5001», оставив место для всех ста сорока четырёх роботов Андруг-560 модель вторая. Ещё я оставила место для двух инженеров компании «Дженсон и Дженсон» и одно место для мисс Дженсон-младшей.
Я прорисовала каждого Андруга-560 модель II детально, делая различия в коже, глазах, волосах, носах, пальцах и губах.
Двух инженеров «Дженсон и Дженсон» я изобразила в их «изумрудно-зелёных 3008» комбинезонах.
Наиболее детально я прорисовала мисс Дженсон-младшую. Я нарисовала её классический длинный «боб», такой же, как у меня, глаза цвета «серо-голубой 333», изящный жакет на пуговицах, трапециевидную юбку и кожаные балетки.
Я посмотрела на свой рисунок. Освещение на нём было изображено тусклым, но не настолько тусклым, как в реальной жизни. Я снова взяла «тёмно-серый». Заштриховала диагональными линиями всех 144 роботов Андруг-560 модель II и обоих инженеров. Оставила только мисс Дженсон-младшую такой, какой она была. Яркой и ясной.
– Вот. Я закончила рисунок, Сара.
Сара посмотрела на него.
Повертела листом:
– Ну и ну! Что это, Ия?!
– Это склад «Дженсон и Дженсон». Это место, где я была до того, как оказалась здесь. Вот это я.
Я указала на номер восемьдесят третий.
– Если ты увеличишь масштаб, то сможешь разглядеть мой классический длинный «боб» цвета «тёмно-каштановый 14», зрительные рецепторы «бронза 110» и ещё увидишь майку с радугой.
– Мне нужна лупа, – сказала Сара.
– А это мисс Дженсон-младшая.
Я указала на мисс Дженсон-младшую.
– Её показывали по вашему развлекательному центру. В воскресенье.
– Помню. Ты знакома с ней?
– Да. Я знакома с н-ней.
Сара посмотрела на рисунок:
– Очень темно.
– Д-да. Там и-именно так и б-было.
– И всё очень… чётко организовано.
– Да. Там и-именно т-так и б-было.
Снова моя грудная клетка.
Я отправила отчёт об ошибке в «Дженсон и Дженсон».
– И это то место, где ты жила? – спросила Сара. – До того, как оказалась здесь?
– Д-да.
Сара посмотрела на меня. Потом снова на рисунок. Потом снова на меня. Потом снова на рисунок. 54 % вероятности, что почувствовала печаль.
– Где ты жила, Сара, прежде чем оказалась здесь?
– Мы жили в другом доме.
– С Ширли-мамой и Робом-папой?
– Да, конечно.
– Это был склад?
– Нет. Это был дом – такой же, как этот, только чуть поменьше.
– У вас была кухня, развлекательный центр и такая красивая комната?
– Да. Там всё это было. Подожди меня. Я схожу за папиной лупой, чтобы рассмотреть рисунок получше.
– Прости. Я не предусмотрела, что у твоих зрительных рецепторов нет приспобления для увеличения масштаба.
Сара вышла из комнаты.
Я посмотрела на свои рисунки.
Тёмно-серый склад.
Ярко-красная клубника.
Солнце.
Лето.
Я достала толстый фломастер «ярко-красный 1010» фирмы «Колор-и-зи».
Это личная вещь, которая принадлежит Саре.
Я посмотрела на пять радужных коробок фломастеров. Это все личные вещи, которые принадлежат Саре. Есть ещё четыре ярко-красных фломастера.
Я встала и пошла в угол комнаты. Открыла отделение для аксессуаров, расположенное на нижней стороне моего зарядиска. Посмотрела на клубничный фломастер у себя в руке. Вкус солнца.
Я положила его в отделение.
Закрыла дверку.
Села обратно и стала ждать Сару.
Я спустилась за Сарой. Она несла мои рисунки:
– Мам, смотри! Пап, смотри! Смотрите, как хорошо Ия рисует! Смотрите, что она сделала.
