что мне нужно было делать, это ждать.
8
Выходные пришли и прошли без очередных инцидентов. Это было чёртово облегчение. Нам не нужно было больше дерьма на нашей тарелке, когда мы и так едва справлялись. В школе без Эверли было скучно. Я не знал, на сколько сильно я ждал встречи с ней, даже если это было просто для того, чтобы трахнуть ее.
Это вошло в привычку, и, возможно, в этом я был похож на Тифф — как только я находил что-то, что мне нравилось, я становился одержим этим. Возьмите плавание — одно погружение в бассейн, и я стал маленьким гребаным русалом.
— Если я начну тонуть, я разрешаю вам поцеловать меня и вернуть к жизни, — сказал я Каллуму и Матео.
Каллум и Матео просто повернулись и уставились на меня с отвращением. Старик только покачал головой, но когда я увидел его отражение в зеркале заднего вида, он улыбался.
— Если я начну тонуть, я не хочу, чтобы твой рот был рядом со мной, — усмехнулся Матео, пытаясь убежать от меня.
Итак, я обратил свое внимание на Каллума.
— Ты спасешь меня, верно?
— Он поведёт нас в бассейн, а не сбросит в чертово озеро. Если ты утонешь, это потому, что твоя тупая задница не поняла, как глубоко зашла.
— О, я захожу очень глубоко, — парировал я.
— Сэинт. — Улыбка старика превратилась в неодобрительную гримасу.
— Черт, даже пошутить не могу, — пробормотал я.
— Дело в том, что ты девственник и шутишь о вещах, которых не знаешь. У тебя маленькие руки, конечно, это идет де—
— Черт… — прохрипел Матео, когда мой кулак соприкоснулся с его животом.
— Они счастливы, что идут в аквапарк, — сказал Каллум старику, и он не ошибся. Это было впервые для всех нас. Я был уверен, что Каллум тоже был взволнован, как и мы, но он этого не показывал.
В поле зрения появился аквапарк, и все мы в изумлении уставились на горки. Мы не видели ничего подобного в Блэкстоуне. У богатых были свои бассейны, и единственное развлечение с водой было, когда люди открывали пожарные гидранты.
— Пожалуйста, а если вдруг я начну тонуть? Рот в рот. Мне все равно, кто это сделает, но я слишком красив, чтобы умереть, — умолял я их всех, когда мы шли к бассейну.
Мне никто не ответил, но, в конце концов, пребывание в этом аквапарке было горько-сладким. Мы никогда не понимали, что у нас отняли, пока это не показали в лицо. И я думаю, что впервые за долгое время мы чувствовали себя детьми.
Бледная задница Каллума обгорела на солнце, Матео заскучал через несколько часов, но они не могли заставить меня перестать ковылять задницей по всему детскому бассейну.
Я всегда думаю, что старику было плохо из-за того, что он заставил меня уйти оттуда в тот день. Несколько недель спустя он записал меня на несколько занятий по плаванию в YMCA. Пребывания в этом доме было более чем достаточно для моих братьев и меня, и я пытался отказаться, потому что не хотел, чтобы он тратил лишние деньги.
Его выступление после этого заставило меня сдержать слезы. У него не было со мной кровного родства, но он сделал для меня больше, чем Тифф.
— Детям нельзя отказывать в том, что делает их счастливыми.
Может быть, поэтому я так усердно работал. Я хотел доказать ему, что он не зря потратил на меня свои деньги. В конце концов, это окупилось.
Поскольку мне было нечего делать и некого было беспокоить перед тренировкой, я решил уже отправиться в спортивный центр. Запах хлорки всегда успокаивал меня.
Мы с братьями все эти последние несколько дней были поглощены своими мыслями, и это было нормально. Иногда вам просто нужно быть рядом с людьми, не будучи на самом деле рядом с ними двадцать четыре часа в сутки.
Когда я направлялся в водный центр, я почувствовал, как меня обняла чья-то рука. В этом не было ничего нового, но из-за тех эмоций, которые я излучал последние несколько дней, люди оставляли меня в покое. На этот раз это было освежающе. Я всегда считал одиночество нежелательным, но это было не так.
Я посмотрел вниз на цыпочку, которая пристроилась рядом со мной. Я склонил голову набок и улыбнулся ей.
— Привет, — сказал я, пытаясь понять, к чему она клонит.
— Собираешься тренироваться? — она спросила очевидное, и это сразу же меня разозлило.
— Да. — Мой ответ был кратким, надеясь, что она потеряет интерес, прежде чем мне придется стать мудаком.
— Почему ты такой серьезный? — пошутила она, подстраиваясь под мой темп.
— Смотри… — Я пытался вспомнить ее имя, но у меня ничего не получалось. — Подруга Эверли, — закончил я фразу. Ей это не понравилось, и я понял это по тому, как расширились ее глаза, а улыбка стала фальшивой.
— Я Хэлли, — добавила она.
— Как Эверли? — Вместо этого я спросил.
На этот раз ее улыбка стала шире.
— Я не знаю, думаю, мне придется спросить об этом Робби. Ты слышал, что они — пара?
Она была змеей, и иметь дело с Тиффани было для меня на одну змею больше.
— Меня не волнуют сплетни. — Я пожал плечами и продолжил движение. Это ее не остановило, она продолжала идти за мной.
— Не возражаешь, если я посмотрю? — сказала она кокетливым тоном.
Я был чертовски раздражен. Ее подруга была в больнице, и ей было все равно. Я не мог себе представить, что когда-нибудь поступлю так со своими братьями.
Я обернулся и посмотрел на нее так, как она хотела, и надежда наполнила ее глаза.
— Конечно, а потом ты хочешь поехать ко мне?
Она закусила губу и не стала этого отрицать.
— А потом я выгоню тебя и скажу, что киска Эверли была лучше. — Я ухмыльнулся.
Выражение ее лица было наполнено ревностью, я покачал головой и ушел, хорошо зная, что она не последует за мной.
Наконец, я мог обрести покой.
Когда зазвонил мой телефон, я быстро достал его, ожидая, что это может быть Эверли. Когда мы с братьями вернулись в больницу, ее уже не было. Поскольку ее не было в своей комнате, это означало, что она была в доме ее дяди.
Никому из нас это не нравилось, но никто из нас не пытался слишком много думать о том, насколько близкими были их отношения на самом деле.
— Алло? — Я ответил, слишком надеясь.
— О, мой Сэинт, —
