я, хотя особенно удивляться было не чему, поскольку видал я ещё и не такие кадры. — Вам что, кажется, чем гаже гад, тем лучше что ли? Всегда хотел понять.
— Кому вам-то?
— Кому? Да вечным жертвам, кому ещё? Давай так. Я тебе один умный вещь скажу, только ты не обижайся, да?
— Что-что?
— Если он тебя хоть пальцем тронет, я ему мозги вышибу.
Сказав это, я резко соскочил с подоконника и крикнул. — Пуф!
Альфа шарахнулась назад, а я руками изобразил вылетающие из головы брызги Витиных мозгов.
— Сергей! Прекрати!
— Это ты прекрати! — тихо и со злостью сказал я. — Не смей с ним разговаривать. Я тебе запрещаю. А ещё запрещаю думать и пережёвывать его слова и размышлять о том, что на самом деле он тебя любит. Ты меня поняла? Точка. А если ты понимаешь только плётку, я приду к тебе с плёткой. А теперь попрощайся с Настей и иди домой.
Она стояла и хлопала глазами. Как коровушка. Разозлила меня. Дура, честное слово. Видал я таких, как она. И таких, как Витя. Вот только не мог припомнить, чтобы подобные отношения хоть раз закончились чем-нибудь хорошим.
Я подошёл к двери и широко её распахнул.
— Я вас понял, Елена Владимировна, — громко воскликнул я. — И, конечно же, подтверждаю свои обещания. Сделаю всё, как сказал. Спасибо, что зашли.
— Маме… — пробормотала она.
— Обязательно передам.
— До свидания, Настя, — кивнула Альфа и вышла за дверь.
— Это что было? — удивлённо спросила Глотова.
— Боится, что меня из школы выгонят. Песочила. А ты, кстати, готовишься к экзамену? Уже половина четверти того, ку-ку.
— Почему мне кажется, что ты мне зубы заговариваешь?
— Потому что женское сердце не обманешь? — спросил я.
— Скорее всего.
— Нет. Просто ты, кажется, ищешь повода не продолжать уборку.
— Она что… про эти видео говорила?
— Почему?
— А про что? Почему так тихо? Даже голосов не было слышно.
— Настя. Если хочешь что-то спросить, спрашивай прямо. Не заставляй меня отгадывать, в какую сторону метнулась твоя мысль.
— Пойдём, перекусим, я там приготовила, — кивнула она и двинула на кухню.
— Ага… Пойдём.
* * *
На следующий день Князь в школу не явился и на телефонные звонки не отвечал. Мэта тоже давно никто не видел.
— Что происходит? — спросила на перемене Алиса. — Красивый, ты чувствуешь подбирающиеся к нам тлен и запустение.
— Ты тоскуешь по своему другу? От него что, никаких вестей?
— А мне, вообще-то, безразлично, где он и что он.
— То есть, когда ты говоришь про тлен, имеешь в виду, что не видела меня два дня?
— Да, — пожала она плечами. — Он, кстати, мне такой же друг, как Ангелина — тебе подруга. Съел?
— Я-то съел в своё время, а вот тебе не советую, — усмехнулся я.
— Смешно. А ты знаешь, что твою подружку… не Ангелину, другую, взяли на съёмки подростковой коллекции.
— Кого это, Настю что ли?
— Она тебе что, не рассказала? Она так радовалась, вообще-то.
— Нет, не рассказала, — нахмурился я. — Наверное сюрприз готовит.
— Не, — захохотала Алиса. — Это же подростковая коллекция, там всё скромно. Сюрпризов не будет.
— Ладно, — кивнул я, — ты посиди пока, а я скоро вернусь.
— Ты к ней что ли?
— Ага.
— Слушай, у нас тут показ будет один интересный совместно с китайцами. Хочешь сходить?
— Да, можно.
— Там очень оригинально будет. Хочешь, я могу тебе билет организовать?
— Ещё как хочу.
На самом деле, я получил сообщение от Чердынцева и вышел, чтобы позвонить и договориться о встрече. Но заодно решил уже и до Насти дойти.
— Настя, — кивнул я, заглянув в её класс. — Можно тебя на секундочку?
Она чуть смутилась, поскольку все на неё обернулись, но ждать себя не заставила.
— Чего, Красивый?
Я встал у окна, а она подошла и остановилась напротив меня.
— Мне Алиса сказала, что ты приглашение получила от модельера?
— Да, — кивнула она. — Для каталога нужно будет пофоткаться. Для тинейджеров. Так, ничего особенного.
— А это тот же самый модельер, который трусы шьёт?
— Нет. Это марка демократичной повседневной одежды для школьников.
— Верхней?
— Ой, тебе-то что? — пожала она плечами.
— Посмотреть хочу на тебя, — подмигнул я.
— Да ладно, посмотреть ты и живьём можешь. Чего это ты вдруг моими делами заинтересовался?
— Да я всегда интересовался.
— Ну-ну, смешно.
— Что за одежда? Это же одежда, я правильно понял?
— Да там ничего особенного, — махнула она рукой. — Это типа вступительного теста. Если справлюсь, может, ещё что-то предложат. И мне тоже надо посмотреть приглядеться, надо оно мне вообще или нет. Ну, и денех дадут немножко. Тоже вещь нужная.
— Я понял. У тебя всё хорошо?
— В смысле? — подняла брови она.
— Ну, какая-то ты сердитая, что ли.
— А ты можешь со мной на днюху к Наташке Тришкиной сходить? — спросила Настя.
— К Тришкиной? — неуверенно переспросил я. — А когда? У меня же тренировки.
— Сегодня у тебя тренировок нет, насколько я помню. В пять часов.
— Нет, сегодня тренировки нет, — подтвердил я. — Но блин, могут возникнуть кое-какие дела. Маму надо забрать и…
— Ладно, — не дослушав, кивнула она и, развернувшись, пошла в класс.
— Настя! — окликнул её я.
— Что? — обернулась она.
— Что с тобой?
— Ничего, — спокойно и серьёзно помотала она головой.
— Ты расстроилась что ли?
— Из-за чего? Из-за милфы твоей? Или, из-за того, что разик попросила, а у тебя возможности нет? Из-за чего, по-твоему я могла расстроиться?
— Блин, Настя! Что за шантаж. Я постараюсь, сказал же.
— Да ладно, чего стараться, — хмыкнула она. — Забей, Красивый. Считай, что меня вообще не видел сегодня. Я, короче, в класс пошла…
— Я постараюсь, — крикнул я ей вслед, но она не отреагировала.
Блин, вот эти девчачьи капризы мне вообще не нужны были. Надо было дела до ума доводить, а тут вот, Тришкины кафтаны какие-то… Короче…
Как назло, ещё и Медуза появилась. Вышла, как
