С того момента, как мы родились в мир, покинув чрево матери, и по сей день мы с такой заботой и преданностью холили и лелеяли наше тело, приговаривая: «Моё тело», однако и от него будет мало толку в конце жизненного пути, ибо участь его – быть оставленным позади. Даже если речь идёт о Далай Ламе, когда Далай Ламе придёт время умирать, тогда, и это совершенно закономерно, тело Тензина Гьяцо будет покинуто его сознанием, оставлено позади. Нет никакой возможности телу и уму проследовать через врата смерти вместе. Обыкновенно, лишившись своего чогой намджара[15], Тензин Гьяцо совершает тяжкий проступок, нарушение обета, однако в момент смерти и это священное облачение мы оставляем позади, не совершая при этом никакого предосудительного поступка.
Время нашей смерти неизвестно. Строить планы имело бы смысл, если бы существовала заранее определённая, фиксированная продолжительность жизни, однако мы не можем рассчитывать на оставшиеся годы, поскольку нам не дано знать, сколько именно у нас их в запасе. Сегодня мы все собрались здесь, на этих учениях Дхармы, но кто-то из нас может скончаться уже сегодня вечером. У нас нет уверенности, что все мы снова встретимся на завтрашних учениях. Я, например, не могу дать вам стопроцентную гарантию того, что не умру уже сегодня до захода солнца.
Продолжая цепляться за эту жизнь даже в течение одного дня, мы тратим отведённое нам время впустую и можем, в конце концов, потерять, таким образом, месяцы и годы. Не зная, когда именно закончится наш жизненный путь, мы должны всегда помнить о смерти и быть хорошо к ней подготовленными. Тогда, даже если нам суждено умереть сегодня вечером, мы не будем при этом испытывать сожалений. Если смерть придёт сегодня, то наши усилия по подготовке к ней окажутся ненапрасными, если же час нашей смерти ещё не пробил – не будет никакого вреда от такой готовности, ибо она для нас в любом случае явится весьма благотворной практикой.
Внимательно понаблюдав за перипетиями этой жизни, можно в них разобраться и понять, что в конечном итоге всё образуется и жизнь, как и прежде, течёт своим чередом. К примеру, поначалу на нашу долю выпало в избытке тревог и разочарований: бежав из Тибета, мы нашли приют в Индии, мучимые вопросом, как же нам выжить. В процессе этого исхода, бегства из одной страны в другую, мы обнаружили, что проблемы наши в конечном итоге как-то разрешились.
Но, оставляя позади мир людей, мы ступаем в неизвестность без всякой поддержки или защиты с чьей-либо стороны, и бремя ответственности за происходящее целиком ложится на нас. В этот момент мы можем опереться только на собственный разум, поэтому нам надо сделать всё возможное, чтобы обезопасить себя. Как говорил Будда: «Я лишь указал вам путь к освобождению; знайте же, что освобождение зависит от вас самих». Мы должны приложить все возможные усилия, с тем чтобы избежать рождения в низших мирах бытия, освободиться от сансары, избежав при этом крайностей обусловленного существования и индивидуального освобождения.
Небожители-девы, населяющие высшие миры сансары, бессильны помочь нам, когда мы устремляемся к следующему перерождению, поэтому именно теперь нам следует быть предельно осторожными и подготовиться к смерти наилучшим образом. Вместо того чтобы продолжать цепляться за эту жизнь, основной акцент необходимо сделать на жизни грядущей. Именно это позволит нам отречься от нашей теперешней жизни, пожертвовать ею. Всё это говорится с целью продемонстрировать несостоятельность и бессмысленность озабоченности интересами лишь этой, теперешней жизни.
Наше тело уподоблено постоялому двору, ибо оно – лишь временный приют, а не место вечного обитания. В настоящий момент гость – наше сознание – остановился на этом постоялом дворе физического тела, словно взяв его на время в аренду. Когда придёт время отправляться в путь, тело, как временное пристанище, будет оставлено позади. Не быть привязанным к друзьям, телу, богатству и иному имуществу – практика бодхисаттвы.
5
Кто, окружение скверное избрав,Потворствует трём ядам омрачения[16], –Тот приведёт в упадок, подорвавАктивность медитации, анализа, учения.
Чтобы их влияния тлетворного не испытать,Лишающего нас любви и сострадания,Друзей дурных старайся избегать –Так поступает мудрый бодхисаттва.
