Читаем без скачивания Наковальня звезд - Грег Бир

— Я доверяю твоему решению, Мартин.

— Это не оправдание, Эйрин.

Она пожала плечами и снова улыбнулась.

— Тереза хорошая. Надеюсь, она не будет выпускать яд, работая с такими разгильдяйками, как я.

Мартин был истощён напряжением этого длинного дня. Лицо его покраснело.

— Эйрин, но почему ты такая тупица? Да, к тому же ещё, тупица, жаждущая крови?

Приблизив к лицу Мартина своё, Эйрин прошептала:

— Может быть потому, что я боюсь.

Она завернулась в полотенце и его концом начала вытирать короткие волосы — большинство девушек на корабле предпочитали именно такую причёску. Поразительно зелёные глаза Эрин, выглядывающие из-под полотенца, выражали что угодно, только не нервозность или испуг. Какие бы чувства она не испытывала, на её внешности это никак не отражалось.

— Я не поддерживаю Ариэль. Но не все со мной солидарны.

— Я рад и маленьким удачам, — усмехнулся Мартин.

— А что, Ариэль согласилась с большинством? Ну и что вы решили? Расскажи, мне интересно.

— Ариэль воздержалась. Так ты что, наблюдала за нами по жезлу?

— Конечно. Я не увиливаю, я просто ненавижу все эти формальности.

— Все это очень важно, — в десятый раз за сегодняшний день произнёс Мартин. — Мы делаем эту Работу вместе, и необходимо, чтобы ты, как и любой другой, принимала в ней участие.

— Я понимаю, хотя и не очень-то верю в это, — Эйрин откинула полотенце и одела сначала шорты, затем рубашку, завязав её узлом под грудью и аккуратно заправив хвостики. Сверху она натянула рабочий комбинзон. — Но я больше не буду нарушать общие правила.

Мартин хотел добавить что-то к сказанному, но потом, по-видимому, решив, что хватит разговоров на сегодня, кивнул и покинул бассейн, радуясь, что, наконец-то, он относительно свободен.

Вечеринка Венди затянулась дольше, чем предполагалась, и Мартин работал в своём отсеке в полном одиночестве, копаясь в материалах по теоретической подготовке и в старых источниках, которые добыл в корабельной библиотеке. За последние несколько часов его любовные терзания достигли своего пика, и не в силах больше ждать, он отправился на поиски Терезы. Он нашёл её именно там, где она и обещала быть. Мартин с облегчением вздохнул, досадуя на себя за свою тревогу и страх, что что-нибудь случится.

Венди выкраивали одежду из тканей, которую им поставляли момы. В каюте Паолы Птичьей Трели собралось около тридцати девушек. Дверь была открыта — Мартин вошёл. Тереза и ещё четверо девушек стояли на коленях. Кимберли Кварц переносила выкройки с жезла на широкий сборчатый кусок ткани, лежащий на полу. Тереза держала угол ткани, растягивая его, а Паола обводила выкройку синим маркером. Несколько девушек заметили Мартина и вежливо улыбнулись ему. Паола подняла голову, тогда уже и Тереза увидела его. На мгновенье Мартин испугался, что она рассердится, но Тереза, попросив Кимберли подержать угол ткани, подошла обнять его.

— Время летит так быстро, — сказала она извиняющимся тоном. — Прости, я опоздала.

— Нет проблем. Я тоже был занят. Пытался головой пробить кирпичную стену.

— Ты сможешь подождать ещё минутку?

Он присел у двери и принялся осматривать комнату Паолы, в которой прежде не бывал. Она украсила стены картинами джунглей — широких зелёных листьев, цветов, насекомых. Попугай, порхающий по комнате, был в восторге от такого интерьера.

Только двое из детей не пришли на встречу. Могло быть и хуже.

Мартин стряхнул задумчивость и стал рассматривать нарезанные куски ткани. Когда он проходил мимо какой-нибудь девушки — разговаривающей, напевающей или с усердием шьющей — каждая отрывалась от своих занятий и приветливо кивала ему.

— Посмотри, — окликнула его Тереза. Она манипулировала кусками выкройки, собирая её прямо в воздухе. Паола Птичья Трель и Донна Изумрудное Море с улыбкой наблюдали, как их проект претворяется в жизнь. Какаду Донны прихорашивался, сидя на стойке с образцами тканей.

— Это платье. Вот так оно будет выглядеть, когда его раскроят и сошьют, — разглаживая кусок ткани, объяснила Мартину Паола. Он никогда не обращал на неё особенного внимания, но сейчас, в присутствии Терезы, Мартин внезапно почувствовал расположение к ней, а заодно и ко всем Венди. И ещё он пожалел о том, что в его характере не заложено вот такого, как у Паолы, спокойного, нетребовательного доброжелательства к другим.

— Это придумали Паола и я, — гордо сообщила Донна. Она была быстрая и нервная, с большими глазами, маленьким ртом и короткими светлыми волосами.

