Мисс Причард, чуть покачиваясь на высоких каблуках ярко-фиолетовых туфель, ждала, пока Дэвид Вентворт наиграется с собакой, и вид её выражал нетерпение, а может, и раздражение. Наверняка ей хотелось быстрее попасть в дом и отдохнуть с дороги, сбросить эти высоченные каблуки…
Наконец Дэвид Вентворт выпрямился и быстро зашагал к крыльцу. Мисс Причард семенила за ним.
Айрис отошла от окна и вернулась к работе. Она была уверена, что сэр Дэвид поднимется в свою комнату (она уже знала, что его спальня была на втором этаже), но он, оказывается, решил познакомиться с новым человеком в доме.
Айрис стояла на лесенке и снимала книги с седьмой сверху полки, когда дверь в библиотеку распахнулась и вошёл сэр Дэвид. Мисс Причард последовала за ним, а миссис Пайк остановилась в дверях. Наггет уселся на пол возле её ног.
Айрис потом сама вспомнить не могла, как она слетела с лестницы вниз. Где-то на половине пути возникла мысль, что она понятия не имеет, как приветствовать человека с титулом баронета. Не делать же реверанс?
Сэр Дэвид просто протянул ей руку:
— Мисс Бирн, как я понимаю? — сказал он, чуть улыбнувшись.
— Да, это я, — ответила в конец растерявшаяся Айрис, осторожно освобождая свою ладонь из его. — Рада познакомиться.
— Я Дэвид Вентворт. А это мой секретарь — мисс Энид Причард. Надеюсь, вы здесь хорошо устроились?
— Да, спасибо, у меня чудесная комната.
— Если что-то понадобится, обращайтесь, пожалуйста, к миссис Пайк.
— Разумеется. И благодарю, что взяли меня на работу. Это честь — оказаться в этом доме. Я читала все романы леди Клементины, кроме детских…
По лицу Дэвида Вентворта словно пробежала тень. Он по-прежнему улыбался, но только губами. Глаза не улыбались.
Он не был похож на свою мать. Но в лице леди Клементины вообще не было ярких черт. У неё было удивительно обыкновенное и незапоминающееся лицо. Её нельзя было назвать привлекательной, но некрасивой тоже никто бы не назвал. Её фотографировал Сесил Битон, и даже он не сумел найти во внешности леди Клементины интересную и яркую грань, не смог показать умную, неординарную, тонко чувствующую женщину, какой она была за фасадом своего обычного лица.
Сэр Дэвид был всего на три года старше Айрис, и на его лице уже не осталось ни капли юношеской мягкости. Черты были резкими, хорошо вылепленными, острыми. И, даже если в нём, как и в леди Клементине, не было яркости, узнаваемости, он всё равно был довольно красивым молодым мужчиной.
— Надеюсь, уединение и двенадцать тысяч книг не испугают вас, как это произошло с вашим предшественником? — взгляд глубоко посаженых глаз Дэвида Вентворта был тяжёлым, пронизывающим, как будто он хотел бы вынуть из Айрис все её тайны.
Если бы они у неё только были…
— Мне нравится уединение. И книги тоже…
— Мистер Ментон-Уайт дал вам прекрасные рекомендации.
— Он был очень добр.
— Как мы видим, на мистера Ментона-Уайта не во всём можно полагаться, — вдруг вступила в разговор мисс Причард, остановив на Айрис неодобрительный взгляд. — Ему ясно дали понять, что нужен молод…
— Энид! — резко оборвал её сэр Дэвид.
Та замолчала, но продолжала смотреть на Айрис тем же осуждающим взглядом. Айрис даже не могла понять, на что мисс Причард так смотрит. На её одежду?
Что поделать: у неё не было возможности купить такой изящный деловой костюм, какой был у мисс Причард. На Айрис была тёмно-синяя юбка в складку, белая блузка и туфли на низком каблуке. Красный лаковый ремешок юбки немного разбавлял эту унылую картину. Но Айрис и не была такой красоткой, как Энид Причард. Она, скорее, попадала в категорию милых девушек или тех, кого утешающе называют симпатичными, имея в виду, что до настоящей красоты им ещё далеко. И она не собиралась каждое утро тратить по часу, укладывая волосы в сложную причёску и нанося на глаза слои теней и туши.
Когда Дэвид Вентворт ушёл, Айрис раз пять проиграла в голове их короткую встречу, и каждый раз собственные слова и поступки казались всё более глупыми. Она так и не забралась назад на лесенку, чтобы расставить книги, которые уже просмотрела, когда дверь библиотеки снова открылась.
На этот раз Энид Причард была одна. Без всякого вступления она объявила:
— Мисс Бирн, хочу озвучить вам некоторые правила этого дома. Правила эти касаются сэра Дэвида. Мой кузен — занятой человек, и вы ни в коем случае не должны его беспокоить.
— Я и не собиралась, — сказала немного оторопевшая Айрис.
— Очень хорошо. Но если у вас вдруг появится необходимость что-то обсудить касательно вашей работы, обсуждать вы это должны с миссис Пайк, если дело касается шкафов, бумаги и прочего, или, в крайнем случае со мной. Даже если вы найдёте переписку леди Клементины с Черчиллем или первое издание Вивальди, то сообщите об этом мне. Ни в коем случае не сэру Дэвиду напрямую. И не очень-то задирайте нос. Может, вы и окончили Оксфорд, но настоящих достижений у вас пока нет.
— Я поняла, мисс Причард, — сказала Айрис.
Почему-то больше всего её в этот момент занимала мысль, что имела в виду мисс Причард под первым изданием Вивальди. Что в библиотеке были ещё и старинные ноты? Или она просто думала, что Вивальди — это писатель? Вряд ли. Она, получается, была родственницей сэра Дэвида и должна была получить хорошее образование. Однако её выговор как будто бы говорил об обратном. У сэра Дэвида произношение было безупречным, наверняка полученным в местах вроде Итона, Кембриджа и Оксфорда, а вот в речи Энид проскакивало что-то похожее на северные диалекты. Айрис была не из тех специалистов, которые по паре предложений могли назвать деревню, где человек вырос, но какие-то нетипичные отзвуки в речи Эинд она слышала.
Как бы там ни было, Айрис не собиралась нарушать указаний грозной мисс Причард. Та сразу отнеслась к ней с предубеждением, словно ждала от нового человека неприятностей.
Во второй раз Айрис увидела Дэвида Вентворта через два дня. Этот дом бы действительно таков, что можно было жить почти что бок о бок и не видеться.
Айрис просматривала книги, которые сняла с одной из полок, и думала о том, как хорошо было бы, если бы в библиотеке был проигрыватель или хотя бы радио. Работа была тоскливая, и если в библиотеке колледжа она время от времени болтала с другими служащими, то здесь она была совершенно одна.
Айрис напевала себе под нос «Little Miss Lonely», когда услышала позади щелчок двери. Она обернулась.
Дэвид Вентворт стоял
