первого сентября. Ожидаем ответную сову не позднее тридцать первого июля. Ввиду вашей неосведомленности настоятельно советуем срочно связаться с вашим дядей Гарри Поттером. Покажите ему письмо, и он все вам объяснит. Искренне ваша, Минерва МакГонагалл, директор. Подпись… Сама директор тебе написала, круто! — Было непонятно, обижается Мэгги или удивляется. Или так же, как Питти, просто не поверила в такую тупую шутку.
— Июля? Мы опоздали? — с нотками надежды спросил Дадли у Гарри.
— Нет, у вас случай особый. Директор до сих пор ждет вашего ответа. Это необходимо, Дадли, — на последнем предложении дядя Гарри многозначительно выпучил глаза и понизил голос.
— Ну и зачем вы придумали эту ерунду?! — злобно поинтересовалась Петуния, перехватывая взгляд дяди. — Что за шутки?
Марго крепче обняла дочь, но та скинула ее руки и встала с дивана. Она вырвала письмо из ладоней сестры и сама перечитала, не веря, что Мэгги не участвует в этом розыгрыше.
— Цветик, это не шутка, — сказал Дадли. — Сестра твоей бабушки Петунии, бабушка Лили, тоже была волшебницей. Гарри, Джинни и вся их семья — волшебники.
— В каком смысле? — Петуния подняла глаза на бледного отца, наполовину закрыв лицо письмом. Она не понимала, как умудрилась еще не разреветься от обиды. Такие тупые розыгрыши ей совсем не нравились! Пять месяцев нагнетали обстановку ради такой фигни!
— В самом прямом, — ответил за кузена Гарри. — Мы живем вполне обычной жизнью, но в ней присутствует магия. Мы умеем делать разного рода заклинания с помощью волшебных палочек. Но чтобы научиться, надо поступить в Хогвартс.
Петуния неверяще мотала головой.
— Дорогая… — начал было Дадли, ставя бутылку пива на столик и поднимаясь с кресла.
— Погоди! — осадила его дочь, и он как подкошенный снова упал на мягкое сидение. Она, махнув на отца, будто только вспомнила, что в ее руках конверт, и опустила на него недоуменный взгляд. — Тут столько бумажек…
— Там небольшое объяснительное письмо, билет на поезд и список того, что нужно купить в школу, — спокойно сказал Гарри. Он тоже взял пиво, глотнул и, поморщившись, поставил бутылку обратно. — Сливочное вкуснее…
Петуния развернула следующий лист, такой же тонкий и желтый, с какими-то прозрачными разводами. На нем от руки, как и первое сообщение, каллиграфическим почерком было выведено:
— Ну что за дребедень, во имя бога?! — возмутилась Петуния окончательно. Она кинула странные листки в поднявшегося из кресла дядю. Те веером разлетелись по комнате. Билет на поезд, большой и современно белый, аккуратно улегся на жирную кучку фиш-энд-чипс.
— Прости, Дадли, но мне придется ей показать, — сказал Гарри, глядя исключительно на племянницу.
Его глаза были обворожительно красивы, Петуния замерла, словно вместо дяди увидела змею, которая начала ее гипнотизировать.
— Я понимаю, — вымученно ответил Дадли.
— А я — нет! — возмутилась девочка.
— Вдохни и задержи дыхание, — приказным тоном сказал Гарри и крепко схватил Петунию за плечо.
— Что?! — вскрикнула Питти, тем самым, наоборот, выпустив последний воздух из легких.
В следующий момент с ее телом случилось что-то невероятное. Будто кто-то огромным гарпуном для ловли рыб схватил за пупок и резко потянул. Органы словно начали перемешиваться по часовой стрелке, а сделать вдох или выдох было просто невозможно. Петуния услышала визг, то ли матери, то ли сестры, но сама не могла даже моргнуть. Было не то чтобы больно, но дико неприятно. Вскоре ужасное состояние отпустило, девочку замутило, и она лишь успела наклониться, пошире расставить ноги и опорожнить желудок от недавнего перекуса в виде пэпэшного капкейка.
— Ничего, ничего. — Гарри похлопал племянницу по плечу. — В первый раз всегда так мерзко, потом привыкнешь.
От злости Петуния оттолкнула дядю. Она вытерла рот, напоследок сплюнув оставшиеся на губах кислые крошки, и огляделась. Только сейчас до ее шокированного мозга дошло, что она стоит не в гостиной, а на желтеющей густой траве посреди какого-то безлюдного поля.
— Что за черт?.. — Питти повертела головой. Потом потерла глаза и снова уставилась на живописный вечерний пейзаж. — Где мы? Как это получилось?
— Чудеса аппарирования. Я взял тебя за руку и дезаппарировал из дома сюда. Мы в Суррее, недалеко наш с твоим дядюшкой старый дом. Это первое место, о котором я подумал.
— То есть?
— То есть, я только что при тебе колдовал, дорогая. И к счастью, директор МакГонагалл выдала мне на это официальное разрешение. Взрослым волшебникам можно колдовать везде, но лучше не делать это среди магглов.
— Магглов?
— Да. Тех, кто не умеет колдовать. Как твой отец, твоя мать и… сестра. Ты единственная волшебница в семье Дурслей. Я узнал около месяца назад. Твой отец игнорировал письма директора МакГонагалл, и та обратилась напрямую ко мне. Я пытался его вразумить, но он не отвечал на звонки и письма… Дадли бывает очень настырным.
— То есть… вы не простой полицейский? — вдруг спросила Петуния.
Воздух был прохладен и свеж, но во рту все еще ощущался неприятный вкус. Девочка поморщилась.
Гарри ухмыльнулся:
— Ну, вообще-то, можно сказать и так. Но я волшебный полицейский. Мы называемся аврорами.
— И вы никакой не бедняк? Вы не покупаете детям айфоны не потому, что не можете себе это позволить, а потому…
— В основном потому, что электричество и магия — вещи плохо совместимые. К тому же в магическом мире есть аналоги почти всем чудесам современной техники. И не только.
— Да неужели? — включила Питти скептицизм. — Освещение?
— Безопасные свечи, камины и "люмос". — Дядя весело пожал плечами.
— Машины?
— Есть. Но как видишь, можно обойтись и без них.
— Связь?
— Волшебники любят бумажные письма, это точно. Но есть и другие, более удобные и быстрые способы общения.
— Например?
— М-м-м, камины.
— Камины?!
Гарри заулыбался еще шире:
— Как-нибудь я покажу тебе.
Питти ненадолго задумалась. Но ничего более вразумительного, чем: "Как странно…" — сказать не могла.
— О, это только начало, Петуния. — Тут лицо Гарри резко стало грустным. — Знаешь, бабушка, в честь которой ты названа, очень хотела получить письмо из Хогвартса, но так и не дождалась. Как иронично. Только не говори отцу, это большой секрет.
— Да? Почему?
— Тетя Петуния потому и стала ненавидеть волшебников, что не могла попасть в их круг. Она очень… натянуто общалась с моей матерью. Да и со мной. Мы не всегда дружили с твоим отцом…
— Так это вы называете дружбой!
— Ты не представляешь, как было раньше. — Мужчина вздохнул. — Пора возвращаться, пока Марго не вызвала маггловскую полицию.
Петуния впервые улыбнулась.
— Итак, задержи дыхание и