В результате их работы получилось длинное белое платье, украшенное волшебно переливающимся бисером.

— Это наряд для церемоний, — объяснила Тереза. Она приложила его к себе.

— Сейчас моя очередь, — запротестовала Паола, а когда Тереза передала платье ей, заметила, — Оно понадобиться нам, когда мы найдём нашу новую Землю, после того, конечно, как выполним нашу Работу. Первая Венди, которая ступит на планету, будет одета в это платье. Это будет бракосочетание детей с их новой Землёй.

Мартина, никогда не слыхавшего о таких планах, охватило волнение:

— Да, это очень красиво.

— Хорошо, что тебе нравится, — обрадовалась Тереза. — А как ты думаешь, Потерянные Мальчики тоже захотят надеть что-нибудь особенное для Первого Шага?

— Не знаю, — расстерявшись, произнёс Мартин. Он никогда не задумывался о том далёком времени. — Наверное, мы бы не отказались. А такие платья наденут все Венди?

Донна взглянула на Терезу:

— Но мы шьём только один наряд…

— Мартин прав. Ведь захотят все… — задумчиво произнесла Тереза.

— Ещё изготовим, — поспешила успокоить всех Донна. — Это ведь отличный повод для новых посиделок.

Они сделали ещё несколько примерок, затем Тереза начала прощаться.

Мартин проводил Терезу вниз — в сумрачный холл. Они прошли мимо Розы. Та, медленно приблизившись, лишь слегка кивнула им. Мартин не знал. как ему следует вести себя с этой девушкой — она была очень замкнута, не имела ни друзей, ни любовников. Роза постепенно выпадала из из маленького, тесного кружка.

Оглянувшись на Розу, Тереза сказала:

— Хорошо бы и для неё изготовить что-нибудь нарядное. Мартин, ведь и ей это необходимо.

— Я понимаю.

Тереза взяла его за уши и слегка притянула его к себе, требуя поцелуя.

— Ты был такой терпеливый… Разговаривал со всеми… Должно быть, тебе это совсем не просто. Ариэль была очень жёсткой.

Мартин бросил взгляд вглубь коридора.

— Пойдём ко мне.. в мою каюту… — прошептал он между поцелуями.

— Зачем? — спросила она, прижимаясь к нему бёдрами.

— Ты же знаешь, что я стесняюсь.

— Ты думаешь, нас кто-нибудь увидит здесь?

— Пойдём, пойдём… — он потянул её за руку.

— Это потому что ты — Пэн? Да?

— Тереза…

— Ясно, — произнесла она задумчиво. — Любовнице Пэна — никаких приключений.

Он нахмурился, затем резко притянул девушку к себе и начал расстёгивать её комбинзон.

— Так ты хочешь, чтобы я проделал все вот так бесстыдно? — прошептал он ей на ухо.

— Кто-то же в нашей диаде должен быть авантюристом.

Он целовал её, раздумывая над этим странным словом — диада. Они действительно были этой самой диадой, но Мартин никогда не называл так их отношения, приберегая его для того, что некогда было между ним и Вильямом. Хотя то, что он чувствовал к Терезе, несомненно, больше заслуживало этого слова.

— Ах, значит, свадебное платье… — приподнимая её, пробормотал он.

— Для всех, — добавила Тереза, закрывая глаза и потираясь бёдрами о его живот. — Опусти меня.

— Не раньше, чем ты скажешь, что я авантюрист.

— Ты авантюрист.

Мартин услышал что-то — дыхание или шорох одежды — и, обернувшись, увидел, что Роза возвращается. Её отсек был где-то рядом — они были как раз на её пути. Роза выглядела то ли смущённой, то ли огорчённой. Не сказав ни слова, она повернулась и исчезла за поворотом.

— Извини, Роза, — крикнула ей вслед Тереза. — Ведь это и твой холл.

Но Розы уже не было. Мартин опустил Терезу и сделал серьёзное лицо.

— Ты был прав, — сказала Тереза с сожалением. — Она слишком робка… Не нужно ей было нас видеть. Но это не имеет никакого отношения к тому, что ты Пэн. — Она натянула комбинзон. — Пойдём в твой отсек.

Он лежал рядом с Терезой, затопленный приятным чувством, которого не знал прежде — чувством полнейшей опустошённости. Он был свободен от забот, все его желания были удовлетворены, или, по крайней мере, забыты на время. Тереза лежала рядом, ровно дыша, но ещё не спала. Мартин даже слышал, как открывались и закрывались её веки. Медленно, утомлённо. Такие насытившиеся животные.

— Спасибо тебе, — тихо произнёс Мартин.

Она погладила его ногу своей:

— Ты все молчишь? Где ты витаешь?

— Я дома.

— Думаешь о Земле?

— Нет, — сказал он, — Я дома. Здесь. С тобой.