— Малин, давай поговорим, — предложил сол Гир. — Как взрослые люди.
Я повернулась к нему, посмотрела в карие с прозеленью глаза. Интересно, он с такой же легкостью переспал бы и с Лиской? Отчего-то захотелось сделать ему очень больно. Вцепиться в это наглое лицо ногтями, отхлестать по гладко выбритым щекам, укусить — сильно, до крови…
— Мы женаты, — напомнил Эйдан. — Это навсегда. Сплетенный ритуал не разрушить. Нам надо как-то выстраивать отношения.
Если бы не проблема с башней, он бы за мной не приехал. Он не женился на мне тогда, не женился бы и сейчас. Я стала хозяйкой лишь потому, что волей судьбы была последней женщиной, с которой хозяин башни переспал под ее крышей — Эйдан сам так сказал.
— Посмотри на ситуацию позитивно, — предложил он. — Я — корневой маг. Я очень богат. Я практически хозяин целого края.
— Ты эгоист, самовлюбленный болван и избалованный нахальный придурок! — вырвалось у меня. — Свалился как снег на голову, потащил под венец! Привез в умирающий дом и попытался изнасиловать!
— Но не изнасиловал же, — вставил Эйдан.
— Спасибо, — едко ответила я. — Отвали уже, сол Гир! Тебя слишком много в моей жизни! И не надо тут рассказывать, что мы муж и жена. Как такое забудешь?
— Ладно, — бросил он, отвернувшись.
— Ладно, — рявкнула я, поворачиваясь к своему окну.
Вдали виднелась башня, и серая туча над ней почти растаяла.
— Мне будет нужна твоя помощь с ритуалом, — добавила я спокойнее.
— Разумеется, — ответил Эйдан.
***
Я распаковала чемоданы, заботливо доставленные домом наверх, и, устроившись в кабинете, открыла учебник по ритуалистике. Но первым делом, полистав страницы, нашла параграф про сплетенную ночь. Совсем коротенький, всего пара абзацев, но я прочитала их раз десять, чтобы уж точно ничего не упустить, и последняя строчка отпечаталась в моей голове клеймом: «Сплетенный брак нерушим». Точка. Ни примечаний, ни звездочек, ни каких-нибудь сносок. Ни единого указания на то, что я смогу избавиться от сол Гира, даже если не стану с ним спать!
Браслет на моей руке заблестел золотом, а на его запястье и вовсе превратился в татуировку.
Видите ли, под кожей я у него. А он у меня — в печенках!
Злость и раздражение на Эйдана никуда не делись. Напротив, теперь он бесил меня даже на расстоянии. Я слышала, как он ходит внизу, насвистывает мелодию. Ступеньки заскрипели, возвещая о его приближении, и я демонстративно уткнулась в учебник.
— Ты говорила, понадобится помощь, — напомнил Эйдан, остановившись в дверях.
Оторвавшись от страниц, я посмотрела на него равнодушно, как будто забыла, кто он вообще такой.
— Ах да, — кивнула я. — Можешь землю взрыхлить?
— Землю? — повторил он.
— Да, это внизу, под ногами, — разъяснила я как умалишенному. — На ней растет трава, а в ней — корни.
— Тут повсюду корни, я могу их повредить.
— Действуй аккуратно, — пожала я плечами, вновь утыкаясь в книгу. — Или, не знаю, тяпку возьми.
Он хмыкнул, но не ушел. Так и пялился на меня из дверей.
— Что еще? — не выдержала я. — Ваше корнейшество не ведает, что такое тяпка?
— Ведаю, — ответил сол Гир. — Но я планирую все же управиться магией. Какой ритуал ты думаешь провести?
— Кормилицу, — буркнула я.
— Хороший выбор, — сказал он, как будто мне нужно было его одобрение. — А как у тебя с резервом, Малинка? Что-то я не заметил, чтобы ты медитировала или как-то его пополняла.
— А когда мне медитировать, если ты ходишь туда-сюда и не можешь оставить меня в покое? — рявкнула я.
— Я пойду, — согласился Эйдан. — Рыхлить. Лучами, верно? В каком радиусе?
Я чуть не ответила — на сколько сил хватит, но с сол Гира сталось бы вскопать все до скверной межи.
— Шагов пятьдесят достаточно, — ответила я.
Эйдан наконец-то ушел, а я вытянула руку, и линия жизни на ладони замерцала только до половины. Что ты будешь делать… Еще и руны медленно гасли, хотя я напитала их от души.
Вернувшись к учебнику, я нашла главу с ритуалом «Кормилица». Рекомендуется использовать на погибающих садах и посевах, в том числе подвергшихся воздействию скверны. Широкий спектр — от всяких проблем. Даже если Джиневра сол Гир на старости лет повредилась умом и решила провести темный ритуал, то Кормилица даст башне сил и поможет выстоять перед болезнью.
Захлопнув книгу, я вышла из кабинета. Дом, подслушав мои желания, заскрипел, раздвигая стены и выставляя ступеньки. Я поднялась наверх, вышла на небольшую террасу, по краю которой башня заботливо сплела ветки. Опершись на эти перила, глянула вниз.
Черные лучи вспаханной земли тянулись в стороны от Сол-Гирата, а Эйдан ходил по траве, запуская небольшой смерч. Жирная влажная земля, напоенная недавним дождем, взрывалась фонтанами грязи, и я испытала злорадное удовлетворение, глядя, как сол Гир утирает свое надменное лицо рукавом. Почувствовав мой взгляд, он посмотрел наверх, приветственно махнул рукой, и на запястье мелькнула брачная вязь.
Я отошла от перил, села, скрестив ноги и положив руки ладонями вверх. Прикрыв глаза, глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. Насчет ритуала я не волновалась — уже делала его и не раз. На практике нас вывозили к самой границе со скверной, на участки, отвоеванные магами. После Кормилицы земля оживала: из серого пепла пробивались зеленые стебельки, и даже воздух менялся, наполняясь весенней свежестью.
Мне предлагали остаться там — за хорошие деньги, а когда я ответила «нет», предложили еще. И никто не удивился отказу — от скверны хочется держаться подальше. Но правда в том, что я пыталась увеличить дистанцию от Эйдана. Я иногда слышала его имя, которое неизменно произносили с восторгом. Скверна нехотя убирала свои жадные гнилые щупальца, уступая сол Гиру, а потом нашла способ как добраться до него здесь, в самом сердце его силы.
Ветер дохнул прохладой, последний луч скользнул по лицу. Я открыла глаза и посмотрела на линию жизни. Золотое мерцание потекло по ней, слегка перевалило за середину и застряло. Ну, ничего.