Существует огромная разница между теми качествами, что мы стремимся найти в настоящем ламе или близком друге, и теми, что мы обнаруживаем в мирских учителях и дурных друзьях-приятелях. Весьма полезно иметь отношения с первыми, тогда как время, проведённое в компании скверных друзей и мирских, бездуховных наставников, едва ли пойдёт нам на пользу. Даже если сами мы стремимся стать лучше – в силу постепенной адаптации нашего сознания к дурному образу мышления и поведения избранного окружения, – мы подвергаем себя серьёзной опасности перенять эти привычки. Очень важно ясно это осознавать.
Теми дурными друзьями, чьего общества нам следует избегать, являются люди, в чьём присутствии мы можем наблюдать естественный рост в нашем сознании трёх коренных омрачений: вожделения, отвращения и неведения. Совершенно ясно, что в подобном окружении мы не сможем практиковать Дхарму путём изучения её положений, их осмысления и созерцания.
Для практикующих Дхарму махаяны велика опасность, что связи эти подорвут саму основу бодхичитты – любовь и сострадание. От таких «друзей» надо бежать как от чумы.
6
В кругу друзей достойных замечаешь,Как все твои изъяны словно тают,Благие качества же только прибывают,Как прибывает в небесах луна.
Духовный брат твой свят и благороден,Ты дорожи им больше, чем собою,Храни его, как драгоценность сердца, –Вот практика сынов Победоносных.
Уча о необходимости опоры на ламу как на духовного наставника, геше Потова говорил:
«Нет ничего превыше ламы для ищущего освобождения. Премудрости этой жизни можно постичь посредством наблюдений, однако и в этом не обойтись без толкового учителя. Как сможете вы обойтись без помощи ламы, когда, покинув низшие миры, вдруг очутились в этом неведомом вам месте?»
Без приложения огромных усилий невозможно преобразить это порочное, полное изъянов сознание в сознание чистое и совершенное, а для того чтобы эти усилия приложить, необходимо знать, как именно это следует делать и какие техники при этом надлежит использовать. При отсутствии необходимых познаний и руководства опытного наставника потраченные вами усилия не принесут желаемого результата.
Кто же является таким опытным наставником? Это квалифицированный лама, который на основании своего личного опыта может, указав ученику путь, сделать его способным самостоятельно устранить препятствия. Так же как больной, желающий излечения, ищет совета врача, мы должны искать помощи ламы, чтобы избавиться от трёх омрачений ума. Лама – это тот человек, на которого ученики полагаются всем своим сердцем.
Не всякий человек способен выступить в роли ламы. Как писал Дхармараджа Сакья Пандита[17]:
«Перед тем как открыть небольшое дело в торговле лошадьми или ювелирными украшениями, следует хорошо всё изучить и спросить совета знающих людей. Подобно этому не пристало искать наставлений в Дхарме у кого ни попадя, не проверив такого человека на предмет присутствия в нём качеств подлинного духовного наставника, ибо Дхарма – единственное средство достижения наивысшей цели».
Поэтому нам надлежит тщательно исследовать, обладает ли данный учитель соответствующей квалификацией. Необходимо внимательно взвесить все достоинства такого кандидата на роль ламы: его приверженность положениям Винаи и учениям сутр, обладание качествами ваджрного мастера, описанными в тантрических трактатах.
Убедившись, что это подлинный лама, мы должны надлежащим образом следовать его наставлениям, почитая его познания равными познаниям Будды, а его доброту – превосходящей доброту самого Будды. В нас должны присутствовать вера в его благие качества и почтение, рождённое через памятование о его милости. Почитая наставника и помня о его доброте к нам, следует практиковать согласно наставлениям по опоре на духовного учителя. Усилия наши должны быть искренними, и лучшим подношением ламе станет наша практика Дхармы.
Достойнейшим даром, который мы можем поднести учителю, является наша духовная практика. Если это подлинный, квалифицированный лама, то подношение практики будет куда милее его сердцу, чем любые материальные дары, которые мы в состоянии преподнести. Марпа Лоцава[18], например, вынудил Миларепу пройти через горнило жесточайших аскетических практик, прежде чем согласился даровать ему посвящение. В то время Миларепа не обладал ничем, что представляло бы хоть какую-то материальную ценность и могло послужить достойным подношением учителю. Другой ученик Марпы, Нгок Лоцава, был весьма состоятелен и поднёс всё своё имущество ламе, включая даже хромую козу. По этому случаю Марпа сложил песнь, где поведал о том, что он не делает различия меж теми, кто подносит всё, и теми, кто не в состоянии поднести ничего. Это ясное указание на то, что он был подлинным ламой.
