эта ваша «воля Божья». Вроде, если я ничего не путаю, с точки зрения христианства, человек свободен в своих поступках. А тут вдруг – «воля Божья». Волюнтаризм получается, и нет никакой свободной воли. Какой-то червяк, гусеница, а не человек. И это еще, как его, «привидение» – не помню, к чему это.
– Наверное, «провидение», а не «привидение», – с улыбкой отметил отец Глеб.
– Наверное! Вам лучше знать…
– Вы говорите мы – гусеницы. Можно и так сказать. А если закончить это образ – мы гусеницы, только некоторые из которых станут бабочками после смерти. А по поводу воли Божьей и как ее соотнести со свободой человека, то противоречие тут кажущееся, и соотношение их несколько сложнее, чем Вы можете себе представить. Здесь вот в чем дело. Бог существует вне времени, для него нет сегодня или завтра, нет живых или мертвых. Есть даже такая фраза в Евангелие, что Бог – это Бог не мертвых, но живых. Для Него не секрет, что с нами произойдет в течение всей жизни, и как мы будем поступать в той или иной ситуации. Это особенно ярко видно на примере. Вот если ты знаешь очень хорошо своего друга, подругу, ну или какого-нибудь другого человека, ты ведь можешь часто предсказать, что он скажет или сделает при тех или иных обстоятельствах. Но ты же не определяешь поведение своего знакомого, он не твой раб, ты просто знаешь, и все. Вот теперь возведите это знание о человеке в степень бесконечности и распространи на всех людей, и сразу будет понятно, почему говорят, что все по воле Божьей и как это соотнести со свободой воли человека. Нельзя конечно забывать и про те обстоятельства жизни, с которыми мы сталкиваемся в буквальном смысле по воле Божьей, которые даны нам Богом во испытание и для нашего же роста и совершенствования.
– Интересное объяснение. И, главное, достаточно понятное. Бог не мертвых, но живых – это что значит?
– Если помните, христиане верят в бессмертие души. То есть, после смерти душа отделяется от тела и переходит в иной мир, мир вечности. Более поздние фантасты называли другие миры, которые они создавали в своих произведениях, «другим измерением». В сущности, это отражает суть того, куда попадает душа после смерти. Также один из центральных постулатов христианства состоит в том, что мертвые воскреснут, как Христос воскрес на третий день после распятия. Так вот, в Евангелии есть такой эпизод, когда у Христа спрашивают те, кто не верили в воскресение мертвых (они назывались «саддукеи»): кому будет женой после воскресения женщина, которую брали при жизни в жены несколько мужчин, потому что предыдущий умирал? Он им ответил, что после воскресения ни женятся, ни выходят замуж, но пребывают, как Ангелы Божии на небесах. Еще он напомнил им из священного писания (то, что мы называем Ветхим Заветом), где говорится о том, что Бог – это Бог Авраама, Бог Исаака и Бог Иакова. Все эти люди умерли. Но не может же быть Бог быть Богом мертвецов. Отсюда и фраза о том, что Бог – это Бог не мертвых, но живых.
– Вот оно как. Преинтересная эта ваша книжка – Евангелие. Жаль, теперь ее найти очень сложно.
– Сложно, но можно, – отметила Анна.
– Что вы так на меня смотрите? Нет, я как-нибудь без нее поживу, ничего страшного, – испуганно замаха на них руками ФАС, когда увидел в ее глазах заговорщицкий блеск.
После этого все как-то примолкли и провели некоторое время в полной тишине, погруженные в собственные мысли. Тем временем стало смеркаться…
– Думаю, нам уже можно уходить. Не можем же мы злоупотреблять Вашим гостеприимством, – засуетился отец Глеб.
– Подождите, я выйду покурить на площадку. Заодно смогу оглядеться. Сосед-то мой сверху, видать по всему, сдал вас с потрохами. Уж очень они организованно действовали. Может он до сих пор дежурит. Кстати, можно и мусор вынести. Не уверен, что замечу слежку, но если что-то будет подозрительное – сможете посидить еще.
– Хорошо! Спасибо Вам большое! – сказал отец Глеб в слух, а про себя вымолвил: «Спаси тебя Господи».
ФАС оделся, взял мусор, пачку сигарет с зажигалкой и вышел из квартиры. Когда оказался на лестничной площадке, он как бы между прочим взглянул вверх на лестничный пролет, постоял несколько секунд, прислушался. Никого не было видно, вокруг стояла непривычная тишина. Предварительно кинув взгляд в окно, он начал не спеша, прислушиваясь, спускаться вниз.
Так он дошел до первого этажа и вышел на улицу. Окончательно стемнело. Двор был, как всегда, тускло освещен. Закурив, он постоял какое-то время у подъезда, бросая взгляд по сторонам, но стараясь не выглядеть высматривающим что-то. Взгляд скользил флегматично, лицо выражало полную безразличность к происходящему. Докурив сигарету примерно наполовину, он двинулся к стоящим недалеко мусорным бакам, так же беспечно поглядывая по сторонам. Никаких признаков наблюдения он не обнаружил. Конечно, уверенности быть не могло: ведь он не агент спецслужб, чтоб профессиональным взором разгадать слежку. Почему-то вспомнился эпизод про «будильничек» из старого фильма «Профессионал» с Жан-Полем Бельмондо, который показывал ему дедушка в детстве. Но там, конечно, все было совсем иначе.
Выбросив окурок в мусорный бак, он так же не спеша двинулся к дому, постоянно представляя, что вот, из темноты к нему выходит человек с хмурым лицом и задает какой-нибудь неудобный, ставящий в тупик вопрос. Но все обошлось, он благополучно вошел в подъезд, и подобно тому, как проделал это пять минут назад, медленно поднялся на свой этаж, потоптался на месте немного, прошел выше, оставил позади себя следующий этаж, добраться до последнего, никого там не обнаружил, украдкой взглянул в окно, не увидел там никого, кроме пары одиноких прохожих, спешащих домой, и вернулся к себе в квартиру. Надо сказать, что он немало рисковал, совершая эту вылазку. Риск схваченным был велик, а последствия – катастрофические. Что им двигало в тот момент – этот вопрос он неоднократно задавал себе, когда его гости ушли, по одному спустившись по лестнице, ставшей не на долгое время одной из главных действующих лиц повествования.
Как ни удивительно, никто не схватил их на улице, и каждый благополучно добрался домой.
***
Наши импровизированные сообщники разошлись по своим жизненным путям, которые так драматично пересеклись в тот вечер, каждый со своими мыслями по поводу произошедшего. Анна и отец Глеб решили не видеться некоторое время на случай, если над ними установили слежку. ФАС старался вообще забыть о событиях последних недель – все это очень выбило его из колеи
