меня, море манит,
Слышишь, как плещет оно и поет?
Море могучий и властный магнит,
Море зовет!..
Конечно, море с его бурями, ураганами, таинственной жизнью глубин всегда сильно действовало на воображение человека. Поэтому столько легенд, поверий, песен и сказок связано с морем. Пустынные просторы морей представлялись людям населенными всякими чудовищами.
Древние греки верили, что, отплыв от знакомых берегов, можно оказаться у входа в Аид — царство мертвых. В море будто бы жили сирены — существа, похожие на рыб, но с женскими головами. У них были чудесные голоса, и они пели так сладко, что, заслушавшись, моряки теряли разум и бросались в морскую пучину. Легендарный мореплаватель Одиссей только тем и спас свою команду, что приказал всем залепить уши воском, а самого себя велел привязать к мачте. На этот раз злодейство сирен сорвалось. Никто из моряков не услышал их обольстительного пения. Одиссей же, хоть и рвался к волшебным певицам и готов был прыгнуть в бушующие волны, не сумел разорвать свои прочные узы.
Подстерегали путешественников и жестокие чудовища Сцилла и Харибда. Корабли должны были проходить между ними, то есть между двумя скалами Мессинского пролива. И конечно, эти страшилища норовили потопить корабль вместе с моряками.
Обо всех этих и других опасных приключениях рассказал в древности слепой певец Гомер в своей «Одиссее». Он собрал и обработал легенды о народном герое — хитроумном Одиссее. А на русский язык «Одиссею» перевел поэт Василий Андреевич Жуковский, любящий друг и учитель Пушкина.
Очень древним греческим морским божеством был Нерей — старик с волосами, бородой и ресницами из водорослей. Его дочери Нереиды, прекрасные девушки, выплывали порою на поверхность моря, водили хороводы, иногда и на берегу резвились. Их сопровождали дельфины и тритоны.
Пушкин писал:
Среди зеленых волн, лобзающих Тавриду,
На утренней заре я видел Нереиду.
Владыкой моря в представлении греков был Посейдон. Это грозное божество жило на дне моря. Посейдон, вооруженный огромным трезубцем, повелевал морскими девами — нереидами. Служили ему и тритоны. У них были хвосты, как у рыб, а передние ноги, как у коней. Тритоны трубили в большие морские раковины, пугая моряков.
Могучий Посейдон мог одним ударом своего трезубца расколоть скалу. Он поднимал бури, заставлял волны высоко вздыматься, захлестывая корабли.
У римлян бог моря назывался Нептуном и был очень похож на своего греческого собрата. Изображали его немолодым, очень мощным и суровым. На фронтоне ленинградского Военно-морского музея есть скульптура Нептуна.
Слышал ты, вероятно, о веселой игре моряков: если на корабле, пересекающем экватор, находятся новички, впервые попавшие в эти широты, их знакомят с Нептуном. Это целое представление. Кто-то из команды изображает Нептуна. У него седая борода, корона на голове, в руках трезубец. Он важно и неторопливо выходит на палубу, где его ждут все офицеры и матросы, одетые в парадную форму. Вокруг морского бога прыгают и скачут тритоны и другие морские чудища. Нептун вопрошает, что это за корабль, какой стране принадлежит и куда направляется. Ему отвечают почтительно и подробно, подают список всей команды. Владыка моря просматривает фамилии моряков и приказывает выкупать всех, кто в первый раз переходит экватор. Новичков или окатывают водой, или окунают в сооруженный на палубе брезентовый бассейн под общий хохот и шутки. Конечно, новые знакомцы Нептуна оказываются промокшими до нитки и спешат скорее переодеться после ванны.
Праздник на этом не кончается. Кок готовит хороший обед и ужин, команда веселится, все поют, танцуют и забавляют друг друга как умеют. Обычай этот прочно держится среди моряков, и до сих пор в описаниях современных плаваний можно прочитать о веселом переходе через экватор.
По верованиям древних греков, насылал ураганы и бури, губил корабли и бог ветра Борей. По его имени до сих пор холодный, порывистый ветер кое-где называется «бора».
Атлантический океан был населен сказочными чудовищами и призраками.
Сами названия — «море ужасов», «море тьмы» — показывают, как люди боялись могучей водной стихии. Они верили, что за безграничностью морских просторов прячется «край света» — нечто вроде глубочайшей пропасти. Туда должны кануть корабли безрассудных путешественников, если те отважатся заплыть далеко.
Скалистые утесы по берегам Гибралтарского пролива назывались в древности Геркулесовыми столбами. Их будто бы поставил богатырь Геркулес и создал таким образом границу для мореплавателей. За Геркулесовы столбы заплывать не рекомендовалось: все равно смельчакам не удалось бы благополучно возвратиться на родину.
Все эти легенды и сказки создали древние греки, верили в них и римляне. Но не думай, что вместе с этими исчезнувшими государствами умерли и суеверия. Они изменились, но продолжали существовать. Долго еще люди относились к морю с великим страхом и были убеждены, что оно хранит в своих глубинах ужасные тайны.
Считалось, что море населено необычайными и опасными существами.
В одной старой летописи рассказывается история о том, как однажды в Балтийском море был пойман морской епископ. Облепившая его чешуя была похожа на епископское облачение. На голове митра — высокая шапка, в руках посох. Он ничего не говорил, хотя, видимо, понимал человеческую речь, позволял себя трогать, кланялся и всем своим видом и поведением показывал, что очень уважает всех собравшихся возле него. А это были не простые люди — настоящие епископы и сам король.
«Его надо заточить в башню», — решил король.
Морскому жителю это явно не понравилось.
Зато, когда епископы стали просить, чтобы морское чудо бросили снова в море, он начал кланяться, словно благодарил за доброту. Его отпустили, он вошел в воду по пояс, всем поклонился, перекрестил их и исчез в волнах.
В монаха верили долго. Уже в шестнадцатом веке, когда немецкий ученый Геснер пытался описать животных, населяющих землю и воду, он снова рассказал в своей книге о «морском монахе».
Теперь ученые думают, что люди, пораженные видом дельфинов и ламантинов, превратили их в своем воображении в этого плавающего священнослужителя.
Был и «морской черт» — чудище с рогами, со страшной оскаленной мордой и рыбьим хвостом. Запросто плавали в океане «морская корова», «морская собака» и «морской конь». Этих животных изображали без особой выдумки. Коровья, собачья и конская голова и передние ноги — у собаки, как полагается, с когтями, у коровы и лошади — с копытами, а тело рыбье, покрытое чешуей, и раздвоенный рыбий хвост. Морской конь был даже красив: точеная голова, гордо изогнутая шея, стройное тело.
И «морская обезьяна» была, и даже бородатый «морской турок» в чалме.
Верили в «морскую гидру»
