человек вверх, один вниз, снова вниз и снова вверх, – объяснил Брикер. – Но ты не сможешь оставаться там достаточно долго для того, чтобы сделать что-то полезное. Тем более там темно. Мало толку от ныряльщиков! Ведь нужно обстругивать затычки и все такое, нельзя просто приложить к дыре доску и надеяться на то, что она никуда не денется!
– Это лучше, чем ничего, – возразила капитан Маллаби.
– Не выйдет залить пробоину дегтем, – продолжал Брикер.
– А мы находимся посреди проклятого моря, и я не могу вытащить корабль на сушу, чтобы его отремонтировать, а?! – заорала капитан, и ее тон напомнил Брикеру о субординации, которую следовало соблюдать на борту.
– Прошу прощения, – почтительно пробормотал рулевой и, пригнувшись, попятился.
– Потребуется нырять много раз, – обратилась Маллаби к Вульфгару. – Но, боюсь, нужно попытаться.
– Что, ему придется спускаться туда, чтобы вырезать затычки, которые надо будет вставить в щели? – уточнил Реджис.
Маллаби пожала плечами.
– На этот вопрос нет точного ответа, и пробоину нельзя надежно заделать, – призналась она. – Но мы должны сделать все, что сможем, чтобы ослабить течь и добраться до берега…
Она замолчала – Реджис снимал куртку и рубаху. Он снял и ножны с рапирой, но оставил кинжал. Наконец он положил на кучу одежды свой знаменитый синий берет, забрался на перила и прыгнул в море.
– Где он? Найдите его! – воскликнула потрясенная капитан Маллаби, поспешив к фальшборту.
– Вам придется долго искать, – сказал Вульфгар.
Капитан и рулевой, обернувшись, увидели на лице варвара многозначительную ухмылку.
* * *
Конечно, Реджис знал, что он должен испытывать страх. Он находился под водой далеко от берега, посреди Моря Падающих Звезд, известного своими подводными чудищами, морскими дьяволами и прочими хищными тварями. На дне этого самого моря хафлинг пережил самый страшный момент за всю свою жизнь – за обе жизни! Это произошло в тот день, когда он открыл гроб Темной Души и очутился лицом к лицу с восставшим призраком.
Но все же он не боялся. Находясь в воде, он чувствовал себя естественно, чувствовал себя свободным, здоровым и сильным; он ощущал некую связь с предками, с самым началом череды сменявших друг друга поколений, которая в конце концов привела к его рождению.
Миновала половина месяца элейнт, девятого месяца года, солнце еще светило довольно ярко, согревало Побережье Дракона, Гултхандер и южное побережье внутреннего моря, но тем не менее уже чувствовалось приближение осени. Часто с Земель Бладстоуна дул холодный ветер, и поэтому вода в этой части моря была не такой уж теплой. Но это не имело значения. Холодная вода не причиняла неудобств Реджису, как это случилось бы в его прошлой жизни. В этом заключалось одно из преимуществ происхождения от генази. Реджис вспомнил, как однажды примерно в это же время года поскользнулся и шлепнулся в озеро Мер Дуалдон, в Долине Ледяного Ветра. Если бы он не попался в сети какого-то рыбака, то камнем пошел бы ко дну. Разумеется, вода там была гораздо холоднее, чем здесь, но Реджис знал, что сейчас он мог бы плавать и в Долине Ледяного Ветра. В этой второй жизни холодная вода не обжигала его, не высасывала его жизненную энергию, не замедляла движений, и он не чувствовал усталости.
От предков своей «второй матери» хафлинг получил великий дар.
И поэтому он не боялся.
Реджис двигался машинально, конечности работали четко, слаженно, каждое движение было направлено на то, чтобы доставить хафлинга к цели. Конечно, в прошлой жизни он при необходимости мог плавать, но отнюдь не так ловко. Теперь он походил на настоящего морского обитателя, настолько изящно и быстро он двигался под водой.
Даже видеть в воде он мог теперь гораздо лучше – возможно, потому, что в детстве много времени провел на устричных отмелях. Но сам Реджис считал, что его ночное зрение, присущее хафлингу, сейчас немного изменилось, приспособилось к водной среде.
Однако он не знал, каким именно образом это произошло, да и не слишком интересовался этим. Главное, он мог пользоваться глазами, чудесными легкими и пальцами, чувствительными к подводным течениям. Он подплыл к килю и осмотрел корпус корабля под грот-мачтой.
Вскоре Реджис обнаружил трещину, в которую проникала вода. Он слышал ее шум, чувствовал, как море пытается завладеть кораблем.
Поднявшись на поверхность, чтобы подышать, он очутился примерно посредине между носом и кормой и обнаружил, что сверху на него смотрят Вульфгар и капитан Маллаби. По выражению облегчения на лице Маллаби и усмешке Вульфгара он догадался, какой разговор произошел между ними во время его слишком долгого отсутствия.
– Веревку! – крикнула Маллаби, обернувшись, но Вульфгар положил руку ей на плечо, покачал головой и заставил обратить внимание на хафлинга.
Паук Паррафин не нуждался в веревках. Он с легкостью вскарабкался на борт «Толстого шкипера».
– Ты пробыл там…
– Слишком долго. Да, знаю, – перебил ее Реджис.
– Значит, ты жрец и умеешь пользоваться магией, чтобы дышать под водой.
– Нет, – возразил Вульфгар, а Реджис одновременно произнес:
– Что-то вроде того.
Капитан Маллаби посмотрела сначала на одного, потом на другого, и те рассмеялись.
– Я нашел щель в корпусе. Думаю, сумею ее заделать, – сообщил Реджис. – Нужен клин, скорее даже планка, вот такой длины. – Он расставил руки на расстояние локтя. – И деревянный молоток. Потом вернусь за дегтем.
Маллаби посмотрела на него с сомнением.
– Нужен комок охлажденного дегтя, – объяснил Реджис. – Я просто запихаю куски в щели вокруг клина. – Он вздохнул. – Чем плотнее заделать щель, тем лучше.
У капитана Маллаби как будто бы закончились вопросы; а может быть, она просто поняла, что всю эту череду неожиданных и, судя по всему, необъяснимых событий лучше пока не обсуждать. Она молча кивнула и отошла за молотком и планкой.
– С каких это пор ты сделался корабельщиком? – полюбопытствовал Вульфгар, когда они остались вдвоем с хафлингом.
– Понятия не имею, – честно ответил Реджис и пожал плечами. – Я просто хочу запихать как можно больше деревяшек и смолы в пробоину. Будем надеяться, вода перестанет просачиваться.
– А если не перестанет?
– У меня все получится. Вода подскажет мне, что делать.
Вульфгар скептически уставился на него.
– А если вода тебе солжет?
– Тогда я поплыву. А тебя дотащу до берега на канате.
Вульфгар ухмыльнулся, но Реджис, который только что убедился в серьезности положения, выглядел мрачным. Он достаточно понимал в мореплавании и сообразил, что «Толстый шкипер» угодил в серьезную передрягу: трещина в корпусе оказалась весьма широкой, и со временем течь лишь усилится. Экипаж не сможет вычерпывать воду достаточно быстро, и корабль наверняка не дотянет до Дельфантла. Они только что миновали
