Глава 12
- Вам тоже ведома боль утраты, - сияющие глаза бабушки Шайгара заглянули в мою кровоточащую душу. - Да, - кивнула ей.
- Может, поэтому они привели вас сюда, - тихо обронила она.
- О чем вы? – слова откликнулись в сердце каким-то странным эхом.
- Простите, милая, старики бормочут о чем-то своем, - Симиана улыбнулась, как ни в чем ни бывало. – Не обращайте внимания.
Мне так не показалось, но настаивать не стала. Вместо этого я со смешком указала Гале на белую кошку, которая разлеглась в соседнем с бабушкой кресле. Хомяк рыжей каплей стек с ее холки по пузу и разлегся между лап своей хвостатой подружки. Симиана дала грызуну кусочек пирожка, и довольный хомка принялся его кушать.
- Как их зовут? – дочка покосилась на местных Тома и Джерри.
- Кошка Таис, а наглый грызун – Бим.
- Смешно! Тут у хомяка есть свой кошак! – малышка захихикала.
- И не говори, - согласилась Симиана. – И этот зубастик хвостатой во всем помыкает. А та ему все позволяет.
- Это потому что они лучшие друзья, - заявила моя дочурка.
- Такая вот затейница-жизнь, соединяет тех, у кого, вроде бы, ничего общего не имеется, - женщина улыбнулась, глянув на меня. – А им просто хорошо вместе, и все тут!
Разговор потек дальше. Я немало узнала от бабушки Шайгара. И об этом мире с его непростыми правилами, и о самой семье, в которую случайно угодила. Когда голова стала напоминать улей с рассерженными пчелками, поняла, что пора и честь знать. Привычно подумалось – надо идти домой. Но дом был очень далеко, в другом мире.
Поэтому мы с Галюней, попрощавшись, вернулись в ту спальню, в которой проснулись. Тут ее церемонно называли покоями, как на Земле в средние века. По иронии судьбы, ни о каком покое не шло и речи. Наоборот, стресс только начинал есть меня поедом.
Так уж я устроена – в пик «бури», которая обрушивается на дом, спокойна, как бегемот в озере, только глазки наружу хлопают. Зато потом, когда воронка урагана начнет удаляться, на меня набрасывается все разом. Как говорил муж, сначала с неба на тебя падает мебель, потом двери и стены, а финальной точкой шлепается корова. А ты лежишь и лихорадочно соображаешь, как будешь выбираться. Ведь за тебя этого никто не сделает.
- Мамоська, - дочка подошла ко мне, глядящей в местное окно без стекол. – Скажи, а если это другой мир, то…
- Что, крошка? – посмотрела на нее, непривычно тихую.
- Если это другой мир, то… - опять замерла, как малышок, впервые в жизни дошлепавший до лестницы, а потом едва слышно договорила задрожавшим голоском, - то мой папочка тут? Мы его встретим? Ты ведь говорила, что он в другом мире теперь живет?
Большие глазенки с надеждой уставились на меня и наполнились слезами, которые тут же заструились по розовым щечкам дочурки. Эти прозрачные капельки стали той самой пресловутой последней каплей и для меня. Не выдержав, я тоже разрыдалась, прижав Галю к себе.
Что мне ей ответить?..
Прошло несколько дней, и мы с Галюней привыкли к змеиному распорядку. Теперь мне уже не казалось, что это странно – бодрствовать ночью. Будто мы какие-то знаменитости, которые заваливаются дрыхнуть после веселых гулянок до утра. Хотя темное время здесь больше походило на земные белые ночи – манящие и волшебные. А еще зовущие на поиски приключений, которые, как вскоре выяснилось, находят тебя вне зависимости от того, хочешь ты того или нет.
- Сосиска, стой! – я пронеслась по коридору из полотен, пытаясь догнать шуструю таксу.
Но куда там, несмотря на короткие лапки, маленькая вреднюшка улепетывала с такой скоростью, с какой неслась бы я, узнав, где находится портал домой.
- Стой! – я свернула за угол и налетела на белокурую девчушку лет пятнадцати в пышном розовом платье.
Она закрутилась юлой. В глазах зарябило от бантиков, рюшечек и вышивки. Какая пестрая малышка!
- Прошу извинить, - пробормотала она, начав пятиться.
