и ей удалось справиться с этой задачей — рыцарь опустился на одно колено, упёрся клинком в землю, но не рухнул. С оглушительным лязгом били по доспехам падающие с неба камни. В нескольких аршинах от рыцаря неуклюже ворочалась ордынская самоходка. Стиснув зубы, Ласка потянула рычаги. Где-то внизу протестующе заскрежетал металл; но рыцарь поднялся на ноги и шагнул вперёд под каменным градом. Меч ударил поперёк панциря, ещё раз и ещё… Вражья машина выбросила из всех отверстий и сочленений густые клубы пара и затихла.
В тот же миг на рыцаря пала густая тень. Лязгнули захваты, посыпались вниз чугунные чушки балласта, натужно взвыли воздушные винты… Ласка не сразу поняла, что произошло: земля вдруг уплыла из-под ног гиганта, а машинерия перестала её слушаться. Скрипели и лязгали стальные мослы, один за другим срабатывали предохранительные клапаны, уменьшая давление в котле. Повеяло холодным ветром — после дыма и гари сражения он показался удивительно сладким… В отверстии шейного колодца показалось перемазанное угольной пылью лицо Озорника.
— Не старайся, бесполезно…
— Какого дьявола?! — бросила сквозь зубы девушка, продолжая терзать рычаги управления.
— Ты ещё не поняла? Нас подняли в воздух, — напарник невесело усмехнулся. — Собственно, им сейчас достаточно разжать захваты — и наша машина превратится в груду хлама… Вместе с нами, естественно.
— Тогда почему они этого не делают?
— Может, хотят подняться повыше, чтобы наверняка… — Озорник сдвинул на лоб глазную повязку, обнажив своё жуткое чёрное око с зелёным иероглифом в глубине. — А может, у них на наш счет есть какие-то планы.
Ласка откинула забрало и выглянула наружу. Они уже набрали порядочную высоту: проплывающие внизу пехотные части Орды, пушки, железнодорожные составы казались игрушками, забытыми детворой на снегу. Тихонько посвистывал ветер.
— Как думаешь, стоит слить кипяток из котла? — нарушила молчание девушка. — По крайней мере, не сваримся заживо, если они всё-таки решат нас бросить…
Озорник покачал головой.
— Уверяю тебя, при падении с такой высоты нет абсолютно никакой разницы.
***
— Ну же, мисс! Не стоит постоянно ходить с таким личиком, будто ты только что слопала лимон. Поверь, детка, куда лучше быть гостьей на моём корабле… Я б даже сказал, желанной гостьей, чем находиться в гуще сражения! Можешь не сомневаться, там сейчас стоит ад кромешный… — капитан звучно отхлебнул из бокала и рыгнул.
Ласка опустила глаза. Мистера Стерлинга определенно нельзя было назвать джентльменом. Скулы сводило от ненависти к этому жирному ублюдку… Говорили здесь на бритиш; к немалому своему удивлению, девушка обнаружила, что понимает почти всё из сказанного — хотя и с некоторой задержкой. Бритиш, официальный язык Империи, на котором составлялась почти вся техническая документация, был обязательным предметом для любого, кто хотел выучиться на инженера или механика. Теперь же он обрёл плоть и кровь — надо было лишь припомнить значение некоторых слов…
Потная туша капитана с самого начала вызвала у неё неудержимое отвращение, а не смотреть на правую руку этого воздушного пирата было попросту невозможно… Рука как таковая чуть ниже локтя отсутствовала. Из обрезанного рукава высовывался жуткого вида протез: гротескная клешня из воронёной стали и бронзы. Хитроумная механика заставляла её сжиматься и разжиматься: для этого возле самого локтя торчало несколько коротких рычагов. Стерлинг управлялся своей конечностью мастерски: за столом его культя буквально порхала между блюдами, чудом, казалось, не задевая бокалов и тарелок. Поесть капитан любил…
Обращались с ними не так уж плохо. У Ласки забрали висевший на поясе ножик, но обыскивать не стали — по крайней мере на это галантности воздушных флибустьеров хватило; так что подаренный полковником пистолет девушке удалось сберечь. Разумеется, о том, чтобы покинуть дирижабль, не могло быть и речи. «Буканьер» неторопливо плыл на запад, и с каждой пройденной верстой Ласка становилась всё мрачнее: достаточно было подумать, чем для неё обернётся дорога через все эти земли… Озорника, казалось, это ничуть не беспокоило. Да и то сказать: ему-то какая нужда возвращаться? Отправится, небось, в свою Империю — он ведь туда и держал путь…
Одноглазый спутник Ласки вовсе не выглядел удручённым. Он с видимым удовольствием попивал предложенный Стерлингом бренди, охотно отвечал на вопросы, интересовался последними новостями Империи — словом, вёл себя так, будто заскочил на огонёк к хорошему знакомому. Девушка вспоминала, как подкупила её саму такая вот непринуждённая манера общения. Выходит, это просто его тактика: змеёй вползать в доверие, располагать людей к себе… Каков же он на самом деле, человек, настоящего имени которого она так до сих пор и не узнала?
— Стало быть, Империя избегает напрямую вмешиваться в войну? Однако поставки Орде боевых машин как-то не укладываются в эту картину… Да и ваши действия, если быть откровенным…
— Ба, да я не имею никакого отношения к имперскому воздушному флоту! «Буканьер» — он сам по себе… Мы вольные искатели приключений! — тут капитан Стерлинг заговорщицки подмигнул. — Ну что за беда, если бедные воздухоплаватели нарушат пару-другую статей международного права? Касаемо этого вашего рыцаря — дружище, мои действия вовсе не обязательно интерпретировать, как враждебные! Любопытство, не более того. Обожаю всякие механические штуки — ну, да ты и сам видишь! — капитан потряс в воздухе протезом и хохотнул. — Если помните, наш корабль не сделал ни единого выстрела по уральцам; да и вам мы не повредили, напротив — выдернули из самого пекла… Что касается техники, это же самые обыкновенные инженерные машины!
— Инженерные?! Как бы не так! — в сердцах воскликнула Ласка. — Они разрушили Крепость! Если б не вы, я уничтожила бы все эти проклятые механизмы, до единого! — девушка стиснула кулаки. — Вы отняли у Атаманства его свободу!
— Ерунда, мисс! — добродушно отмахнулся Стерлинг. — Не забывай, эта ваша Крепость и так уже была серьёзно повреждена. Орде оставалось только подтянуть на перевал артиллерию и довершить начатое. А рыцарь… Одно-единственное попадание в паровой котёл, и фью-у-у! Твоё нежное тельце ошпарило бы, как рождественскую гусыню!
Ласка с трудом подавила порыв — вмазать со всех сил кулаком в эту лоснящуюся физиономию, дробя в крошево крепкие желтоватые зубы капитана… Ох, как было бы здорово! Но нет, увы, приходится сдерживаться… Теперь главное — не выдать себя и дождаться подходящего случая для побега.
— Да и дьявол бы с ней, с этой политикой! — продолжал меж тем капитан. — Давайте лучше поговорим о науке! Не так уж часто мне приходится делить трапезу с по-настоящему умным человеком. Так чего ради ты морозил задницу в этих диких горах?
— Я возвращался из Сиберии, — поправил Озорник. — И в землях Атаманства оказался, в общем-то, случайно… Если честно, мне
