Входит Мужчина-сосед, смотрит остолбенело на Женщину-жену.
Старуха. Ну вот и хорошо.
Забирает из рук Женщины-жены серп, кладёт на место.
Мужчина-сосед (приходя в себя). Я к нему. К Старику. Я должен ему сказать всё. Всё, что думаю. У меня есть старые газеты. Он, этот ворон в павлиньих перьях, и меня, и моих детей, и моих внуков порешил в этом проклятом месте, увёл от города на смерть и страдания. Где этот чёртов Старик? Этот хрен дремучий? Я ему разом – за всех. Он у меня… у меня ответит, за всё и всех ответит, трухлявый корень в твою душу. Где он?
Старуха подошла, закрыла собой лестницу.
А ты, старая карга, сгинь с глаз, пока не отпустил Богу душу твою.
Женщина-жена смело двинулась к Мужчине-соседу, зажала его горло серпом.
Старуха (спокойно, твёрдым голосом). На кого голос поднял? Не твоим носом клевать просо. На кого слово злое обрушил? На мать, на отца своего. Знать, мысли и раньше бродили, вот и захлёбываешься в нечистотах своих. У Соседа ума не займёшь. Не ваших ли дедов увёл он от смерти, геенны огненной? Не вас ли убеждал быть верным ему? Не вы ли клялись и божились не предавать его? Не ради ли вас потерял он силу свою? Не из-за вас ли его голова до срока побелела, а глаза ослепли? Не из-за вас ли он навеки замолчал, ибо недостойны уши ваши слышать речи его.
Мужчина-сосед (тоном ниже). Он всех загубил. Все мы один за другим подыхаем на этом месте. И вот… уходят, уходят один за другим, уходят даже те, кто едва может двигаться. Я тоже уйду. Но прежде я должен испустить дух из него. И это будет правильно. Этого хотят те, кто ещё остался. Я должен это сделать. Где это гороховое чучело?
Женщина-жена совсем близко приставляет серп к горлу Мужчины-соседа.
Старуха (властно). Не тронь его. Он стенает от горя. И сам не в себе.
Мужчина-сосед. Зачем мне такая жизнь, когда дети мои один за другим умирают, жалобно плача?
Старуха. Бояться несчастья – и счастья не будет. Если они пошли уходить, их не остановишь. Время пришло для них такое. Ты же будь здесь, где могилы твоих родичей. А дети рождаются и умирают от твоей жены. Возьми в жены другую женщину.
Мужчина-сосед. Все женщины ушли, и я не могу их уже познать.
Старуха. Не торопись умирать, дай состариться. Ушли, говоришь? Да… Ушли мои сыновья один за другим. Все восемь клятвенно обещали мне вернуться. Ни один не пришёл. Скажи, если сын поклялся матери вернуться, может ли он не вернуться?
Мужчина-сосед молчит.
Может, какой-то и может, но не все. И девятого я не отпустила, и он здесь. Те ушли в город и не вернулись. Не бессмысленно ли их ждать?
Мужчина-сосед. Бессмысленно.
Старуха. И всё же: не под дождём, говорят, – подождём. Вот и жду. Он их отпустил. Меня не послушал. Отпустил – другим показать: оттуда возврата не будет. Он в жертву сынов своих отдал, разумных, радость родителям приносящих. Тебе больно, как твои дети маленькими умирают, а ему каково? Хочешь ли теперь испустить дух того, кто только и заботится о благе других? Ума своего не вложишь всем. Ну так что, хочешь?
Мужчина-сосед. Нет. Не хочу теперь.
Старуха. Вот и хорошо. Умному – урок во благо. (В бессилии опустилась на ступеньки.)
Женщина-жена отняла серп от горла Мужчины-соседа, отошла в сторону.
Не слыви дураком, слыви озорником. (Тоном, не терпящим возражения.) Там, наверху, удобная кровать. Идите туда.
Мужчина-сосед. То есть… Как это понимать?
Женщина-жена. Так сразу?
Мужчина-сосед. У неё есть муж.
Старуха. Муж объелся груш. Она тебе нравится?
Мужчина-сосед. Да, но…
Старуха. Идите. Муж устал орошать лоно её. От жены твоей родятся больные дети. Они жалобно плачут и умирают маленькими. Что-то с этим надо решать. Не пропадать же? Идите. Грех на себя беру. По моей просьбе и воле свершите то, что должно быть между мужчиной и женщиной для рода продления.
Женщина-жена решительно пошла наверх. Мужчина-сосед стоит опешив. Тогда Женщина-жена скинула с себя одежду, протянула к нему руки. И он пошёл за нею. И там на кровати затеяли они вековечную любовную игру, слова в которой бессмысленны, а всё отдано на откуп взгляду, жесту, движениям тела.
Старуха так и осталась сидеть на ступени. Тяжелый стон вековечный или выдох тяготящего освобождения прошёлся в напряжённой тишине, и всё замерло снова.
