с улицы и из дома. Как ты понимаешь, не всем моим пациентам удобно подниматься по лестнице.
— Пациентам? — улавливаю главное я. — Ты кого-то лечишь?
— Да, — улыбается Рарртум. — Ко мне попадают животные и птицы, которые нуждаются в помощи.
В голове всплывает строчка из «Айболита»:
Добрый доктор Айболит!
Он под деревом сидит.
Приходи к нему лечиться
И корова, и волчица,
И жучок, и червячок,
И медведица!*
А потом вспоминаю про приключения этого доктора и понимаю, что драконом всё-таки удобнее быть, чем человеком — никаких тебе орлов не нужно, можешь на своих крыльях долететь, куда надо.
— Идём смотреть мою комнату, — улыбается Рарртум.
Спохватываюсь:
— К тебе приносят заболевших животных?
— Иногда. Но чаще всего они сами приходят, когда нуждаются во мне.
— Но ведь горы вокруг…
— Главное — это моё намерение. К тому же ко мне попадают не только пациенты из нашего мира… Если тебе интересно, могу потом показать кабинет.
— Очень интересно!
Спальня Рарртума просторная, и мебель в ней похожа на антикварную. На стенах картины, изображающие животных. На полу — ковёр с ярким орнаментом. Красиво, стильно, ничего лишнего, а вот детали можно рассматривать до бесконечности. Одна роспись на дверцах шкафа чего стоит. На каминной полке расставлены фарфоровые фигурки животных. А все драпировки, в том числе шторы и покрывало, выглядят сложными и очень дорогими. Появляется ощущение, что я попала в комнату аристократа. И большая люстра с хрустальными подвесками только усиливает это впечатление.
Зато туалет у Рарртума оказывается обычным — белый фаянсовый, немного архаичный, но красивый. Даже интересно, понравится ли японский унитаз Рарртуму настолько, чтобы отказаться от красоты в пользу удобства. Почему-то кажется, что нет.
Закончив осмотр спальни, спускаемся на первый этаж. Проходим вглубь гостиной, после чего Рарртум распахивает деревянную дверцу, которой при прошлом осмотре не было:
— Приглашаю в свой кабинет. Только, пожалуйста, говорите потише, чтобы не напугать моих пациентов.
___
* «Айболит» Корней Чуковский
Глава 4
Попадаем в маленькую тесную комнатку, напоминающую прихожую, а из неё — в широкий светлый коридор с деревянным полом и белыми стенами. Вдоль коридора — стеклянные двери.
— Слева палата для змей, ящериц и других подобных существ, которые нуждаются в особой среде и температуре, — кивает Рарртум на комнату, заставленную террариумами, в одном из которых удаётся рассмотреть огромного питона.
— Справа — для мелких грызунов.
Эта комната поделена на загончики, и вместо пола здесь растёт зелёная трава. В одном из загончиков сидит крупный белый зайчик с перебинтованной лапкой.
— В этой комнате маленькие кошки, а слева — большие. К большим тебе, Таяна, лучше не заходить. Для некоторых животных ты, в первую очередь, вкусная беззащитная еда, а уже потом всё остальное.
— Не буду, — с энтузиазмом киваю я.
Глупо было бы распрощаться с жизнью из-за праздного любопытства, тем более сейчас, когда я встретила таких удивительных парней. Обидно вышло бы.
В комнату больших кошек заглядываю с опаской. Натыкаюсь взглядом на огромную пантеру, вздрагиваю и отворачиваюсь — в её взгляде всё то, о чём меня только что предупреждал Рарртум.
— Эти комнаты для собак. Туда без меня тоже лучше не входить.
Судя по тому, что в одной из них волк, совет вполне разумен.
— Дальше комнаты для птиц. Слева — для хищных. Двери в эти комнаты лучше не открывать. Потом две комнаты для тех посетителей, кто не входит ни в одну из перечисленных категорий… А теперь прошу проследовать в мой кабинет, — он доходит до конца коридора и открывает дверь.
Переступаем порог и с любопытством осматриваемся.
Внутри очень просторной комнаты две зоны: одна для осмотров, а вот вторая очень напоминает операционную из-за металлического стола и характерной лампы над ним. Вдоль стен тянутся полки и высятся шкафы. На полках деревянные коробки разных размеров. Пол выложен плиткой.
Рарртум поясняет:
— Дверь слева ведёт в ванную. Там можно умыться самому или помыть пациентов. А дверь прямо ведёт на улицу. Чуть позже организую там несколько загонов для тех, кто не любит тесных помещений… Раз вы всё осмотрели, может быть, займёмся ужином? Есть очень хочется.
— Конечно, — оживляется Ангурр. — Представляешь, Таяна, как и мы, любит кофе!
Рарртум улыбается:
— Ничего удивительного! Думаю, по-другому и быть не могло.
— Что приготовить на ужин? — интересуется у меня Ангурр.
Пожимаю плечами:
— Я всеядна, так что на ваш вкус.
— Не возражаешь против мяса и супа?
Суп на ужин есть странно, но почему бы и нет? Так что киваю.
Когда доходим до кухни, предлагаю свою помощь, но Ангурр отказывается и говорит, что лучшей помощью будет, если мы составим ему компанию. Снова усаживаемся за стол. Рарртум берёт меня за руку, словно в этом нет ничего особенного. Данррим усаживается с другой стороны и просит:
— Таяна, расскажи немного о себе.
Фраза, которая всегда слегка ставит в тупик. Уточняю:
— Что именно тебе интересно?
— Вообще-то, всё, — обаятельно улыбается дракон.
И я залипаю на этой улыбке — всегда питала слабость к мужчинам, которые умеют обаятельно улыбаться. А тут аж трое таких. Такое ощущение, что их образы вобрали в себя всё то, что мне когда-либо нравилось в других мужчинах: длинные ухоженные волосы, гармоничные черты лица, густые ресницы, губы, которые так и хочется поцеловать… Понимаю, что мысли свернули куда-то не туда. Перевожу взгляд на Ангурра, и это не улучшает ситуацию. Мне всегда казалось, что мужчина на кухне — это очень сексуально. А уж красивый мужчина, который ловко управляется с ножом… Перевожу взгляд на ладонь, которую сжимает Рарртум. Ещё один фетиш — красивые мужские ладони с тонкими длинными пальцами. Да что ж такое-то?! Перевожу взгляд в окно. Таня, нужно собраться! О чём это мы? Меня же о чём-то спросили и ждут ответа… Точно!
Произношу:
— Мне двадцать три года. Буквально только что доучилась и как раз думала о том, чтобы начать искать работу.
— А по какой специальности ты отучилась? — интересуется Рарртум.
— На экономиста. Не могу сказать, что мне так уж нравилось, но на момент выбора мне было по большому счёту всё равно — я не знала, чем хочу заниматься. Мама предложила пойти на экономиста, я и согласилась.
— Получается, хоть ты и отучилась, но это не твоё любимое дело?
— Получается так… Я вообще хотела бы заниматься чем-то творческим. Но не быть актрисой — мне бы было некомфортно от такого количества внимания. Рисовать я тоже не умею. Режиссёру после завершения учёбы сложно найти работу, а деньги для меня важны… В общем, я толком и
