почему, но мне хочется на него наорать. Я не встаю и вообще не совершаю никаких резких движений, пока мой разум не вытеснит чувства.
"Ужас, Рин, ты же не собираешься наезжать на него за то, что он перестал целовать тебя?! Ополоумела что ли?!"
Просто меня никто ещё так не целовал. Всё, что было до этого, кажется мне каким-то сырым, вялым и неумелым. Ренат же целуется как настоящий мужчина. Сильно и страстно. Чувственно до болезненного нытья в бёдрах.
— Поешь, хабиби. Мы сегодня ещё должны посетить рынок. Фарида сказала, что ты хочешь купить для них что-то.
Откашлявшись, я приподнимаюсь и занимаю более удобное положение на покрывале. Кровь, которая только что пульсировала где-то внизу моего живота, теперь начинает стучать по вискам и опаляет щёки.
А Север выглядит вполне спокойно. Будто не он только что меня целовал как безумный.
Может, он уже не так и хочет меня?
Даже не смотрит. Упёрся взглядом в океан и не отводит глаз от бушующих волн.
— Хочешь ещё вина? — спрашивает, всё так же не глядя на меня.
— Хочу ещё свободы.
— Ты и так на свободе.
— Ага. Условно-принудительно. И знаешь что, Север? Больше не смей меня так целовать. Мне не понравилось. Ни капли. И для тебя, судя по всему, тоже не было ничего особенного.
Что я несу?
Кто-нибудь, принесите скотч, и я сама себе заклею рот!
Но мои слова срабатывают. Наконец, янтарный взгляд возвращается ко мне. И он всё такой же тёмный, каким был, когда Ренат лежал сверху и вдавливал меня в песок.
— Сомневаешься, что я хочу тебя, хабиби? Не сомневайся больше никогда, — он берёт мою руку и кладёт себе на брюки.
Я широко распахиваю глаза, чувствуя, как дыхание сбивается. Затем отдергиваю ладонь, вскакиваю и несусь к океану, убегая от желания мужчины, которое сама вызвала. В котором засомневалась. Разозлилась на тот факт, что оно может быть не сильным, недостаточным. Будто я стала нуждаться в нём.
И даже холодная вода океана перестала остужать мои стопы. Наверное, потому что огонь горел гораздо глубже.
Глава 9
Глава 9
Марианна
Бережно раскладываю коробочки со специями для Фариды и Хадижи, и почему-то только сейчас ловлю себя на мысли, что изначально планировала попытаться сбежать, но всё равно обещала вернуться с подарками...
Это так странно. И ещё это пугает. Потому что я будто потихоньку попадаю под чары человека, которого собиралась ненавидеть. И должна ненавидеть.
— Для меня подарка не будет?
Резко вздрагиваю и оборачиваюсь. Север стоит в нескольких метрах от меня и расстегивает рубашку.
— Для тебя... не будет.
— Жаль, хабиби. Я думал, что заслужил небольшой подарок. Ведь день тебе понравился?
Рубашка летит на большую кровать размера кинг-сайз. Я шумно сглатываю, так как мне с трудом удаётся удерживать взгляд на лице мужчины и не опускать его ниже. Кажется, даже голова начинает болеть от напряжения.
— День понравился. Но подарка всё равно не будет. Лучше скажи, где я буду спать?
Оглядываю номер, в котором мы поселились. Уверена, Ренат мог позволить апартаменты или виллу, но он предусмотрительно взял номер, где есть только одно спальное место...
Надо сказать, что, тем не менее, вид из номера просто бесподобный. Комната плавно перетекает в открытую лоджию, на которой размещена огромная ванная, а впереди только чистое закатное небо и океан.
— Ты знаешь, где, хабиби. Со мной.
— Я не буду спать с тобой. Спи один.
— Предпочтешь пол? — выгибает тёмную бровь.
— Именно так. Лучше на полу.
— Упрямая, — хмыкает Север, после чего расстегивает ремень на брюках.
Наши взгляды скрещиваются, и я вызывающе вздергиваю подбородок, намеренно не отворачиваясь. Буду смотреть. Пусть не думает, что это сильно задевает меня.
Хватило моей слабости на пляже. Больше я себе такого не позволю.
Наверное...
Это последнее слово, которое проскальзывает в моих мыслях прежде, чем Ренат снимает брюки и трусы, так и не обрывая со мной зрительного контакта.
Чёрт возьми.
Не знаю, как мне удаётся не опустить взгляд, потому что до злости на саму себя хочется. Я опираюсь поясницей на трюмо позади и сжимаю пальцами край вплоть до хруста костяшек.
Почему этот мужчина так красив... Даже дыхание сбивается и застревает где-то в горле.
Губ Рената касается лёгкая усмешка, после чего он поворачивается ко мне спиной, демонстрируя шрамы, рассекающие мышцы, и крепкие бёдра.
А я только собиралась выдохнуть и снова вдохнуть, но не выходит. Как завороженная смотрю на великолепное тело мужчины. Хотелось бы касаться такого тела, но не думать при этом, что предаёшь саму себя.
Ренат выходит на лоджию
