силой сжимаю руки на руле.
Припарковавшись, шагаем к еще не запущенному в эксплуатацию дому. И только тут осознаю, что со своим приказом я налажал. Моя спутница в растерянности замирает перед огромной лужей из земляной жижи, смешанной со снегом.
Ее сапоги на невысоком каблучке, туго обхватывающие стройные икры, явно не предназначены для таких препятствий. А узкая юбка не позволяет переступить через лужу. И обойти никак. Устройство придомовой территории в самом разгаре. Нормального асфальта еще нет.
Не раздумывая, подхватываю Киру за талию и переношу на чистое место. Но не тороплюсь отпускать. Наши лица сейчас на одном уровне. Мы зависаем, глядя друг другу в глаза.
В ее испуганном взгляде что-то такое, от чего становится трудно дышать. Ощущаю себя подростком с взбунтовавшимися гормонами. Вдыхаю легкий запах ее духов и еще чего-то волнующего кровь, похожего на аромат луговых трав.
Ощутив, как женские ладони упираются в грудь, заставляю себя разжать руки. Следующие полчаса я не столько слежу за общением Киры с клиентами, сколько заново переживаю ощущение ее тела в своих руках.
В отличии от меня, моя спутница ведет себя профессионально, четко отрабатывая встречу. Вот только на меня старательно не смотрит. По дороге в офис сообщаю ей новость, о которой думал все это время:
— Я пересмотрел решение по поводу корпоративного стиля. Оставим светлый верх и темный низ. Но вместо юбок разрешаются брюки и удобная обувь.
— Спасибо, — кивает Кира. И нерешительно добавляет: — Можно еще одну просьбу? У нас с Сергеем Степановичем была договоренность. Он отпускал меня раньше на час, чтобы забрать дочь из сада. Вы не будете возражать?
— Ну что же вы, Кира Леонидовна, — произношу с легкой усмешкой. — Так радели за права матерей-одиночек. Неужели не знаете, что в законодательстве есть специальный пункт для женщин с детьми до 14 лет. А я трудовой кодекс не нарушаю.
— Вы мне эту ошибку будете теперь постоянно вспоминать? — хмурится Кира. — Я ведь уже извинилась.
— Буду иногда, — признаюсь, пряча улыбку. — Мне нравится, как вы смущаетесь.
Кира растерянно замолкает. А потом закатывает глаза и отворачивается к окну, оставшееся время упорно разглядывая пейзаж.
До конца рабочего дня чувствую себя на подъеме. Периодически невольно улыбаюсь, вызывая недоумение у сотрудников. А перед уходом настроение резко падает вниз.
Потому что, подойдя к окну, наблюдаю возмутительную картинку. Кира выходит из здания в сопровождении одного из наших сотрудников. Помню его, проводил с ним беседу. Тоже перспективный кадр.
Вот только этот кадр совершенно неуместно обнимает Киру за талию и целует в висок. А потом сажает в машину, и они отчаливают. До меня почему-то только сейчас доходит: если она не замужем, это не значит, что у нее никого нет.
Оказавшись у себя в квартире, постоянно задаюсь вопросом, у себя Кира или нет? И этот ее, Жуков Егор, с которым она уехала. Тридцать восемь лет, неженат. Ну да, заглянул еще раз в его личное дело.
Невыносимо тянет позвонить в соседскую дверь, проверить. Могу я поинтересоваться, как ведет себя кран, который вчера починил? Чувствуя себя идиотом, выхожу на площадку и слышу из квартиры Киры визгливый мужской вскрик.
Значит, мужик все же здесь. А ребенок? Что там у них случилось? Может, нужна помощь? Но подойти и позвонить не успеваю. Дверь распахивается сама. Из квартиры выскакивает Жуков, взбудораженный и красный. В вытянутой руке держит пальто. И быстрым шагом двигает к лифтам.
За ним спешит раздосадованная Кира. Бросает на меня смущенный взгляд, но не останавливается. В лифтовом холле начинают тихо, но эмоционально бубнить голоса.
Из квартиры напротив осторожно выглядывает Алиса. Замечает меня и улыбается.
— Привет! Что у вас случилось? — спрашиваю у нее.
— Дядя Егор какой-то нервный. Подумаешь, червяков испугался! — пожимает острыми плечиками малышка.
— Червяков? Где он их взял? — недоумеваю я.
— В кармане пальто. Я положила… — с тяжелым вздохом признается девчушка.
— Зачем?
— Мальчишки в саду сказали, это лучший способ. Можно еще жабу или паука. Но я в зоомагазине смотрела. Они очень дорогие. А червяки дешевые. Ими рыбок кормят…
— Лучший способ для чего? — изо всех сил сдерживаю довольную улыбку. Радоваться ее проделке непедагогично, но удержаться невозможно.
— Чтобы больше не приходил, — произносит это мелкое чудо мстительно.
— А почему ты не хочешь, чтобы он приходил? — понимаю, что неправильно расспрашивать ребенка. Но откуда мне еще брать информацию?
— Потому что дядя Егор собирается стать моим папой. Только он не подходит. Я это сразу поняла…
Глава 9 Кира
Если бы я знала, чем закончится знакомство Егора с Алисой, отбросила бы свою идею в тот же миг. Но неожиданная поездка с Ковалем на объект выбивает меня из равновесия.
Его задумчивые взгляды. То, как комфортно ехать с ним в одной машине. Галантный мужской поступок, когда он переносит меня через лужу. Все это производит впечатление. А вдобавок, еще заявление, что ему нравится меня смущать.
Это уже слишком явно похоже флирт. А я не двадцатилетняя свободная девчонка, чтобы на такое вестись. Так что, когда тем же вечером Егор ловит меня после работы и предлагает подвезти домой, решаюсь и приглашаю его на ужин.
Честно говоря, думала, он откажется. Ну или хотя бы потянет время. А я пока морально подготовлюсь, уберусь в квартире, закуплю продукты. Кормить Егора голубцами и супом с лапшой почему-то даже не приходит в голову.
Похоже, перед ним мне хочется выглядеть лучше, чем есть. Взять то же дорогое кружевное белье, которое я в обычной жизни не ношу. А перед начальником притворяться не надо. Он уже видел меня неуравновешенной, смущенной, растрепанной и мокрой, в конце-концов.
На удивление Егор относится к моей идее с энтузиазмом и предлагает не откладывать ужин. А я соглашаюсь. Если начну тянуть, могу передумать. В морозилке завалялись хорошие рыбные стейки. Сделаю к ним быстрый гарнир из овощей и сливочный соус.
Прямо с работы едем в сад за Лисенком. Забирать ее отправляюсь одна. Мне нужно как-то подготовить дочку. Ничего такого ей не говорю. Просто сообщаю, что хочу познакомить ее с моим хорошим другом.
Алиска
