за конец брошенного ему троса. Это карабином по башке прилетело, — понял тут же. А он уж подумал — током шарахнуло! Сам себе усмехнулся. Как же, размечтался о героической кончине. Не так все просто!
Глава 4
— Отори-сан. Вы меня нарядили аж в целый защитный костюм, — начал Стефан, чуть остыв. — А ваши рабочие выходят наружу в обычных респираторах. Причина?
Тот с обескураженным видом развел руками.
— Да где же напасешься столько защитных костюмов и баллонов со сжатым воздухом? — удивился он. — Такие баллоны у нас припасены на особые случаи. Допустим, долгое пребывание снаружи или работа там, где дышать в респираторе совсем уж невозможно. Атмосфера на изнанке неоднородна! Бывают выбросы инертных газов. Ну, или визит начальства, — усмехнулся криво. — Хотя за последние лет пять-шесть у нас впервые такой форс-мажор.
Эко! Его появление — форс-мажор, значит. Ну, спасибо за откровенность!
— Больничные частые? — отрывисто осведомился он.
— Да вполне обычно, — бригадир развел руками в недоумении.
— Вы не поняли, — мягко пояснил Стефан. — Работа в атмосфере изнанки — регулярная работа — это гарантированные болезни дыхательных путей. А значит — ваши рабочие наверняка регулярно уходят на больничный с респираторными диагнозами. Скажете, нет? И это — финансовая нагрузка. Не дешевле ли будет снабдить всех защитой, как полагается?
— Не знаю, — тот усмехнулся. — Я не задавался таким вопросом. Дешевле или нет — а кто нам даст деньги именно на это?
— Вот потому я и здесь, — чуть не поморщился — насколько пафосно прозвучало. — Мое дело — составить докладную для руководства. А их дело — подсчитать накладные расходы и выделить средства на технику безопасности.
Отори хмыкнул, покачал головой. Во взгляде мелькнула жалость.
Молодой и наивный, — расшифровал Стефан. Ну да, можно подумать, кто-то станет его слушать! Да подтереться ему его докладной. Но он сделает так, что им придется, как минимум, обратить на него внимание.
— Знаете, мне осточертело слать каждую смену докладные записки в администрацию, — хмуро поведал Отори. — И осточертело то, что каждый раз меня за них вчистую лишают премии. У меня четверо детей! Когда вы изъявили желание осмотреть участок, я решил, что дело наконец сдвинется с мертвой точки. Вы своими глазами посмотрите на все и увидите, какой там бардак творится. Примете меры.
— Бардак увидел, — Стефан кивнул. — Меры приму — даже не сомневайтесь! И для начала — прекратить все работы на прилегающих участках! Немедленно.
Харуми, стоящая рядом, икнула. Но промолчала — умная девочка. Правильно, не надо отсвечивать. Начальник сейчас зол, как тысяча чертей.
— Тьфу, гнусовское отродье! — плюнул бригадир. — И это в мою смену. Опять месяц без премии! А и черт с ним. Прекратить работу немедленно, все бригады вернуть в город! — рявкнул он в коммуникатор.
На том конце изумленно булькнули. Благо, это — кабинет для руководства участков, у рабочих — свои комнаты отдыха. И сейчас здесь, кроме них троих — Стефана, Отори и Харуми — никого не было.
Стефан кивнул. Исполнительный парень. Проследить лично, чтоб в этом месяце премию получил сполна. Заодно выяснить, что он там за докладные строчил, и кто виноват.
Даже любопытно немного. Полетят головы в администрации, или его собственная? Вот и узнает.
— Ру-сан, — окликнула-таки Харуми. — А вам не кажется, что это чересчур?
— Очень удачно, Исибаси-сан, что вы увязались сюда за мной, — ехидно отозвался он. — Прямо сейчас свяжитесь с администрацией гетто. Передайте, что я приглашаю членов администрации сюда. Прямо сейчас. Отори-сан, у вас не найдется чашки горячего чая? — прибавил он.
— Будет сделано, — отрапортовал тот.
И лично поскакал выполнять требование начальства. Гляди-ка, оживился! Харуми окинула его ошалевшим взглядом и вытянула из шкафчика сумку. Неловко стянув перчатки защитного костюма, который не успела снять, взяла телефон и принялась диктовать голосовые сообщения.
Стефан кивнул. Не планировал он нынче такой активности! Но раз уж начал — глупо тормозить на ходу.
*** ***
— Ру-сан, мне бы хотелось знать. По каким причинам вы приказали остановить работу? — немолодой японец недовольно сдвинул брови.
Вот-вот — и над головой новоиспеченного начальника подразделения разразится буря.
— Я очень благодарен вам всем, что откликнулись на мою просьбу собраться здесь, — Стефан широко улыбнулся. — Господа, ваша отзывчивость и готовность приложить все усилия ради общего дела делает вам честь!
Администрация и впрямь материализовалась в полном составе. Буквально в течение пары часов — поразительная оперативность!
— Прекратите паясничать, — резко оборвал его глава администрации энергетического зет-отдела.
— Как бы я мог! — всплеснул руками Стефан. — Я хотел кое-что показать вам, прежде чем работники вернутся к исполнению своих обязанностей. Прошу вас, — он радушным жестом указал на разложенные на столе респираторы.
— Постойте, вы предлагаете выйти за изнанку? — еще один из собранных руководителей сдвинул брови. — Но респираторов недостаточно! Это опасно. Состав газа за пределами города...
— Наши рабочие работают в респираторах, — отрубил Стефан и сам первый надел уверенным движением средство защиты. Затянул ремни. — Взгляните сами на служебные инструкции. Там указано, что эта мера безопасности — достаточна. Разумеется, выходить наружу без респиратора никто не позволяет, — прибавил он, стараясь скрыть рвущееся злорадство.
Глава администрации открыл было рот, явно намереваясь разразиться гневной отповедью.
Но огляделся — и увидел толпящихся вокруг работников. Вопить вслух о том, как опасно выходить наружу без специального защитного костюма, при людях, которые ежедневно проводили снаружи целые часы, имея из средств защиты один лишь респиратор, он не рискнул. На это и рассчитывал Стефан.
Руководители энергетического отдела гетто один за другим принялись натягивать респираторы, с ненавистью таращась на молодого выскочку.
Не иначе — надеялись, что он не рискнет сам лезть наружу в одном респираторе. Сорвется — и натянет-таки на себя хоть какую-то защиту. А вот черта с два! Ему терять нечего. Вон, рабочие каждую смену по двенадцать-четырнадцать часов ползают по внешним стенам коммуникаций среди кабелей. И ничего, работают. Он и сам перед тем, как созвать сюда членов администрации, выбирался в одном респираторе, провел снаружи почти два часа. Он даже снимал там респиратор. Что за выражения он слышал при этом от Отори-сана — еще долго помнить будет. До сих пор жив! Хотя бригадир и рвался исправить эту