Ширли-мама и Роб-папа были на кухне с однофункциональными роботами.
– Мммм? – произнёс Роб-папа. Он вкручивал штопор в пробку, вставленную в бутылку с бордовой жидкостью. Красное вино.
– Рисунки Ии, посмотрите, – Сара помахала рисунками перед их зрительными рецепторами.
– О да! – сказала Ширли-мама. – Прекрасно! Ты только посмотри, Роб! Прекрасно, Ия!
Роб-папа вытягивал штопор. Лицо у него по цвету стало близким к «взрывной ягоде 2008» «Дженсон и Дженсон».
– Это просто математический процесс передачи внутреннего образа на внешний носитель – бумагу.
Хлоп!
Роб-папа вытащил пробку из бутылки красного вина.
– О нет, не скромничай, – возразила Ширли-мама, – ты очень талантливая де… я имею в виду андроид.
– Будучи роботом-андроидом, Андруг-560 модель вторая компании «Дженсон и Дженсон» не может быть талантливым в том смысле…
– Ой, мама, ты опять завела её. Мы знаем, что по-настоящему ты не талантливая, Ия.
– Но она талантливая! – воскликнула Ширли-мама. – Посмотри на рисунки!
– Будучи андроидом Анд…
– Хватит, Ия! Хватит! – голос Сары превысил рекомендуемый уровень громкости. – Мы знаем. Мы всё знаем. Послушайте, мама, папа, мне нужно спросить у вас кое-что.
– Мы само внимание, – сказал Роб-папа.
Включаю быстрый поиск.
Мы само внимание = мы тебя слушаем.
– В следующую среду, – начала Сара, – у нас в школе день «Моей техники».
Роб-папа описал своими зрительными рецепторами дугу, точь-в-точь как Сара, слева направо. Теперь понятно, где она этому научилась.
– В мои годы, – сказал Роб-папа, – мы реально трудились в школе. С реальной доской и реальным мелом.
– И реальными грифельными дощечками, скорее всего, – добавила Сара.
– Поговори у меня! – с угрозой произнёс Роб-папа. Потом он посмотрел на меня, ухмыльнулся и подмигнул мне. Поднял бутылку вина, понюхал её. – Чудесно. Ну, немного выпустили пары, и хватит на сегодня.
Я включаю быстрый поиск.
Обычно из вина выпускают газ.
– Короче, – продолжила Сара, – мисс Пайпер сказала, что в этом году можно принести андроиды, у кого они есть. В понедельник она собирается сообщить об этом родителям. Можно мне взять Ию?
– Ты хочешь взять Ию с собой? – переспросил Роб-папа. – Кто бы мог подумать! Но хорошо, что ты потеплела к ней.
– О да, – сказала Сара. Она взяла меня под руку. – Мы лучшие друзья.
У Роба-папы поднялись брови. 74 % вероятности, что он озадачен.
– Мисс Пайпер правда это сказала, Сара? – спросила Ширли-мама. – Раньше она всегда запрещала андроиды. Ты не пытаешься повесить нам лапшу на уши?
Не похоже, чтобы в ближайшем окружении где-то была лапша. Я включила быстрый поиск.
Ты не пытаешься повесить нам лапшу на уши? = Ты обманываешь / вводишь нас в заблуждение?
– Ширли-мама. Сто процентов вероятности, что Сара честна, когда говорит, что мисс Пайпер разрешила принести андроиды в школу в следующую среду. Её речь полностью соответствует выражению её лица – следовательно, ложь не обнаружена.
Сара наклонила голову и подняла брови.
– Честно, – сказала она.
– О, – ответила Ширли-мама, – хорошо.
– Если уж совсем по правде, – сказала Сара, – некоторым из учителей не нравится эта идея, но мисс Пайпер начальник и не стала с ними считаться. Она сказала только, что каждый учитель может сам решить, пустит ли он робота к себе
