только тогда, когда мы приземляемся, и то с огромным трудом. Тошнота подкатывает к горлу, желудок скручивается в морской узел. Хорошо, что я не успела ничего съесть, иначе бы меня точно вывернуло наизнанку.
Никогда не думала, что меня может укачать.
Пару раз каталась с родителями на яхте, летала на самолете. Всегда без приключений. Но видимо вертолет оказывает другой эффект.
Вначале все было нормально, а может, сказался шок, в какой-то момент я даже наслаждалась зрелищем ночного города внизу. Но потом – накатило, прижало так, что лишний раз дернуться стало страшно.
– Укачало? – безошибочно разгадывает секрет Глеб Александрович.
– Немного, – отвечаю уклончиво.
Спазмы слабеют, однако муторное ощущение не проходит.
– Ничего, в следующий раз проведу полет гладко, – невозмутимо обещает мужчина.
– В следующий раз?
От этого поворота забываю про тошноту.
– Держи жвачку, – он вкладывает упаковку в мою ладонь. – Возьми в рот – тебя мигом отпустит.
– Следующего раза не будет, – чеканю. – Я больше не сяду в кабину с человеком, который ничего не понимает в управлении вертолетом.
– Валяй. Тогда проведем неделю в столице.
– Мне завтра на работу.
Я выскакиваю из вертолета и чуть не падаю, колени слабеют, ноги подгибаются. Но этот гад действует молниеносно, подхватывает меня. Черт, да он только и ждет возможность облапать.
– Тебе пора сменить начальника, – бросает и взглядом буравит.
– Мой босс меня вполне устраивает.
– Я круче, – ухмыляется.
– Я и в страшном сне такое видеть не хочу, – заявляю с раздражением. – Я лучше уволюсь, чем начну на тебя работать.
– Такая категоричная, – в его глазах полыхают опасные искры. – Обожаю.
Обожает издеваться? Ломать?
Я сбрасываю его руки. Распаковываю жвачку. В самолет я брала леденцы, такой трюк помогает, чтобы уши не закладывало.
Тошнота отступает. Жвачка действительно помогает.
– Видишь? – заговорщически подмигивает мой похититель. – Рот занят – и сразу легче.
Я отправляю жвачку в ближайшую урну.
Проклятье. Почему абсолютно все его фразы кажутся такими пошлыми? Грязными. Развязными. Непристойными. В каждом слове ощущается некий подтекст. Может, я надумываю?
Нет. Этот его взгляд. Манера постоянно дотронуться, приблизиться вплотную. Он будто намеренно провоцирует. Играет в “горячо-холодно”.
Вскоре мы оказываемся в ресторане под открытым небом. Панорамный вид на столицу. Самый лучший стол. Официанты буквально выстраиваются в ряд. Нас обслуживают точно высокопоставленных гостей.
Глеб Александрович. Кто же он такой? Бандит. Бизнесмен. Сейчас всякие границы стерты, толком не разберешь. Но перед ним прямо стелятся, вслушиваются в каждое слово. Я такого отношения еще не видела.
– Устрицы любишь? – спрашивает он. – Здесь подают элитные сорта. Таких больши нигде в стране нет.
Я не могу удержаться от гримасы отвращения. Меня жутко тошнило еще пару минут назад, а он про устрицы интересуется.
– Ты ни секунды не можешь прожить без понтов? – хмыкаю. – В нашем городе хватает хороших ресторанов, но надо лететь в столицу. Еще и на вертолете. Теперь вот элитный сорт устриц.
– Для моей девушки все самое лучшее.
– Я – не твоя девушка.
– Моя, – произносит настолько спокойно, что у меня дыхание сбивается от его безграничной наглости.
Он смахивает на сытого хищника. Развалился в кресле. Такой довольный, расслабленный. Хозяин жизни. Но первое впечатление обманчиво. Я четко ощущаю в нем дикий голод. По эмоциям, по впечатлениям. Этот мужчина жаждет завоевывать. Легкие победы дают ему мало радости.
– Ты уверен, что можно получить абсолютно все, – говорю я. – Любой автомобиль. Вертолет. Можно купить игрушку или сразу целый парк аттракционов. Но есть такие вещи, которые за деньги не взять.
– Вопрос цены, – заключает, прищурившись.
– Твой цинизм поражает.
– Нет ничего дороже правды.
– Да? – выгибаю бровь. – Правда в том, что я не хочу никаких свиданий с тобой.
– Не хочешь, – тянет нарочито ленивым тоном. – Только тебе интересно, как далеко я могу зайти.
– Бред, – кривлюсь. – Достаточно одной встречи, уже понятно: ничего не выйдет.
– Время покажет, Бэмби.
– Почему бы тебе не найти более подходящую девушку, Глеб Александрович? Ну например такую, которая оценит твой натиск?
– Ты сама меня зацепила, – обезоруживает. – Теперь даешь заднюю?
– Ты припарковал машину в…
– Разве дело в тачке?
– А в чем тогда? – теряю терпение.
– Ты вся как вызов, – проходится по мне горящим взглядом, ласкает лицо, скользит по шее к груди, заставляя воздух забиться в легких. – Идеальный вызов для меня.
Сопротивление его распаляет. Бездействие позволит ему перейти все допустимые черты. Я ощущаю себя в тупике. Пытаюсь холодно и четко донести, что никаких отношений у нас не будет. Но все бесполезно.
– Наслаждайся вечером, – говорит он, будто реально считает, я могу расслабиться под прицелом раздевающего взгляда.
Обстановка едва ли располагает. Вокруг все настолько пафосно, что я ощущаю себя чужой на празднике жизни. Мужчины в элегантных костюмах, дамы одетые так, словно собрались выйти на красную дорожку. Блеск драгоценных камней ослепляет. Меха впечатляют – ну еще бы, в такую-то жару. Вечера в сентябре прохладные, но не настолько же. Я понимаю, окружающие меня изучают. Пусть незаметно, исподтишка, однако их внимание чувствуется кожей. Я выделяюсь на фоне остальных гостей, выгляжу, будто по чистой случайности попала сюда после спортивной тренировку. А вот моего спутника они знают и… боятся?
Я вдруг осознаю, что никто не смотрит на меня открыто. Ладно, может, я зря накручиваю себя. Вообще, не важно.
Я утыкаюсь взглядом в меню. Черт, желудок урчит от голода. Я ужасно хочу есть. Ну и перепады – то воротит от всего, то тянет заказать кучу блюд сразу. Сказывается
