из организма большую часть негативной энергии. Иначе сдерживать раздражение стало бы гораздо сложнее.
— Наместник любит поговорить, — заметил Ямато, вышагивающий по широкой, мощёной камнем дорожке.
— Толстопузый балабол, — согласно буркнула Акира. — И извращенец. Они с тем жиробасом-караванщиком точно не родственники?
— Ай-ай, Огонёк, а как же твоё любимое почтение к вышестоящим?
— Он нам не начальник, — отрезала рыжая.
— А что насчёт наместника думает мой заместитель? — интересуюсь у шутника, который уже открыл рот, чтобы вступить в привычную пикировку с Акирой.
— Что тут думать? Присматривается. Ездил по ушам в основном тебе, но поглядывал на всех. Парочка вуайеристов тоже взглядами елозили. Если это красивые девушки, Кей-сама, конечно, не против их любования прекрасным, — на этих словах парень хитро покосился на засопевшую Акиру, — но там ведь точно жирные волосатые мужики!
— Один из них точно не жирный и не слишком волосатый, а наш знакомец старший лейтенант Лу Шен, — с кривой усмешкой поправляю шутника. — Может, передумаешь?
— Неа, не передумаю. Ни один мужик, даже самый красивый, не сможет отбить меня у моего пламенного солнца!
Акира сначала зарделась от удовольствия, но потом на её лице отразилась работа мысли и последовавшая за осознанием вспышка гнева.
— А не мужик, значит, сможет? Ах ты, полудурочный пошляк-извращенец! Только попробуй сунуться в этот цветочный вертеп! Под корень всё пообрываю! — резко сжав пальцы и дёрнув кистью перед лицом брюнета, девушка продемонстрировала, что произойдёт с некой частью его тела, если он всё же рискнёт.
— О моя Суровая Госпожа, этот слуга даже не помышлял о таком! Но если вы желаете его наказать…
Дальше я уже не слушала.
Но вообще Акира правильно подметила забавный факт схожести наместника и говорливого торговца Иводзимы. В ярком халатообразном одеянии, толстый, с хитрыми узкими глазками, словоохотливый, преувеличенно дружелюбный... он походил на водителя караванов заметно сильнее, чем на литографии в досье, где Тайго изобразили строгим и величественным. Хех, словно действительно преуспевающий брат Иводзимы.
Хотя насчёт брата — это, конечно, шутка. Тайго, как уже сказано — аристократ из не особо древнего, но богатого и достаточно влиятельного рода. Родственник такого человека до мелкой торговли не опустится.
А вот насчёт службы в местной гвардии с уверенностью уже не скажешь. Это я к тому, что черты первого лейтенанта гвардии, несмотря на его стройную фигуру, подозрительно напоминали наместника. К тому же, если меня не обманула способность чувствовать духовную силу, то, как уже сказано Кею, Лу Шен являлся одним из двоих соглядатаев, прятавшихся за стеной.
Бастард наместника, намеренно приближенный отцом? Возможно.
Впрочем, родственные отношения «дядюшки Тайго» с нашим сопровождающим меня не слишком интересовали. Всё равно надолго мы здесь не задержимся и, если повезёт, отправимся за пополнением коллекции марионеток Яцуфусы уже завтра утром. Потом, конечно, всё равно придётся общаться с местным бомондом, но не слишком плотно. Да и к тому времени, вероятно, удастся выпотрошить на информацию кого-нибудь осведомлённого; соответственно, у нас появятся более подробные сведения по местным раскладам, чем то перенасыщенное канцеляритом, но малоинформативное «богатство», что предоставило командование.
Сияющий благожелательностью наместник Тайго, безусловно, с удовольствием бы поделился с «дорогими друзьями» своими данными, только попроси, но его хитрая физиономия не внушала доверия в их достоверности. Зато он обязательно постарается обернуть дело так, чтобы просители почувствовали себя должниками. Спасибо, не надо.
* * *
— Что скажешь, Нобу? — спросил наместник у одной из фигур, показавшихся из скрытых ниш.
Сейчас он уже не выглядел хитроватым, но доброжелательным болтливым толстяком. Даже вычурная и велеречивая манера речи растаяла вместе с приклеенной улыбкой, сменившись на ту серьёзность, которой так и не смогли добиться его недавние гости.
— Кхе-кхе, — откашлялся немолодой и некрасивый карлик с зеленоватой кожей, непропорционально большой головой и вертикальными зрачками в зелёных глазах, — они не желают вам зла, Тайго-сама. Но девочку очень трудно читать.
— Куроме? Эту маленькую прямолинейную солдафонку, которая не умеет ни держать лицо, ни поддержать культурную беседу? — тоненько захихикал толстяк. — Твоё знаменитое чутьё стало подводить? Мои шпионы клянутся головами, что Билл и Гозуки готовили боевиков, а мои глаза говорят, что девочка умненькая, но не из нюхачей, агентов или медовых. Кто в здравом уме будет делать из тигра гончую или змею?
— Вы бесконечно мудры, повелитель, — глубоко поклонился карлик. — Но даже величественный и могучий тигр, прежде чем повергнуть добычу, должен её, кхе, выследить и подобраться для броска. Посланница вашего могущественного союзника, несомненно, не играла своим ликом. Но этот глупый старый шут уверен, что она, кхе-кхе, показала лишь часть, скрыв остальное. А что сокрыто ею, то мне неведомо. И ещё почудилось мне, что внимание наше не стало секретом ни для посланницы Сайкю, ни для спутников её.
— Тебе не показалось, старик Нобу, — вмешался Лу Шен, — нас заметили и поприветствовали. Ещё в самом начале, — пояснил он, поймав заинтересованный взгляд Тайго. — Вы могли не заметить, она двигалась под небольшим ускорением.
— Молодец, Шен, хороший мальчик, — улыбнулся наместник. — А что скажешь про их боевую силу?
— Очень опасны. Особенно эта поддельная Абэ, — поклонился означенный.
— Ты так считаешь? Мне кое-что известно об этой девочке, но её молодость и внешний вид заставляют сомневаться. Где-то со вчерашними детьми будет проще, но в ином… Смогут ли они выполнить свою задачу? Слишком многое на кону, слишком многое, — задумчиво произнёс наместник.
— Внешность идущих по тропе духа часто обманчива. Тем более, если дело касается воительниц. Обычно чужая смерть на руках оставляет свой след в глазах. Взгляд часто выдаёт даже замаскированного воина... тем, кто умеет видеть, а не только лишь смотреть.
— И что же ты увидел?
— Никто из ваших гостей, при всех их деяниях, не смотрел, как душегуб. Но не потому, что они добры и безобидны, — просто чужая смерть для таких людей ничто, Тайго-сама. Такая же мелочь, что прихлопнутый комар. Я уже встречал потерявших человечность воинов с подобными взглядами, когда проходил обучение и путешествовал по нашей земле, измученной монстрами и усобицей. Им безразлично, кого, когда и где убивать. Демоны среди людей — вот кто они. И простите мою наглость, уважаемый отец, но я против вашей идеи столкнуть их с Камуи-самой, генералом Зигмундом или использовать в иных планах. Вы сами сказали, что хозяйка одной из реликвий востока не глупа и
