— 27 мая 1703 года, считается датой основания Северной столицы в старом мире. Когда это произошло в новом мире я не знала. Но многое из того, что я успела увидеть через окно кареты, подтверждало мои мысли, что большинство событий, произошедших в России, повторялись и здесь, только не всегда соблюдались временные рамки.
Также обратила внимание на архитектуру столицы, и она меня не разочаровала: все здания были выдержаны в одном стиле и кричали о силе, могуществе и процветании Империи.
Я не была на окраине города, но отчего-то уваривалась, что и там все не так плохо. Хотя позже я поняла, как на самом деле обстоят дела в Великороссии.
Мы доехали до Александровского сада, и карета остановилась перед витыми железными воротами.
— Прибыли! — выдохнул отец, а в голосе чувствовались тревога и волнение. Стало так приятно, что слезы выступили на глазах. Что — то в последнее время я стала слишком эмоционально на всё реагировать.
Толчок Мари в бок заставил меня прийти в себя. Отец вышел первым и помог спуститься нам, а потом Игнату. Я широко распахнула глаза и с восторгом смотрела на здание академии. И одно только слово восхищения вырвалось из моих уст:
— Вау!
Это было нечто фантастически красивое и в то же время могучее и властное. Белокаменное здание магической академии завораживало взгляд и поражало воображение золотыми шпилями, устремленными в небо, всевозможными дубовыми дверями и арками. И все это было продумано архитекторами так, что не было никаких сомнений, что вон та стена, украшенная мозаикой, или фонтан перед входом в академию занимают только им положенное место….
— Дочь, ты с таким восхищением смотришь за здание учебного заведения, словно видишь его впервые, — смеясь, произнес отец, отвлекая меня от созерцания шедевра архитектуры.
Вновь ощутимый толчок Мари привёл меня в чувство.
— Не впервые, конечно, но не прекращаю восхищаться этой красотой, — ответила ему.
— Я тебя понимаю! Пойдемте, на почтовый ящик уже сбросил сообщение, что мы скоро будем. Так что нас уже ждут.
— Почтовый ящик? — растерялась я.
— Молчи, — процедила тётя, и я замолкла.
— Ну да, еще из кабинета!
Вот, чтобы вы подумали, когда бы вам напомнили относительно почтового ящика? Первая ассоциация, что мне прислали в интернете сообщение. Вторая ассоциация, связанная с этим словом — это обычные железные ящики, висевшие на первом этаже в каждом подъезде жилого дома. В действительности оказалось, что это деревянный ящик, а точнее сказать ларец, через который можно было не только отправить письмо, но и маленькую бандероль. Всё это работало на магии. Об этом мне сказала Мари, пока мы поднимались по мраморной лестнице на третий этаж, где расположился кабинет главы академии.
Помещение, в которое боялись попасть все студенты, не было чем — то примечательным. Он больше походил на офис высокого должностного лица: стол из морёного дуба, шкафы, переполненные бумагами, книжные полки, забитые книгами и свитками. Дополнительный стол и стулья для сотрудников стояли перпендикулярно хозяйскому. Но это было не главное! Больше всего меня привлёк сам ректор — господин Смит.
Я не стала бы утверждать, что мужчина был красив, но что — то в нём притягивало взгляд. Мой любопытный нос метнулся в вверх и задержался на лице незнакомца: длинный аристократический нос с горбинкой, внимательные карие глаза, похожие на кусочки янтаря, плотно сжатые губы и широкий подбородок говорили о твёрдом волевом характере главы заведения. Он был одет в чёрный костюм: сюртук плотно облегал его стройное накачанное тело, а брюки заправлены в начищенные до зеркального блеска кожаные сапоги. Под сюртуком виднелась белая рубашка и тёмно — синий нашейный платок с золотым пином, или как у нас привычно называют его брошью, внутри которого сверкала россыпь бриллиантов.
— Ричард, рад тебя видеть! — воскликнул отец.
— Володя, ты совсем не изменился, словно время остановилось, — рассмеялся ректор и выйдя навстречу, обнял отца.
— Видимо поэтому прибавилось седин! — усмехнулся он.
— Присаживайтесь, мест хватит всем.
Мы сели на стулья, ректор же занял свое место за столом.
— С Марией я знаком, с Любой тоже, а вот этого молодого человека вижу впервые, — улыбнулся мужчина братцу.
Тот, почувствовав на себе внимание взрослых, выпрямился и четко представился:
— Самойлов Игнат Владимирович, наследник рода Самойловых. Очень приятно познакомиться.
— Молодец! — похвалил он мальчика. — Владимир, что у тебя такого особенного произошло, что ты попросил о встрече?
— Магия нашего рода призвала Любу, которую не подпускала к себе с самого рождения. А тут проснулся ночью от сильного магического всплеска и спустился вниз. Девочки были в пещере, а Люба стояла в купели вся мокрая. И знаешь, друг, магия не хотела выпускать дочь из источника, словно подпитывалась ею.
— Люба, а вы почувствовали слабость или что — то подобное?
— Нет, просто было неприятно, что меня окунули в эту розовую слизь три раза.
— Сколько? — ректор чуть не захлебнулся своим удивлением.
— Ты правильно расслышал, Ричард.
— Когда я смотрел её последний раз, дар был очень слабый, можно сказать его и не было.
«Надо будет расспросить Мари, почему у моей половинки из другого мира магия была слабая, ведь у иномирцев он всегда сильный», — сделала для себя пометку, краем уха слушая, о чем будут ещё говорить ректор и мой отец.
— Арку после экзаменов мы убираем в отдельную комнату, там она будет находиться до следующей сессии, ведь два года магия нестабильна и может измениться. Поэтому придется подняться в её хранилище.
— Как скажешь, Ричард! — ответил отец, а в глазах чувствовался азарт и радость предвкушения, но в тоже время временами проскальзывали сомнение и страх.
Господин Смит, нагнувшись, вынул из ящика стола ключ и показал рукой на выход.
Выйдя из кабинета, мы прошли коридор до конца и поднялись на следующий этаж. Первая дверь справа была та самая, которую открыл ректор. Совершено пустая запыленная комната, если не считать стоявшую посредине высокую рамку, встретила нас тяжелым спертым воздухом. В помещении пахло пылью и затхлостью давно не проветриваемого помещения.
Чихнув, ректор подошёл к окну и настежь распахнул его. Свежий воздух медленно стал заполнять пространство комнаты. А я с любопытством разглядывала изобретение, больше похожее на рамку металлоискателя, которые установлены на режимных объектах моего прошлого мира.
Господин Смит щелкнул пальцем, уничтожая всю скопившуюся грязь и нажал один из камней, выступавших на рамке. По периметру аппарата побежали разноцветные огоньки, отбрасывая на стены и потолок красивые круги.
— Прошу прощения за неприбранность. Ну, кто первый?
— Я! — подскочил брат.
— Сын, ты свой уровень знаешь, может уступишь сестре? Нам же интересно знать, как изменился её
