но в этом языке такого слова не было. Клоунов, видимо, тоже. Ну и слава богу, они мне никогда не нравились.
– Жаль, жаль, – покивал парень. – Ты такая красивая и неприступная!
– Паяц, – наконец подобрала я правильное слово.
– Ма-а-акс, она меня обижает! – скорбно воскликнул парень.
– Она правду говорит, – не согласился тот. – Извини нас, Ната, не будем больше тебе мешать.
Он схватил своего друга практически за шкирку и потащил к выходу.
– Но ты все-таки насчет свидания подумай, – вдруг обернулся тот и посмотрел на меня совершенно серьезно без всякого кривляния.
– Подумаю, – неожиданно согласилась я.
Не то чтобы я всерьез собралась куда-то идти с аристократом, но кричать им вдогонку, что это неуместно, было бы уже странно. Это надо было сразу говорить, но мой язык почему-то сказал совсем другое. Не знаю, почему, может, ностальгия?
Парень этот, Лерс, был безумно похож на Саву. Да, да, на того самого Саву, который меня случайно убил и которого я с детства знала как клоуна и балагура. Внешнего сходства у них не было, но вот характер…
Нет, это не Сава, с которым я могла покатываться со смеху часами, это незнакомый аристократ со своими аристократическими замашками. Не стоит об этом забывать.
Я опять уселась на мат, но, конечно, медитировать уже не могла. С концентрации меня сбили, я опростоволосилась, расстроилась, какое после этого может быть расслабление? Так что бесполезно потратив четверть часа, я начала собираться на ужин, а потом домой – спать!
Завтра воскресенье и у меня насыщенный день. Утром индивидуальное занятие с самим магистром Зеером, а перед обедом мы с девочками поедем в город. Надеюсь, хоть на этот раз обойдется без приключений!
Сегодня рано утром вместо бега я опять направилась в зал для медитаций. Рен Зеер предупредил, чтобы я перекусила чем-нибудь перед началом занятий и убрала физические нагрузки, которые мне и так будут обеспечены с лихвой.
Всухомятку затолкав в рот вчерашнюю булочку с повидлом, закусив местным яблоком, которое по вкусу больше напоминало огурец (я так и не поняла, если честно, фрукт это или овощ) и с трудом, при этом, подавив рвотный позыв – ну не люблю я есть в такую рань, – пошла искать нужный зал. На этаже, ожидаемо, никого не было, так что просмотрев все двери на предмет красных табличек, я выбрала тот же зал, что и вчера. Мне там удобно и комфортно, даже маты, мною собственноручно накиданные, никто не убрал. Повесила на дверь табличку, что занято, обозначая для магистра нужное помещение.
Алек подошел через пять минут после меня, а войдя, осмотрелся и хмыкнул.
– А вы любительница аскетизма, оказывается.
– Если вы о комнатах с мягкой мебелью, то я, пожалуй, на нее садиться не буду, – криво усмехнулась я.
– Логично, – кивнул он, поморщившись. – Вы готовы поработать?
– Да, готова. Но удовлетворите мое любопытство, что происходит? Нет, – я подняла руку, – я не хочу лезть в ваши дела, я просто хочу понять, это как-то связано с нашим расследованием?
– Нет, не связано, – немного помолчав и посверлив меня взглядом, ответил он. – Мне просто поставили очень срочную задачу обеспечить безопасность периметра Академии. Сейчас приходится ее решать в авральном режиме.
– Если не секрет, от чего такая срочность? – нахмурилась я.
– Не то чтобы секрет… Ректора, старого ректора, отстранили.
– Да, вы сказали, что на его место прочат Уэлчи.
– Возможно, ее назначат, а может и нет – пока вопрос решается. Но поскольку предыдущего ректора уволили, как утратившего доверие и провалившего работу, то скоро к нам приедет комиссия…
– К нам едет ревизор, – пробормотала я.
– Да, к нам едут ревизоры, – согласился со мной Алек, разумеется, не поняв контекста. – Простите, что пришлось написать вам эту записку, но меня срочно вызвали на совещание, а что касается содержания, то это все, что я быстро мог придумать.
– Я поняла, не волнуйтесь, – кивнула я. – Когда ориентировочно мы сможем вернуться к расследованию, как думаете?
– Не раньше середины следующей недели.
– Так, может, и сегодняшнее занятие отложить?
– Не стоит. Мне тоже надо отвлечься, а то я всю ночь не спал.
– Рен Зеер!
– Не волнуйтесь за меня, Ната. Мне лучше так переключиться, чем идти спать – все равно не засну, буду в голове все прокручивать.
– Ну, как знаете, – с сомнением протянула я.
– Знаю, знаю, – хмыкнул он, – не в первый раз авралы на работе. Ладно, хватит терять время, приступим. Садитесь так, чтобы вам было удобно. Да, вот лучше в центре мата, чтобы и мне места хватило.
Я села, где сказали, в позу лотоса, выжидательно посмотрела на мужчину. Он окинул меня взглядом, хмыкнул и сел на колени.
– Вам так удобно? Это так в вашем мире медитируют?
– Ну, да… А вам удобно? – теперь уже я посмотрела на совершенно неудобную позу. Я же не японка, чтобы мне было комфортно в таком положении. Не представляю, что можно долго просидеть вот так.
– Я привык. Мне кажется, или вы используете любой предлог, чтобы только не заниматься, – ехидно уточнил он.
– Вообще-то это вы все время говорите, – обиделась я.
– Хорошо, тогда начнем. Готовы?
Сначала он мне помог, подсказал, как сосредоточиться без погружения в медитацию. А то на поле боя, например, как-то не особо помедитируешь. И мне, если честно, такой вариант работы с магией подходил намного больше.
Сосредоточиться – это я могу, это не проблема. И даже убить в припадке раздражения от этой самой медитации никого не хочется!
А потом я начала понемногу выпускать магию, стараться почувствовать ее на кончиках пальцев. Сейчас без рун, просто чистая сила, которую надо оформить в простой огонек, как у зажигалки. Но это легко сказать! Как только дар почувствовал, что я хочу его применить, он попытался вырваться наружу огненной волной.
– Нет, стоп! Сосредоточьтесь, Ната! Только едва заметный огонек на кончике пальца, – остановил меня Алек. И от его команды я собралась, стараясь подчинить себе силу.
Не с первого раза, но у меня получилось. Проблема была в том, что понемногу она подчиняться не хотела, либо целиком, либо никак.
– Неплохо для первого раза, – одобрительно кивнул Алек, заметив вспыхнувший на моем указательном пальце огонек. Который, впрочем, тут же лизнул языком пламени на полметра и потух.
– Извините.
– Это ничего, это нормально. Но Ната, чтобы напитывать руны, особенно, если это визуализированные руны, а не перенесенные на лист бумаги и напитанные в спокойной обстановке кабинета, нужно хорошо себя контролировать. Нам, конечно, не нужен такой контроль, как у артефакторов, где любое лишнее движение – и ценный материал уничтожается, либо
