я. — Так что за дела ты запланировал, не поинтересовавшись моим мнением?
— Визит к матери. Я же обязан представить ей свою дорогую жену.
— Мы знакомы.
— В этом статусе — нет.
— Я не хочу.
— Может, убьем двух зайцев? — предложил сол Гир. — Ты ведь наверняка жаждешь повидаться с родными. Зайдем и к ним заодно.
— Давай так: ты пойдешь к своей матери, я — к своей.
— И они обе воспримут это как оскорбление, — вздохнул Эйдан. — Ну же, Малинка…
Я помолчала, сердито воткнув вилку в яичницу. Эйдан тоже умолк, закинул в рот полоску бекона, явно прикидывая следующий ход. Хотя так-то он прав — от визитов вежливости никуда не деться. И если моя мать узнает, что я в Сол-Гирате и к ней не пришла…
— Впрочем, ладно, — нехотя произнесла я. — Это может оказаться полезным. Твоя мать хоть немного прольет свет на то, что произошло в доме.
— Люблю, когда ты такая сговорчивая, — улыбнулся он.
— Особо не привыкай, — отрезала я.
Стоило подумать о предстоящем визите — и бекон показался безвкусным. Но кто мог подумать, что Эйдан вообще умеет готовить!
— Вряд ли Аделина сол Гир одобрит твой выбор, — не удержалась я.
— Зато твоя мать наверняка будет в восторге, — усмехнулся он. — Потому что я — предел мечтаний любой тещи.
Я невольно закатила глаза, не став это комментировать, потому что, как ни печально, Эйдан был прав. Мама будет без ума от счастья, и это заранее раздражало.
— Кофе будешь? — спросил он.
— Давай, — ответила я.
Дальше мы завтракали молча, изредка поглядывая друг на друга. Дом вздыхал, тихо звякали приборы. Кухня Сол-Гирата была довольно уютной: деревянные стены, короткие занавески на окнах, в горшках — цветы. За массивным столом могла уместиться большая семья, но нас было только двое. Муж и жена, что за странная прихоть богов?!
В принципе, мы с Эйданом могли бы сосуществовать в одном пространстве. Спасение башни куда важнее нашей взаимной неприязни. Хотя я не могла взять в толк, с чего сол Гиру меня ненавидеть. Придумал каких-то других мужчин, как будто ревнует… Но лучше я язык себе откушу, чем признаюсь, что он так и остался моим единственным.
— Я все думаю, как же мне повезло перехватить тебя до сплетенной ночи, — признался Эйдан, встав из-за стола, чтобы подлить мне кофе.
— Я планировала провести ее куда приятнее, — кивнула я.
— С кем? — вырвалось у него.
— Вряд ли ты его знаешь, — сладко улыбнулась я. — Может, познакомлю вас позже.
— Планируешь знакомить меня со своими любовниками? — Эйдан хмыкнул. — Смело! Малинка, но ведь их тогда не останется!
Я пожала плечами.
— Много мнишь о себе, сол Гир, — равнодушно бросила я. — Ты вовсе не уникальный.
— Погоди, он тоже корневой маг? — Эйдан задумался. — Кто же мог учиться с тобой… Сол Дан? Сол Арнук? У Ранов, вроде, пацан твоего возраста. Или этот кто-то постарше? Преподаватель? Если так, это очень непрофессионально!
Я мило улыбнулась и отпила кофе. Точно ревнует. Но я потеряла бдительность: поставив кофейник на стол, Эйдан вдруг оказался за мной, и его руки опустились на мои плечи.
— По поводу вчерашнего, — тихо сказал он, склонившись. — Я повел себя грубо.
— Так и есть, — согласилась я. — Хам и грубиян.
Его ладони погладили мои плечи, пальцы очертили ключицы, обжигая обнаженную кожу.
— Мне жаль, если я напугал тебя или обидел, — добавил Эйдан. — Но ты тоже хороша.
Ладонь скользнула по шее, и дыхание перехватило.
— А вот я ни о чем не жалею, — ответила я и, вынырнув из-под его рук, встала со стула.
Мы оказались напротив, и воздух между нами сгустился — хоть режь. А из стены вдруг проклюнулась и выросла тонкая гибкая ветка. Эйдан набросил на нее кухонное полотенце.
— Собирайся, — сказал он. — Поедем к мамам.
— Сперва проверю вчерашние руны, — ответила я.
Кивнув, Эйдан отступил, освобождая проход.
— Как скажешь, дорогая, — подозрительно послушно ответил он.
Я прошла мимо, настороженно на него глядя, но он даже не шевельнулся в мою сторону.
А вот дальше меня ждало крайне неприятное открытие.
Руны гасли, все до единой. Некоторые еще теплились силой, но ее едва хватило на одну ночь. Щеки горели, будто мне надавали оплеух. Я провалилась. Я, одаренка первого уровня! В академии меня считали одной из лучших, хотя заклятые подруги не упускали возможность намекнуть, как именно я получила такой шикарный подарок от корневой башни. Мол, очень уж постаралась…
И вот теперь вся моя магия ухнула точно в бездонный колодец. Я пыталась определить искажение потоков, но по факту живая сила дома словно текла в обратном направлении.
Не став щадить чувства Эйдана, я вывалила все как на духу — дом умирает, его силы уходят, и главное — я без понятия, почему.
— Что можно сделать прямо сейчас? — спросил он, когда мы вышли наружу.
— Дождь, — ответила я без раздумий. — Дом его любит.
Взглянула на небо — легкие облачка. Но сол Гир отошел подальше, расставил ноги, чуть пригнулся, будто готовясь идти против шквального ветра, и воздел руки. Я задержалась у кареты — не часто увидишь корневого мага в деле. А Эйдан уже приступил.
Ясное небо подернулось легкой дымкой, которая закрутилась в маленький смерч. Над Сол-Гиратом словно повесили водоворот, в который стремительно стекались облачные ручьи. Хмарь густела, ширилась, обзавелась серебряной чешуей, и вскоре большая сизая туча, похожая на толстую рыбу, поплыла над домом, недовольно приглядываясь к тому, кто ее призвал.
А Эйдан все водил руками, закручивая нити мироздания, и я, наблюдая за ним, почувствовала странное облегчение. Все эти годы я невольно корила саму себя — поддалась, поверила, влюбилась по уши как последняя дура… Но что могла противопоставить я, наивная девчонка, тому, кто управляет стихией?
Теплый ливень хлынул внезапно, будто в небе открылись шлюзы, и я,
