глаз возвращает меня к мыслям о том, как я заставил ее кончить несколько часов назад.
— Ты поцеловал меня, — говорит она, когда начинает приходить в себя.
— Я это сделал. И не собираюсь извиняться за это.
Сейчас, когда нахожусь так близко к ней, я вижу, как тонко макияж покрывает ее лицо. Он скрывает веснушки, которые я так люблю. Господи, что со мной не так? Три дня назад я целый час помогал Черчу пытать кое-кого, и вот теперь влюблен в веснушки.
— Ты не можешь просто поцеловать меня, — фыркает она, выпячивая нижнюю губу.
Я хочу взять ее в рот. Есть так много вещей, которые хочу, когда дело касается нее.
— Могу.
Райли морщит носик.
— Ты когда-нибудь говорил предложениями длиннее, чем на два слога?
— Да, черт возьми, дай Сэлу еще раз прикоснуться к тебе, и я убью его.
Ее глаза расширяются. Она думает, что я блефую? Райли знает, на что я способен. Она уже видела это раньше.
— Это невежливо, потому что Сэл очаровательный.
— Мы уходим.
Снова беру ее за запястье и веду в дальний конец клуба. Очаровательный — не то слово, которым меня можно охарактеризовать, никогда им не буду.
— Николай. — Райли пытается вырваться из моих объятий, как будто раньше это приносило ей хоть какую-то пользу.
Я открываю заднюю дверь и оказываюсь на парковке, не останавливаясь, пока Райли не садится в мою машину.
Она тянется к ручке, чтобы выйти, когда я сажусь на водительское сиденье. Кладу руку ей на бедро, чтобы убедиться, что не задену ее колено. Нам еще нужно кое к чему вернуться.
— Не надо.
— Моя сестра не знает, что я уехала. — Она сердито смотрит на меня, морща нос.
Мне нравится, когда она показывает мне частичку того огня, который есть у нее внутри. Но также хочу быть уверенным, что ей никогда не придется этим воспользоваться. Что я смогу защитить ее от всего того, что творится в нашем мире.
— Поверь мне. Маттео знает. — Или узнает об этом, когда закончит трахать свою жену.
— Что ты делаешь? — ее внимание опускается на бедра.
Я осознаю, что поглаживаю внутреннюю часть одного из них. Не могу прийти в себя от того, какая она чертовски мягкая. Вся она такая. Даже когда пытается быть дерзкой, ее мягкость остается непоколебимой. Это всегда рядом.
— Ты собираешься... — Райли облизывает губы, и ее щеки вспыхивают еще сильнее. Хочет ли она, чтобы я снова прижался губами к ее пышным бедрам? Знаю, что хочу. Мне нужен ее вкус.
— Что я собираюсь делать? — наклоняюсь к ней, понимая, что играю с огнем.
Ноги Райли раздвигаются шире, отчего платье задирается, открывая мне большую часть ее тела. У меня слюнки текут при мысли о том, что я снова почувствую ее вкус.
— Что происходит, Николай? Почему ты так часто ко мне прикасаешься?
— Я не просто прикасаюсь к тебе. — Провожу пальцами выше по ее бедру.
— Почему? — снова спрашивает она. Не знаю, что ей ответить. — Я тебе даже не нравлюсь.
— Ты мне больше чем нравишься, Райли.
Она хмурит брови.
— Но ты ведешь себя со мной как придурок.
— Знаю, милая. Я чертов мудак.
— Я растеряна больше, чем кошка на лазерном шоу.
Издаю смешок. Ее комментарий застал меня врасплох.
— Не смейся надо мной. — Райли хлопает меня по руке. И снова застает врасплох.
— Я смеюсь не над тобой. — Качаю головой.
— У тебя ямочка на щеке. — Она тычет пальцем мне в щеку. — Я этого не знала. — Райли проводит пальцем от моей щеки к подбородку. — Тебе следует чаще улыбаться.
— Не так уж много поводов для улыбки, — признаю я.
Райли опускает руку.
— Что с Эбби?
— Эбби?
Райли закатывает глаза.
— Эбби — барменша и менеджер по коктейлям Эбби?
— Да. — Она отводит взгляд, как будто стесняясь вопроса.
— Почему, черт возьми, это имеет значение? — отстраняюсь, убирая от нее руки, потому что то, чего я действительно не хочу сделать, так это напугать ее. Ее глаза наполняются слезами. Ненавижу себя за это, но она явно не знает о Сэле с Эбби и ревнует.
— Ты действительно мудак. — Она снова пытается открыть дверь.
Я хватаю ее.
— Ты не побежишь обратно к Сэлу. Наверное, прямо сейчас он засовывает свой член глубоко в Эбби.
У нее отвисает челюсть.
— Сэл и Эбби вместе?
— Да, чертовы Сэл и Эбби, — рычу я.
— Ой. — Она откидывается на спинку стула. — Подожди, тебя это злит? Сэл и Эбби?
— Мне все равно, к кому прикасается Сэл, главное, чтобы он держал свои гребаные руки подальше от тебя.
Райли тихонько хихикает.
— Похоже, ты ревнуешь.
— Ты только сейчас это поняла?
— Не то чтобы у тебя было право ревновать, или я должна объясняться, но Сэл — мой друг. — Райли теребит подол своего платья. — У меня их не так уж много. — Ее слова произносятся тихим шепотом, таким легким, что я почти пропускаю их мимо ушей.
От ее слов у меня щемит в груди, и я жалею, что не могу помочь ей. Мне хочется пнуть себя под зад за то, что я когда-либо был груб с ней.
— Это делает нас похожими.
Хочу сказать ей, что теперь у нее есть я. Что буду тем, кем ей нужно, чтобы я был до конца ее жизни. Но знаю, что она еще не готова ко всему этому. Честно говоря, я даже не задумывался об этом. Вместо этого протягиваю руку и беру ее за руку, слегка ободряюще сжимая, давая понять, что она не одна.
В этот момент я даю себе клятву, что с этого дня буду отвечать только за слезы радости в ее глазах.
Глава 8
Райли
Я смотрю на себя в зеркало, расчесывая волосы. Продолжаю вспоминать пятничный вечер в баре и всех великолепных женщин, которые грациозно порхали по залу. Втягиваю щеки, гадая, оттого ли они такие полные, что у меня еще осталось детское личико, или это потому, что я немного пухленькая. Наклоняюсь, разглядывая веснушки, рассыпанные по моему носу. Не думаю, что у меня когда-нибудь будет шанс выглядеть так, как Эбби. Она настоящая женщина.
— Я выгляжу как подросток, — тяжело вздыхаю, бросая кисть на стойку.
Когда выхожу из ванной, то с удивлением вижу Николая, сидящего на моей кровати. Он в своих фирменных черных джинсах и рубашке. Предполагаю, что это его любимый цвет, поскольку он всегда его носит. Замечаю, что на коленях у него мой компьютер. Слышу, как он клацает по нему. Что за чертовщина
