Читаем без скачивания Интифада - Андрей Правов

Провожать Панова до центральной площади пошла вся семья. Даля с Соней шли несколько поодаль, а Марк взял старого друга под руку и все время пути вспоминал былые годы и прежде всего их беззаботное время детства, проведенное возле подмосковной станции «Мамонтовская».

Уже садясь в такси, Панов, наконец-то, вспомнил о женщинах.

– До встречи, Даля, – сказал он. – Соня, не забывайте, что обещали просвещать меня относительно местных реалий. Приезжайте ко мне в Тель-Авив. В моем доме отличный бассейн. Совместим ваши рассказы с купанием и загоранием…

– Хорошо, приеду. Давайте конкретно. Когда?

– Да хоть завтра.

– Нет, завтра я не могу. У меня уже назначена встреча. А вот в субботу приеду в ваш бассейн с удовольствием. К тому моменту будет уже апрель, и вода потеплеет. Решено?

– А как вы доберетесь? Ведь по субботам в Израиле не ходит общественный транспорт.

– Наша девочка отлично водит машину, – с гордостью сказал Марк. – Она купила себе подержанный «Форд» и колесит на нем по всей стране.

– Отлично, – улыбнулся Панов. – Жду. Во сколько?

– В одиннадцать ноль ноль утра. Устраивает?

– Да. Спасибо, что согласились. Ты, Марк, и ты Даля, тоже как-нибудь ко мне приезжайте.

Ты, Алеша, если сможешь, помоги чем-нибудь Сонечке. Она девочка способная.

– Конечно, конечно. Ну, ладно. Всем большой привет. И до новых встреч.

Уже в такси, по дороге в Тель-Авив, Панов поймал себя на мысли, что первоначально он, конечно же, предложил Соне приехать к нему в гости исключительно из вежливости. Но, тем не менее, ее быстрое согласие Алексея Константиновича вовсе не огорчило, а, напротив, казалось, очень обрадовало. И дело здесь вовсе не в том, что прожившая к тому моменту уже семь лет в Израиле и закончившая здесь университет, умненькая девочка может серьезно помочь ему в работе.

Нет. Соня, и в этом Панов даже боялся сам себе признаться, очень понравилась ему как женщина. Хотя, конечно же, подумал он, между ними быть ничего не может. Во-первых, он друг ее отца, а во-вторых, слишком большая разница в возрасте. К тому моменту Панову было уже 53 года. А Соня, насколько он помнил, родилась в 1975 году, то есть ей 24. Почти тридцать лет разницы. Какой здесь может быть роман?! Надо просто выбросить подобные глупости из головы. Поработают они вместе, помогут друг другу. И все…

Однако, как довольно скоро стало понятно, жизнь распорядилась их судьбами иначе.

Весна надежд для Израиля…

Тель-Авив, апрель 1999 года.

Свое слово Соня сдержала. В одиннадцать часов утра ровно она позвонила Панову по телефону.

– Алекс, – услышал он приятный женский голос. – Я приехала, как и обещала. Только меня не пускает охрана. Не могли бы вы меня встретить?

– Иду, иду, – выпалил Панов. – Через минуту буду внизу…

Алексей Константинович совершенно забыл о приглашении. И ему было очень неудобно. Пришлось отказаться от задуманного завтрака. Панов быстро натянул джинсы и футболку, выключил уже готовый закипать чайник и, дожевывая на ходу бутерброд, побежал к лифту.

Соня снова поразила Панова своим очарованием. Она была одета в короткую легкую юбку и майку на бретельках, которая даже не прикрывала пупок. Девушка казалась прекрасным посланцем весны, которая уже брала в свои руки жизнь израильтян. Ярко светило солнце. Согласно переданному утром прогнозу погоды, день обещал быть отличным. Плюс 25. Так что можно позволить себе искупаться…

– Привет, Алекс, – улыбнулась Соня. – Вот я и приехала. Куда я могу поставить машину?

– Поедемте вниз, на подземную стоянку. Хозяйка сдала мне не только квартиру, но и два места для парковки.

Соня очень уверенно направила свой «Форд» вниз и запарковала его на место, которое показал Панов.

– Ну, вот и хорошо, – улыбнулся Панов. – Пойдемте, я провожу вас в бассейн, а сам присоединюсь через минут пятнадцать. Только переоденусь.

Бассейн жилого комплекса «Андромеда» в районе Яффо был прекрасен. Строители комплекса проложили трубу прямо в море, откуда, с глубины примерно 30 метров, закачивали воду. Ее температура была ровной. Плюс 20 круглый год.

– Отлично, – вздохнула Соня. – О таком отдыхе можно только мечтать.

– А вы не соблюдаете Шабат, как мама? – спросил Панов.

