плохо.
Подкаты Смурыгина отчего-то стали ещё более настойчивыми, но я крепко держала оборону. Так и подмывало пожаловаться на него генеральному, но почему-то язык не поворачивался. Ну вот как я ему об этом скажу? «А вы знаете, что ваш зять, муж вашей сестры и отец племянницы подкатывает к молоденькой помощнице?» Не очень-то хочется влезать в чужие семейные дела, да и Евгений Михайлович всё это проворачивает тайно, а не у всех на глазах, так что, кроме наших записей, доказательств у меня нет. Если исполнительный пойдёт в отказ, проблемы могут быть именно у меня, а моя задача сейчас — удержаться в компании.
На вечер пятницы у нас была назначена очень важная выездная встреча в ресторане, где предстояло подписать подготовленный юридическим отделом контракт. Я приятно удивилась, что Владислав Иванович таки взял меня с собой, хотя в начале недели ещё сомневался. Правда, приказал быть молчаливой тенью подай-принеси и просто внимательно следить за происходящим, но для меня это уже прогресс. Тем более часть презентационной документации для встречи готовила именно я, так что уже достаточно неплохо разбиралась в сути вопроса.
На место мы приехали раньше оппонентов. Столик, расположенный в уединённом закутке у окна, где нам не будут мешать, был забронирован заранее, и ребята Алисы уже оборудовали место встречи камерами, так что, пока мы с шефом ещё вдвоём, можно немного разогреть ситуацию.
«Давай, Лиля, действуй!» — посигналила мне Алиса, и я перешла в наступление. Ну грех не воспользоваться возможностью и не попытаться хоть немного сблизиться с целью.
Глава 11
— Извините нас, мы, пожалуй, на сегодня закончим... — одной рукой поддерживая меня, другой Владислав Иванович подхватил папку с документами и планшетом. — Мы теперь тесно сотрудничаем, поэтому, думаю, у нас будет масса возможностей повторить и провести вместе такой же приятный вечер.
Господин Головко явно был разочарован. Дожёвывая кусок мяса, он параллельно пытался уговорить нас остаться и продолжить возлияния, однако генеральный сумел выкрутиться и повёл меня на выход.
«Рановато вы. У нас не так много интересных кадров вышло...» — вздохнула Алиса.
«Думаю, дальше будет интереснее...» — пробормотала я ей, но отреагировал и шеф.
— Что?
— Я говорю, что с-сотрудничество с гос-сподином Головко будет ещё интерес-снее, — ответила заплетающимся языком, без зазрения совести опираясь на мужчину всем весом.
Босс вывел меня на летнюю площадку ресторанчика, где усадил за один из столиков, а сам тем временем вызвал такси: поскольку он тоже выпил, садиться за руль было нельзя. Я, больше не сдерживая неуместную улыбку, глядела по сторонам, пока он напряжённо прохаживался неподалёку. Машина приехала на удивление быстро, и шеф, обхватив меня за талию и прижав к себе, почти потащил к салону. О как, он уже вовсю меня трогает, куда и девалась былая сдержанность.
Открыв заднюю дверцу, мужчина почти уложил меня на сидение и кое-как пристроился рядом. Я, якобы устраиваясь поудобнее, поставила сумочку так, чтобы мы с начальником попали в объектив спрятанной там камеры. И ещё одну камеру быстро прикрепила к водительскому сидению (главное, потом не забыть её забрать).
Водитель уточнил адрес (это был мой адрес, который, видимо, назвал Резуненко, когда вызывал машину) и тронулся в места, а я ударилась в панику. Если я поздним вечером заявлюсь домой нетрезвая, да ещё и в компании мужчины, меня Варвара Степановна не то что на порог не пустит, а вообще из квартиры выселит. Она с самого начала предупреждала, чтобы никакого алкоголя и мужчин.
— Ой, а я не могу с-сейчас домой... — сказала растерянно. — Меня в таком с-состоянии не пустят...
— Как не пустят? — удивился шеф. — Кто не пустит? Вы... живёте не одна? — отчего-то напрягся он.
Я, конечно, могла бы выдумать мифического молодого человека, подругу или ещё кого-то, но правда в таких случаях самое действенное средство, поэтому сказала как на духу:
— Так квартирная х-хозяйка, я у неё комнату с-снимаю. Она запретила п-приходить нетрезвой... или п-приводить домой м-мужчин... М-может, вы меня в парке выс-садите, пока я п-протрезвею?
— В каком ещё парке?! — опешил генеральный.
— Ну... там... возле дома.
— Чтобы вы в таком состоянии в неприятности попали?! — возмутился он. — Так, шеф, разворачивайся, — и назвал другой адрес.... свой адрес.
— Ой, а к-куда это вы меня везёте?
Я не знала, то ли мне прыгать от радости, то ли бить тревогу, но изобразила удивление, смешанное с беспокойством.
— Квартира, соседняя с моей, стоит пустая, — сообщил он. — Я там обычно временно селю важных гостей. Но, думаю, для моей личной помощницы она сегодня тоже окажется весьма кстати.
У-у-у, так вот оно что, всего лишь соседняя... Хотя а чего я ожидала? Что он затащит меня к себе?! Такая ледышка? Это было бы слишком.
— О, соседняя — это хорошо, это можно, — кивнула я, строя из себя моралистку.
А босс тем временем пытался расположиться на оставшемся мизерном пространстве и так не слишом обширного салона.
— Из-звините, я м-много места заняла, — спохватилась я и, оперевшись на мужчину, попыталась подвинуться, но вместо этого просто-напросто беспомощно распласталась на шефе. — Ой, — и стала шарить по его телу, якобы ища опору, чтобы снова попытаться отодвинуться. — Я с-сейчас...
Он не стал ждать, пока я облапаю его с ног до головы, слегка приподнял и удобно усадил, а сам куда более комфортно, чем прежде, устроился рядом.
— С-спасибо, — поблагодарила я, хотя благодарной вовсе не была.
— Откиньте голову на подголовник и закройте глаза, — посоветовал он. — Так вам будет легче.
Угу, да конечно! Я буду не я, если позволю ему так легко выскользнуть из моих ручек.
— З-знаете, Владис-слав Иванович, а я рада, что ус-строилась на работу именно к вам, — проговорила, якобы совсем уж еле-еле ворочая языком, и, уронив голову ему на плечо, прикрыла глаза.
Он меня не стряхнул, хотя снова ощутимо напрягся, а я подумала: чёрт возьми, мне ведь действительно повезло, что целью оказался не Смурыгин, а Резуненко.
Когда такси остановилось, я не стала открывать глаза: было интересно, что предпримет босс. Будет ли будить? Вынудит ли идти на своих двоих?
— Лилия Алексеевна, мы приехали... — мужчина осторожно коснулся моего плеча.
Я не реагирую.
— Лилия... — снова касается он.
Ха, уже без отчества? Прогресс! Продолжаю делать вид, что сплю, хотя отчаянно хочется рассмеяться.
— Лилия, — прикосновение стало ощутимее.
Глава 12
Я прекрасно понимала, что перегибаю палку. Что всё это уже давно превысило банальную проверку, тоже понимала, но отчего-то мне не хотелось останавливаться. Может, в крови говорил алкоголь, может, просто проснулся
