Элия сделала знак рукой, и Злат выступил вперед, держа в руках небольшую бархатную коробочку. Мужчина щелкнул замочком, и любопытному взору Ижены предстали два колечка на красной подушечке. Восхищенный вздох и еще более порозовевшие щеки девушки ясно дали понять: подарок пришелся по сердцу. Пальчики ее словно сами собой потянулись к украшениям и конечно же невольно соприкоснулись с руками Злата, поддерживающего коробочку, но никак не отреагировали на столь тесный контакт с Ферзем Колоды Джокеров. Куда больше Ижену интересовали серебряные колечки с блестящими камешками: изумрудом и шантарем. Оправа была сделана столь искусно, что казалось, две крохотные серебряные ладошки бережно поддерживают трепещущее сердце.
– Благодарю! – Девушка благоговейно приняла коробочку из рук Повелителя Межуровнья, не удостоив его даже взглядом. Вся признательность досталась богине любви. – Какая красота! Мы с Мичжелем обязательно станем носить их в знак нашей любви! Наверное, будет правильно, если я надену ему кольцо с шантарем, а он мне отдаст изумрудное!
– Поступай, как сочтешь нужным, – снова выдала фирменную покровительственную улыбку Элия, повторила напоследок: – Будь счастлива, дитя! – и растаяла в воздухе вместе со своим сопровождающим.
Они снова возникли в покоях Повелителя у окна в Жиотоваж. Злат чуть тронул раму, и изображение забавляющейся с побрякушками девушки сменилось мрачным скалистым пейзажем в серо-синих тонах.
– Пустая карта, девица лишилась пророческого ока, – разочарованно хмыкнул мужчина, подводя итог встречи с Иженой и возвращая себе прежний франтоватый облик. – Да, кстати, маскировка моя оказалась куда удачнее, чем ты думала.
– Сомневаюсь, – фыркнула Элия. – Просто Ижена настолько влюблена в супруга, что совершенно не замечает других мужчин, какими бы могущественными и красивыми они ни были. Эффект новизны, знаешь ли, чувства еще не успели притупиться.
– Однако, – задумался об особенностях восприятия реальности женскими особями человеческой расы Злат и заключил: – Вы, живые существа Уровней, такие занятные.
– О, мы можем быть очень разными, – с какой-то подозрительной покладистостью согласилась принцесса. – И не всегда слово «занятный» в полной мере отражает черты наших характеров. Впрочем, я не спорю, все зависит от точки зрения. Как знать, не считает ли кто-то там наверху самой занятной своей игрушкой некого мрачного Дракона Бездны?
– Как знать, – резко помрачнел Повелитель Межуровнья, ни в какую не желавший числиться марионеткой, тем более марионеткой забавной, и перевел тему: – Так что, теперь ты вызовешь Рика и Джея?
– Скорее всего. Мальчики – наилучшие добытчики информации, не считая пары-тройки шпионов отца. Жаль, лучшего из них, Грея, для дел Колоды привлечь нельзя. Да и, если вспомнить о провалах в памяти, касающихся твоей Карты, все это тщетно. Тот, кому не дано, увидеть не сможет, – рассудительно ответила Элия. – В библиотеке, боюсь, искать информацию нет смысла: официальная позиция братств нам ни к чему, а иного в благообразных пропагандистских книгах – приманке для паствы – не встретишь. Мне пора домой. Правда, если отправлюсь по твоим владениям пешком, то и вовсе могу не добраться до Лоуленда. Опасно у тебя стало: рыцари с мечами на прохожих кидаются, невинных демонов убивают. Не будет ли Повелитель столь любезен, чтобы открыть мне дорогу?
– Будет, – хмыкнул Злат, небрежно махнув в сторону абсолютно черного окна, тьма за которым тут же сменилась интерьером гостиной богини любви. – До встречи!
– Прекрасного дня! – попрощалась Элия, проходя к себе.
Время мистических «развлечений» закончилось, и сейчас следовало заняться заботами государственными, например исполнением обязанностей советницы короля Лоуленда. Отец переправил ей с секретарем пухлую папочку документов, требовались советы дочери по ряду щекотливых вопросов: от обжалования приговора по делу главы магического ордена, обвиненного в убийстве любовницы и пары учеников, до петиции от очередной делегации темных меньшинств.
Но принцесса не успела сделать даже пары шагов по направлению к кабинету, в котором лежала на столе документация, как в дверь сначала интенсивно, но очень коротко пробарабанили, а потом, не дожидаясь ответа, влетели. Вернее будет сказать, впорхнули, поскольку речь шла о визите молоденькой кузины богини Элии – Мирабэль, чей вес едва ли значительно превышал вес воздуха того же объема. Вдохновенно сияя глазами и то и дело расплываясь в улыбке до ушей, но стараясь при этом сохранять на шкодливой мордочке серьезное выражение, юная эльфиечка протараторила:
– Привет, Элия! Я на секундочку, перед занятиями забежала. Знаешь, что я сейчас видела, ни за что не угадаешь! Представляешь, Нрэн остригся совсем налысо и заявился ко мне ругаться! Он такой чудной теперь. – Бэль не удержалась и прыснула, а потом, вспомнив о нехороших мыслях брата, на секунду задумалась, стоит ли «закладывать» опекуна и предупреждать Элию, или лучше промолчать. Похоже, Нрэну стало очень стыдно, и он больше не будет так плохо думать о сестре.
– Привет, девочки! – в гостиную вслед за Бэль стремительно ворвался медно-рыжий Клайд в ярких оранжево-алых одеждах, расшитых драгоценными каменьями (присутствующим показалось, что в комнате взошло второе солнце). Сграбастав обеих сестер в могучие объятия, он разом расцеловал их и закружил по гостиной. Бэль восторженно завизжала, задрыгала в воздухе ногами так, что свалилась туфелька, а Элия, шутливо дернув брата за бороду, увернулась от поцелуя в губы и подставила щеку.
– Ни за что не угадаете, что я сейчас видел! – таинственно прогудел Клайд, подмигивая сестрам. Голубые глаза мага задорно блеснули.
– Дай попробую! – попросила Элия, иронично изогнув ровную дугу брови. – Лысого Нрэна?
– Блин, откуда ты все знаешь? – хлопнув себя по волосатой груди, просвечивающей сквозь тонкую ткань алой сорочки, разочарованно протянул принц, рассчитывавший стать единственным распространителем сей умопомрачительной сплетни. Ради этого он даже ненадолго задержался в Лоуленде.
– Я рассказала! – гордо выдала тайну Бэль, привстав на цыпочки, чтобы надеть мягкую бархатную туфельку.
– Конкурентка растет, – цокнул языком бог сплетен и потрепал малышку-кузину по пышной гриве каштановых кудрей.
Маленькая принцесса довольно захихикала. Ей очень нравился новый веселый брат, такой пушистый и большой, похожий на доброго медведя. Густая поросль на груди, медная борода мужчины и обилие блестящих украшений, трогать которые ничуть не возбранялось, буквально зачаровали Бэль с первой же минуты их знакомства.