– Естественно, нет. Мама у нас главный религиозный деятель, почти что раввин, как был ее дед. Папа вынужден следовать ее указаниям. Брат также «блюдет субботу», но уже по собственным идейным соображениям. А я – человек светский.

Завершив фразу, Соня быстро сдернула с себя майку и юбку, бросила их на лежак и оказалась в довольно откровенном купальном костюме. Две, как показалось Панову, совсем уж тонкие полоски ткани на теле. И ничего больше.

– Жду вас, Алекс, – воскликнула девушка и ловко прыгнула вниз головой в бассейн.

«Отдых вокруг бассейна» в тот день занял у Панова и Сони почти четыре часа. В три дня Алексей Константинович предложил девушке пройти в расположенное также в «Андромеде» кафе, пообедать. Он заказал тарелку арабского хумуса, две порции шашлыка и бутылку сухого вина.

– Мне было бы интересно, Соня, поговорить с вами о предстоящих выборах, – сказал Панов, наливая вино в стакан девушки.

– Нет, я пить не буду. Не забывайте, что я все-таки за рулем. А у нас с этим очень строго. Вы пейте, Алекс. И я также прошу, давай перейдем на «ты». В Израиле так принято. Все «русские» здесь друг другу «тыкают».

– Согласен. Так как же насчет выборов?

– А что конкретно тебя интересует?

– Да, все. Любые подробности. Как складывается расстановка сил? Кто победит?

– Хорошо, но только я буду говорить о моих личных восприятиях предвыборной ситуации.

– Это и интересно.

Коротко довольно пространный рассказ девушки сводился к следующему:

Прежде всего, Израиль – страна крайне политизированная. Избирательная активность здесь одна из самых высоких в мире. В выборах обычно принимает участие до 90 процентов избирателей.

На этот раз 120 депутатских мест в кнессете оспаривают 32 политические партии и блоки партий. Они представляют весь спектр политической жизни Израиля – правые и левые, крайне правые и крайне левые, центристы – с правым и левым уклоном. Представлены партии, выражающие интересы отдельных групп населения – «ортодоксальные еврейские», «арабские», «русские» и даже «кавказские» и «среднеазиатские». Отдельные объединения защищают права пенсионеров, женщин, мужчин, борются за охрану окружающей среды. И так далее…

В принципе все партии и возглавляющие их лидеры в своих предвыборных обращениях к населению подчеркивают, что стремятся к одной цели – миру и процветанию для народа Израиля. Вот только пути достижения этой цели им видятся разными. Левые, например, убеждены в необходимости приложить больше усилий для достижения мира с арабами. Они подчеркивают, что необходимо быть реалистами в отношениях с палестинцами. По их мнению, лишать палестинцев права на создание собственного государства уже нельзя, это означает объединить против Израиля не только арабов, но возможно и весь мир. К тому же, указывают левые, если «долго упорствовать», палестинское государство в конце концов все равно будет создано, однако править там будет уже не окружение Арафата, с которым в принципе можно договориться, а радикалы-исламисты.

Правые же считают, что в своем стремлении «иметь мир» с арабами левые идут слишком далеко, предают интересы Израиля. Территориальные уступки палестинцам, по убежденности правых, должны быть сведены к минимуму. Ведь Израиль, указывают они, во имя собственной безопасности, должен сохранять «определенную глубину стратегического пространства». Некоторые правые выступают за продолжение строительства еврейских поселений на территориях Палестинской автономии, против даже разговоров об уходе с юга Ливана, «отступления» с Голанских высот и так далее.

Левые стараются выступать с позиций социал-демократии. Они поддерживают политику профсоюзов, забастовки и так далее. Правые же ратуют за максимальную приватизацию и «свободный рынок». Активисты «Ликуда», например, убеждены в необходимости искоренить в стране «касту неприкасаемых», которую, по их мнению, представляют из себя отдельные категории госслужащих. Благодаря различного рода социальным льготам, предоставленным им в разное время левыми правительствами, эти чиновники превратились, по оценкам ликудовцев, в паразитирующую прослойку общества, живущую по принципу «ничего не делать и много получать». С такой оценкой госслужащих правыми Соня, как она четко заявила, согласна.

Каждая группа партий, естественно, имеет своих традиционных сторонников. От того насколько их много и как они активны и зависит число депутатских мест. Количество же полученных мандатов дает в дальнейшем партии возможность «торговли» с вновь избранным премьером за места в правительстве.

Второго тура выборов, как уверенно говорила Соня, не будет. Эхуд Барак способен победить уже в первом туре. Число сторонников Нетаньяху, по многим оценкам, резко уменьшается. Если же все-таки день выборов 17 мая победителя не определит, то будет назначен второй тур. Называется уже и дата – 1 июня. А что произойдет в Израиле за «временное пространство» длинной более десяти дней – кто с кем договорится, и кто с кем поссорится – вообще никто судить не берется.