Девушка все еще лежала, боясь пошевельнуться, боясь последствий происходящего. Крис смотрел так пристально, что она испугалась, не собирается ли он изнасиловать ее.
Она взглянула на его великолепный рот, и перед ее глазами отчетливо встали воспоминания о тех поцелуях, которыми они обменялись тайком так много лет назад. Трудно было поверить, что это уже не тот мальчик Крис, которого она когда-то знала.
Он смотрел ей прямо в глаза и думал, какая же София красавица — с тонкими правильными чертами лица, перламутрово-белой кожей и роскошным телом. Прошедшие годы очень ее изменили, и молоденькая девушка превратилась в настоящую красавицу.
Он оперся на локти.
— От кого ты бежала, София? Матрос Хортон сказал мне, что тебя искал какой-то мужчина.
Крис не мог отвести от нее глаз, несмотря на то, что не хотел начинать все снова.
— Почему ты так смотришь на меня? — спросила она вместо ответа.
— Ты стала еще красивее, чем я помню.
— Удивительно, что ты вообще меня помнишь.
— А я и не хотел помнить, черт возьми! Но ты сделала так, что тебя трудно забыть.
— Слезь с меня, ты тяжелый.
— Прежде нам надо уладить маленький вопрос об оплате за твой проезд. Сейчас как раз удобное время расплатиться.
Она забарабанила кулачками по его груди.
— Прекрати! Я еще девственница!
Крис откинулся назад и расхохотался:
— Что ты говоришь! Разве не от любовника ты так поспешно убегала?
— Нет, конечно, нет, я…
Она так и не закончила фразу, потому что Крис вдруг наклонился и накрыл ее губы своими. Он приготовился к долгому поцелую, когда вдруг почувствовал резкую боль и отдернул голову, еще не веря, что она укусила его.
— Какого черта?! Ты зачем это сделала?
— Затем, что ты должен относиться ко мне с уважением. Ты ничем не лучше других мужчин, которые пытались получить от меня то, что я не хотела давать.
Крис замер. Кто-то пытался обидеть Софию? И почему за ней гналась стража?
— Отпусти меня, Крис, — София чуть не плакала. — Я больше не знаю тебя. Кто ты теперь?
— Я? Не тот наивный дурачок, которого ты знала семь лет назад. Мне понятно, что ты в беде. Тебя бы здесь не было, если бы это было не так. Рассказывай.
— Я… не могу.
— Ах да, я забыл, — ядовито заметил он. — Ты же мне не доверяешь. Я ведь человек, которого можно отодвинуть в сторону ради титула и денег.
— Неправда! Все было не так!
Этот протест разбудил в нем первобытные инстинкты, из его горла донеслось сдавленное рычание. Крис наклонил голову и впился в ее губы поцелуем. Но сейчас она не пыталась его остановить, чувствуя, как язык проник глубоко ей в рот. Не сопротивлялась она и тогда, когда он положил руку на ее упругую грудь и сжал сосок большим и указательным пальцами.
Крис мысленно улыбнулся. Он подумал, что, наконец, получит то, в чем ему отказывали все эти семь лет. Но этому не суждено было произойти. София дернулась под ним, и он потерял равновесие. Самым оскорбительным было то, что Софии удалось сбросить его с койки. Не желая терпеть поражение от женщины, Крис подхватился с пола и снова навалился на нее. Все равно он не верил в то, что по прошествии стольких лет она все еще девственница.
— Зачем это наигранное возмущение? — спросил Крис, чувствуя, как в нем разгорается гнев. — Зачем ты притворяешься?
— Я не притворяюсь!
— Ну конечно!
Протянув руку, он задрал край ее рубашки и раздвинул ей ноги.
— Расслабься, я не сделаю тебе больно. Тебя что, обидел какой-то мужчина? Поэтому ты так напугана?
София истерично рассмеялась. Совсем недавно сэр Оскар тоже хотел взять ее силой.
Крис медленно, одну за другой, расстегнул пуговицы на ее рубашке, обнажив грудь. Он чувствовал все нараставшее возбуждение, глядя на кремовую кожу ее груди и живота. Она совершенна, подумалось ему. София изогнулась, пытаясь вырваться, но он превратился в дикаря, думая лишь о том, как бы поскорее ввести свой возбужденный член в эту женщину, которая причинила ему столько несчастий. Он слегка приподнялся и расстегнул брюки, вытащив пенис. Он чувствовал пульсацию в члене и, наконец, был готов войти в Софию Карлайл.
Крис глубоко вздохнул, пытаясь усмирить свою страсть. Он был крупным мужчиной и не хотел сделать ей больно.
— Вот так, значит, ты наказываешь меня за смерть Десмонда? — закричала она.
Он остановился.
— Нет, София, это за те семь лет ада, которые ты мне подарила.
Крис начал целовать ее плечи, грудь, коснулся языком ее розового соска, сжал его губами и начал посасывать. Он услышал, как она резко вздохнула, и улыбнулся.
— У тебя великолепная, идеальная грудь. Не сопротивляйся, я не сделаю тебе больно.
Он продолжал ласкать соски, посасывая то один, то другой, медленно проводя руками по внутренней стороне бедер. Она закрыла глаза и, казалось, сдалась. За это он был очень благодарен. Он чувствовал непреодолимое желание заняться любовью с этой непрошеной гостьей, которую судьба подбросила ему в постель.
Он провел пальцами по волосам на ее лобке и раздвинул половые губы, чувствуя, как в ответ напряглись мускулы бедер. Когда он дотронулся до пульсирующего тепла влажной промежности, она застонала. Крис чуть не расхохотался. Немного же времени потребовалось этой притворной девственнице, чтобы превратиться в опытную распутницу.
Придерживая пальцами ее половые губы, он придвинул головку члена к ее влагалищу. Он ввел бы в нее член до основания, если бы что-то в ее глазах не остановило его. Страх? Шок? Отвращение?
Итак, он медленно вошел в нее. Влагалище было узким. Слишком узким. Крис решил не обращать внимания на этот необъяснимый факт и вошел поглубже, и тут член натолкнулся на преграду, которую совершенно не ожидал встретить. Три тысячи чертей, разве он мог такое подумать?! Он уставился на нее, разинув рот и сузив глаза от изумления. У него было слишком много женщин, чтобы не понять, что она действительно девственница. Эта маленькая дрянь не лгала!
Чертыхаясь, он вышел из нее и вскочил. Она одернула рубашку, натянув ее на ноги, и выскользнула из кровати. Он пытался не замечать слезы, струящиеся по ее щекам, припухлость ее губ, покрасневших от его грубых поцелуев. Он утратил над собой контроль. Это было не похоже на него. Значит, этих семи лет было недостаточно, чтобы он избавился от ее чар?
Когда-то София научила его, что все женщины — бессердечные создания, которые ставят деньги выше любви. К счастью, он хорошо усвоил этот урок. Бессмысленная смерть Десмонда приучила ставить физическое удовольствие выше чувств. Он взял за правило не привязываться к женщинам и в будущем собирался жить по этим правилам.
