– Прости меня. Ты же знаешь, какой у меня взрывной характер. Прости, что выместил свой гнев на тебе. Мне становится страшно при мысли, что тебя преследует какой-то подлец и ты совсем одна. Но это вовсе не значит, что я хочу, чтобы ты уехала.
Лиз, в свою очередь, тоже обняла брата.
– Я просто не хотела, чтобы ты волновался.
Джейк отстранился и удивленно посмотрел на сестру:
– Ты и вправду считаешь, что я нисколько не волновался? Да я с ума сходил от мысли, что ты живешь совсем одна в городе, который раз в двести больше, чем Каньон-Рок!
– Я...
– Только не надо снова извиняться. Джошуа прав – тебе не за что винить себя. Я люблю тебя, Лиз. Ты моя маленькая сестренка. Я всегда буду волноваться за тебя.
Лиз не могла припомнить, когда Джейк последний раз говорил, что любит ее, ее глаза наполнились слезами.
– Я тоже люблю тебя.
Она не знала, что еще сказать, но тут ей на помощь пришла Белла.
– Джентльмены, почему бы вам не убрать со стола и не вымыть посуду, пока мы с Лиз будем укладывать ребенка? А когда вы оба успокоитесь, мы сможем расположиться в гостиной и попробовать десерт.
Лиз была прямо-таки в шоке, когда брат спокойно согласился. Женитьба на Белле определенно смягчила его нрав.
Через полчаса Лиз уже сидела на диване вместе с Джошуа напротив Джейка с Беллой, занявших маленькое канапе.
Лиз никак не могла понять, почему она не села на одно из кресел. Когда она спустилась в гостиную из спальни Жсневьевы, Джошуа уже сидел на одном краю дивана и он так посмотрел на нее, что Лиз безвольно подошла и опустилась на другой конец дивана. Она чуть было не села рядом, но в последний момент благоразумие заставило ее разместиться подальше от Джошуа. Чтобы скрыть смущение, Лиз долго разглаживала юбку, а потом подняла голову и обвела взглядом собравшихся в гостиной.
Судя по тому, как смотрели друг на друга Джейк и Джошуа, примирение на кухне вряд ли прошло гладко. Лиз могла понять Джейка. Он чувствовал себя беспомощным, и это не могло не отразиться на его настроении, но ей было совершенно невдомек, что могло так разозлить Джошуа. Может, ему не нравилось, что выходки Джейка расстроили его сестру Беллу? Но он уже должен был понять, что Джейк готов разбиться в лепешку, лишь бы его жена чувствовала себя счастливой. Он бы никогда сознательно не причинил ей боль.
– Ну, так что ты собираешься делать с преследователем Лиз? – без всяких предисловий спросила Белла у Джошуа.
– Твой брат не должен ничего делать, – вмешался Джейк. – Лиз может переехать обратно на ранчо. Я найму частного детектива и надеру задницу этому горе-шерифу.
Лиз не сомневалась, что Джейк ответит именно так.
– Я не стану переезжать к вам.
– Она переедет ко мне, – сказал Джошуа.
Лиз изумленно выдохнула и воззрилась на своего защитника:
– О чем ты?
– Еще чего! – рявкнул Джейк.
– Может, поспорим? – бесстрастным голосом осведомился Джошуа.
На Джейка эти слова, похоже, не произвели впечатления, тогда как Лиз нервно поежилась:
– Как мы выследим Немезиду, если я уеду из Сиэтла. – Выражение карих глаз Джошуа осталось для нее загадкой.
– Я хотел сказать, что поеду вместе с тобой, – пояснил он.
– Такого не будет, – прогремел Джейк. По временам брат напоминал Лиз призового бычка: сплошь тестостерон и доминирующий мужской нрав.
Сердито посмотрев на Джейка, она перевела взгляд на Джошуа.
– Ты поедешь со мной? – спросила она, причем ее голос прозвучал неожиданно взволнованно.
– Да. Пока мы не выследим преступника и не накажем его, я буду твоим неизменным спутником.
Трудно представить себе Джошуа в качестве просто чьего-то спутника.
– Когда ты сказал, что будешь помогать мне, я не думала, что ты захочешь переехать ко мне.
– А как еще я смогу защитить тебя?
– Я думала, для этой цели послужат защитные устройства, которые Винт с Нитро установят в моей квартире.
– Это всего лишь дополнительное подспорье.
– Ты не будешь жить в одной квартире с моей сестрой.
Джошуа наконец снизошел до того, чтобы обратить свое внимание на раскипятившегося Джейка.
– Это почему? Думаешь, я стану к ней приставать? Не беспокойся – я не смешиваю работу и секс.
Лиз смущенно откашлялась, а Белла изумленно воззрилась на брата:
– Ты что, возьмешь с нее деньги за помощь?
– Нет, – одновременно отозвались Лиз и Джошуа.
Белла облегченно вздохнула:
– В таком случае это не просто работа, а личное дело.
Лиз не понравилось, как явно заблестели при этих словах глаза Джошуа, и как ухмыльнулась Белла. Когда они с Джошуа в последний раз общались по «личному делу», это закончилось для нее катастрофой. Она не хотела больше испытывать таких чувств к мужчине. Никогда.
– Никакое это не личное дело!
– Тебе будет гораздо проще поймать преследователя в Каньон-Рок, чем в Сиэтле, где тебя никто не знает, – продолжал настаивать Джейк.
– Проблема не только в том, чтобы поймать его, – попыталась объяснить Лиз. Это было для нее очень важно. – Я много думала об этом. Пока летела сюда, я поняла, что устала находиться в бегах. Больше он не будет иметь удовольствия думать, что отравляет мне жизнь.
Одобрительное выражение лица Джошуа при этих словах относилось явно не к сорвавшемуся с губ брата ругательству.
– Твое желание бороться может дорого тебе обойтись, сестренка.
– Это так же опасно, как переходить дорогу в час пик, но я не собираюсь из-за этого отсиживаться в четырех стенах.
– Это разные вещи!
– Ничего подобного, – отозвался Джошуа. – Просто сейчас разумнее будет жить в Сиэтле. После переезда Немезида стал намного активнее, а мы сможем выследить его только в том случае, если он будет и дальше давать о себе знать.
– И как ты собираешься его выслеживать?
– С помощь методов контрразведки. Немезида скорее всего установил подслушивающие и подглядывающие устройства в квартире Лиз. Это, черт возьми, был весьма удачный ход с его стороны.
– Думаешь, он установил скрытые камеры? – Лиз покрылась мурашками при мысли о том, что какой-то паршивец сидит где-нибудь в темной комнате и наблюдает за тем, чем она занимается дома.
– Я не уверен, что камеры существуют, но мы точно знаем, к чему у него нет доступа: к прихожей, гостиной и спальне. Если бы там были камеры, он бы не подумал, что я ушел, когда я хлопнул дверью.
Лиз от души надеялась, что Джошуа ошибается и что Немезида не имеет возможности подглядывать за ней, но она была уверена в том, что преследователь слышит все, что происходит в ее квартире. Мысль о том, что какой-то неизвестный подслушивает, была ей, мягко говоря, неприятна.
