превышаете свои полномочия. Я уверен, что психологов заинтересуют ваши мотивы для столь интригующего и непрофессионального поведения, – с холодной улыбкой сказал я.
В конце концов, мне надоело его покровительственное отношение. Пусть этот ниталец не юнец, но я гораздо старше и опытней его, и не позволю отчитывать себя, как мальчишку.
– Диана, ты не замёрзла? – участливо спросил Муар, обращаясь к тонкой незаметной фигурке, что застыла в дверях, слушая нашу с нитальцем перепалку. Если до того момента, как малышка исчезла в ванной комнате, она выглядела испуганной и встревоженной, то сейчас в её глазах читалось… разочарование? И обращено оно было именно ко мне.
Глава 10. Разочарование
Диана
Месяц в доме Айтана пролетел незаметно.
Впервые с момента пленения со мной обращались не просто, как с бездушной куклой или глупым питомцем, а как с женщиной.
Я никогда не была слепой и мне, как и любой другой на моём месте, льстило внимание и открытое восхищение, читавшееся во взгляде моего хозяина.
Айтан удивительно красивый мужчина. Уже через неделю моего пребывания в его доме я перестала ассоциировать его с Дейтаром. То, как астарец улыбался, как хмурился, его грациозная уверенная походка – ничем не напоминали немного дёрганные, рваные движения моего мучителя, а отношение и вовсе подкупало, но что-то мешало мне довериться ему.
Кроме того, напрягал своим запредельным вниманием и контролем Муар, не позволяя расслабиться.
Со стороны может показаться несправедливым то, что я задумывалась о вере в искренность своего хозяина и никак не могла расслабиться в присутствии того, кто уже давно был рядом и всегда помогал. Но меня смущали короткие жадные взгляды нитальца, когда он думал, что я не смотрю, его попытки ограничить меня там, где Айтан давал свободу, а больше всего – письменные сообщения, которые он исправно отправлял кому-то каждую неделю.
Мой хозяин вообще не просил о многом: пару часов в день он просто сидел рядом, рассказывая мне забавные истории из своих многочисленных путешествий. Природное любопытство провоцировало меня задавать вопросы, и я целенаправленно обрывала его рассказы приступами притворной паники, или показным равнодушием.
Айтан всегда так мило расстраивался, но никогда не пытался на чём-то настоять, уступая моим капризам.
Чёрт! Ну, почему такой классный мужик не встретился мне на Земле? Умный, красивый, спокойный и уверенный. Так хотелось забыться, но воспоминания о боли были всё ещё слишком свежи, чтобы рискнуть. Да и просто было страшно, что меня усыпят, как тигра, который внезапно осознал, что он хищник.
Хотя, конечно, страх сильных и технически более развитых инопланетников перед представителями закрытых агрессивных миров был странным и смешным. При всём желании я не смогла бы сопротивляться никому из увиденных мной мужчин. Так и не поняла, чем я опасна, но проверять их терпимость не собираюсь.
И вообще, я поймала себя на мысли, что я хочу жить. Может, это и не по-геройски, но я и не претендовала на роль Жанны Д′арк, как минимум потому, что гореть – это больно.
– Диана, это я – Айтан, – сказал мой владелец, приближаясь к качели в прекрасном парке, на территории владений астарца.
Я и так не боялась, сразу заметив его, но, изобразив настороженность, кивнула.
– Как же жалко, что ты меня боишься. Я так много хотел бы тебе показать. Ты любишь сидеть у воды, ведь так? – полуутвердительно спросил он, садясь прямо на мягкий газон в дорогом и стильном на вид костюме. – Здесь недалеко есть планета, покрытая морями. Небольшие острова с идеально чистыми пляжами, мягкий климат, отсутствуют крупные хищники, а аборигены – дружелюбные амфибии. Тебе бы понравилось. Тот новый аквариум, что привезли для тебя, я попросил, чтобы в него поселили рыб с Диамары. Красивые, правда? Не такие прекрасные, как ты, но всё же. Тебе понравился мой подарок? – спросил он, как будто не помня, что я ни разу не произнесла ни слова.
Откинувшись назад, Айтан подложил себе под голову руки и вытянул длинные стройные ноги, заставляя залюбоваться его мужественной фигурой.
– Я и не помню, когда последний раз просто смотрел в небо. Знаешь, за свои шестьсот девяноста шесть лет я перепробовал так много всего, что устал даже от красоты, но ты… ты сводишь меня с ума, моя пугливая малышка, – разглядывая сероватые облака на бирюзовом небе, так похожем на земное, сказал Айтан, заставляя моё глупое сердце забиться чаще.
– Диана! Вот ты где, – крикнул Муар, снова нарушая хрупкую идиллию.
Блондин подобрался, вставая с газона.
– О! Ты не одна, – сказал мой смотритель, как будто только заметил присутствие владельца. – Тебе пора перекусить, – мягко сказал Муар, стараясь не смотреть в сторону Айтана.