Розовые щечки побледнели, во взгляде разлился ужас. Кажется, что и без того тугие локоны сейчас еще туже свернутся от страха. Похоже, она прекрасно знает, кто я такая, поэтому и боится изо всех сил. Откуда же, интересно, такая осведомленность?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Как вы здесь оказались? – спросила, пристально в нее вглядываясь. – И что вам было нужно?
- П-п-простите! – выдохнула девушка, а потом вдруг разрыдалась. – Я просто посмотреть хотела, на з-з-емлянку! Шайна сказала, что можно, если осторожно! Она р-р-разрешилаааа!
Только еще не хватало! Закатила глаза, ругаясь мысленно. Из меня решили сделать зверюшку в зоопарке? Теперь ждать стада паломников, которые будут разглядывать диво дивное? Ну спасибо, сестренка Шайгара, удружила! Разрешила она, видите ли! Я что, последняя Чупокабра, чтобы из меня достопримечательность делать? Вот змеюки, вы еще билеты начните продавать, вообще классный бизнес получится!
Ладно, хватит переживать. У женщин хоть и восстанавливаются нервные клетки, как выяснили земные ученые, но крайне медленно. Если так буду злиться, мои все повымирают, как неандертальцы, нечем нервничать будет.
- Не ревите, успокойтесь, пожалуйста, - продемонстрировала перепуганной посетительнице зоопарка свою самую добрую улыбку.
Глава 13
- Вы меня проклянете теперь, да? - обреченно прошептала она, всхлипывая. – И я замуж никогда-никогда не выйду, верно?
Что ж вам всем этот замуж медом-то намазан? Вздохнула. Но лекцию о феминизме ей читать не буду. У меня своих проблем хватает, эмансипация местного женского населения в мои заботы не входит. Пусть сами разбираются со своим самоуважением, барахтающимся ниже плинтуса.
- Непременно выйдете, - пообещала я, еще не зная, как мне аукнется эта щедрость. – Если сейчас же покинете дом Сайласов и отправитесь восвояси. Договорились?
- Ага! – девчушка повеселела и тут же умчалась, только рюши да банты затряслись.
А мне надо наведаться кое к кому в гости, срочно!
Так, кажется, покои Шайны здесь. Я миновала еще один зал, постучала в дверь и, не дождавшись ответа, вошла. Обстановка внутри просто кричала о том, что здесь живет девушка. Причем, не особо утруждающая себя уборкой. Хотя у нее для этого с десяток служанок имеется, самой можно не заморачиваться.
А вот и платье на кровати – бирюзовое, усыпанное красивыми белыми камешками с нежно-голубым отливом, в таком я как раз видела сестру Шайгара недавно. Но где же она сама?
Три комнаты и ванная были пусты. Оставалось проверить только на веранде. По опыту зная, что змеи питают к ним слабость, направилась туда и, как тут же выяснилось, не ошиблась.
- …мама никогда не позволит, ты же знаешь! – донесся до меня знакомый девичий голос – порядком расстроенный.
- Надо попробовать! – загорячился в ответ мужской приятный баритон. – Я понимаю, ты ее боишься, но…
Незнакомец замолчал, уставившись на меня, как раз не вовремя застывшую на пороге. Красивый, вынужденно отметила, разглядывая статного парня с кудрявыми светлыми волосами до плеч. Прищуренные карие глаза, которые хотелось именовать как в дамских романах, пронзительными, с подозрением и недовольством уперлись в мое лицо.
- Прошу прощения, - пробормотала, покраснев. – Мне нужно поговорить с Шайной.
- Тогда я вас оставлю, - сухо сказал парень и посмотрел на смущенную девушку. – Подумай, пожалуйста, над моими словами.
Мы обе проводили его глазами, а потом уставились друг на друга.
- Я стучала, вы не услышали, - в свое оправдание пробормотала, уже и позабыв, что пришла не извиняться, а напротив, поругаться немного. Кстати, об этом. – Хотела поговорить с тобой.
- О чем? – девушка указала мне на стул рядом со столиком, накрытом вкусняшками, и села в соседнее кресло.
- О девушке, которую ты послала ко мне, - последовала ее примеру. – Блондинка, юная совсем, в платье с массой рюшей и оборок.