Старуха. Кабы знать, что придётся дожить до дней таких. Господи! За что кара твоя? За грехи наши тяжкие? Тяжкие да всеобщие? И один праведный может спасти город целый. Спасти может? Говорила ему (потрясает кулаком вверх), говорила. А ведь по-моему вышло. Одно только – затянулось. Не удалось спасти. Но те ещё раньше погибли. Всего-то и только. Вразуми, Господи, на мысли и дела во благо Твое. Ох и тяжело на сердце моём. Давит-то как. Страшно. Жутко. Где и силушки-то взять? Ну как и я раскисну, кто ж удержит? Крепости духа и прошу. Умоляю. (Падает на колени, заламывает руки.) Господи! Не на кого положиться, некому груз сдать, что плечи горбит, душу выматывает. Где же мои сыновья любимые? Соколики мои ненаглядные? Кровиночка ненаглядная? Как же род-то людской продлить на земле сладко-грешной? Ох, истерзалась. Да только некому излить печаль мою горючую.
Входит Мужчина-муж. Некоторое время стоит молча.
Мужчина-муж (тихо). Закопал. Большая была. Жирная.
Старуха (поднимаясь с колен). Устал? Иди поешь. Там молоко и хлеб.
Мужчина-муж. Закопал. Под теми деревьями, где порошок. Хорошо бы потравить им, а не вылавливать по одной.
Старуха. Ты прав. Заодно и нас.
Мужчина-муж. Нас ничего не берёт. Привычные. Эх, где наша не пропадала!
Старуха. Языком масла не собьёшь. Глупые слова – что пустая сковорода. Не заботишься о себе – подумай о других.
Мужчина-муж. Отец-то как? Может, надо чего… Ну, это… помочь?
Старуха. Сама справляюсь. У тебя и так хлопот полон рот.
Мужчина-муж. Чего он по ночам по крыше бродит?
Старуха. Не спится. Заботу правит.
Мужчина-муж. Спать не даёт. То собака, то ребёнок, то он.
Старуха. Ребёнок больше не будет плакать.
Входит Женщина-соседка. Она красива и совсем мало одета.
Женщина-соседка. Где мой муж? Прошло неизвестно сколько времени, и почти не стало видно людей. Мальчик побежал их догонять, а я махнула рукой, потому как у меня давно не такие быстрые ноги. Он сказал – на минуточку.
Мужчина-муж (словно увидев впервые, с восхищением). Такие стройные ноги не могут быть не быстрыми.
Женщина-соседка. Тебе нравятся мои ноги? Только что в них проку, коли дело в животе, который не хочет рожать здоровых и крепких детей, а рожает плачущих жалобно и быстро умирающих? (Отворачивается. Плечи её вздрагивают. Пытается справиться с собой.)
Старуха. Поплачь, милая. Поплачь. Полегчает.
Женщина-соседка. Ох! Наревелась. Слезушки повыплакала за ночи бессонные. (Поворачивается, пытается улыбнуться.) Одно к одному. Сейчас большую крысу видела.
Старуха. Придётся откопать тот белый порошок. Много крыс пришло.
Мужчина-муж. Я слышал: рождаются дети не от слабой женщины, а от мужа.
Женщина-соседка. Даже и не знаю…
Мужчина-муж. Тебя недостаточно хорошо любит муж, вот… (Приблизился и слегка коснулся обнажённого плеча.)
Женщина-соседка. Он всегда при этом очень шумно (показывает, как шумно) дышит. Это меня отвлекает.
Мужчина-муж. А когда он держит тебя в своих объятиях, ты теряешь ощущение тела своего?
Женщина-соседка. Но он вырывает из моего тела крики (показывает, какие крики вырывал муж из её тела).
Мужчина-муж. Дай мне твою руку, я поведу тебя на ложе и научу не ощущать своего тела.
Женщина-соседка. Но как же жена твоя?
Мужчина-муж. У меня, не знаю, какое время, не появляется звон в ушах, и в голове не становится путанно и глазам темно, как в тумане, при виде жены моей. И я потерял уверенность, мужчина ли я.
Женщина-соседка. Но где же муж мой? (Больше обнажает плечо.)
Мужчина-муж. Без стыда лица не износишь. Не жена за мужем, а муж за женой.
Женщина-соседка. А жена твоя где?
Мужчина-муж. Жена при муже – госпожа, без мужа – королева. Не трать разговор понапрасну.
Женщина-жена. Греши, да не забудь покаяться. (Спускает край одежды с плеча.)
Мужчина-муж. Семь бед – один ответ. Но нельзя же так медлить.
Женщина-соседка. Ты ещё не видел меня со спины. Смотри: завиток на шее и линия перехода.
Мужчина-муж. Красота твоя слепит мне глаза. Я уже ничего не вижу.
Женщина. А бедро! Потрогай моё бедро. (Кладёт его руку на бедро.) Упругое и крепкое.
Мужчина-муж. У меня звон в ушах и шум в голове. Давай прямо здесь.
