играться, общаться, вполне вероятно слегка флиртануть и чуть пошире улыбнуться, но только в пределах видимости друг друга. Чтобы завести друг друга.
В отношениях Насти и Дани все несколько иначе.
Я это чувствую. Как и холод, какую-то непонятную стену между ними, даже несмотря на тесные объятия. Хотя, может быть, мне просто кажется. Вполне вероятно, что они поссорились или им тупо скучно? Я их совсем не знаю, а делать выводы о чужих отношениях…такое себе. Дело, как говорится, совсем неблагодарное.
Похоже, это правило работает только у меня.
Ежусь.
Мне дико неприятно, будто мы с Дамиром сделали что-то из разряда «стыдно-ужасно-отвратительно»! А остальные оценили.
Компания вокруг нас начинает громко смеяться, как будто этот пафосный урод только что рассказал лучший стенд-ап в своей жизни.
Мне не смешно.
Не по-настоящему.
- Да, и что? - с улыбкой соглашается Дамир, а потом подносит мою ладошку к своим губам и смотрит мне в глаза с нежностью, - Мне, кроме Кати, никто не нужен.
Мне нравится такой ответ. Я улыбаюсь Дамиру и делаю это искренне, с душой и всей любовью, которая есть в этой самой душе, но настроение тут же портится, когда этот напыщенный козел откидывается обратно на спинку кресла.
Неприятный.
Какой же он неприятный! Ловлю его взгляд своим, он хмыкает, поправляет светлые волосы и выгибает кустистые брови.
- Высокие отношения. Знаете, а это очень трогательно звучит. Примерно, как сказка на ночь для дошколят.
Напрягаюсь. Внутри все крутится в бешеном торнадо, которое нашептывает: вскочи! Давай! и плесни ему в харю этот симпатичный коктейль!
Но Дамир меня тушит.
- Не обращай внимания, Кать, - касается губами виска и облает горячим дыханием со сладким запахом кока-колы, - Даня у нас циник.
- Я не циник, а реалист.
Он снова нагло оббегает меня взглядом, и, наверно, это - финальная точка моего терпения. А может быть, алкоголь, который я выпила, и который развязывает мне язык моментально.
- И в чем же заключается твой реализм? Раздвигать ноги перед каждым встречным? Тогда бы ты не нашел над чем поржать?
За столом звучит «у-у-у…», а Дамир усмехается и чуть сильнее сжимает мои плечи.
- Католик, тормози…
Но я сбрасываю руки с плеч и хмыкаю, продолжая кипеть и смотреть ему в глаза.
- Ну? Так как? Если бы я сказала, что снимаюсь в порнухе и через меня за день проходит десять мужиков, ты бы оценил? Тогда бы наши отношения по праву можно было бы назвать высокими?
Повисает тишина. Стая ждет реакции своего предводителя, а Даня не спешит отвечать, но и не злится. Он просто смотрит. Он просто усмехается. И он просто бесит.
Это снова тот самый взгляд. Такой, будто я перед ним голая, и он вот сейчас-сейчас подойдет, уложит меня на лопатки и поимеет.
Веду плечами.
Он продолжает вести свою игру. Ухмылка стала явнее, будто он рад, что я поняла его мысли, и будто они на самом деле есть.
Они есть?...
Не успеваю сообразить. Даня делает небольшой глоток чистого виски, а потом говорит тихо.
- Любишь бросаться в крайности?
- Это не крайности, а простой вопрос.
- Ну да. Простой вопрос...Только что ты поделила мир на на черное и белое. Что ж. Это вполне ожидаемо…
Для кого-то вроде тебя.
- …Только тьма и свет. Никаких пограничных состояний. Наверно, это дико скучно - сидеть на своем праведном троне и осуждать окружающих?
- Я никого не осу…
- Но если тебе интересно мое мнение, Катерина, то я его озвучу. Отношения между мужчиной и женщиной не должны быть похожи на клетку. То, о чем говоришь ты - это лишь банальные, стандартные условности, которые тебе вбили в голову столпы общества. На них принято опираться, но по факту, если заглянуть за закрытые двери их спален, там будет дикая, вонючая, порочная грязь. Обычно, кстати, те, кто громче орут про мораль - меньше всего ей следуют.
- И какими отношения между мужчиной и женщиной должны быть, по твоему мнению? - говорю тихо, он хмыкает.
- Свободными. Мы - это в конечном счете звери. Нами тоже управляют инстинкты, а ни одни звери не чтут моногамию. Это просто дерьмовый термин, который придумала кучка жирных, страшных баб, чтобы держать своих мужей на привязи. И они держат. А еще всех вокруг заставляют прогибаться под систему и считать, что чем сильнее ты сжимаешь яйца своего мужика - тем круче. Эта хуйня никогда не работает, малышка. Мужчины не умеют хранить верность. Этого нет в нашем ДНК.
- Если ты любишь…
- Любовь! - он усмехается, откидывает голову назад, протяжно вздыхает.
Я чувствую себя еще более неуютно. Знаете? Будто сказала какую-то абсолютную глупость.
Похоже, так и есть. Даня снова возвращается к моим глазам и говорит.
- Это еще более трогательно, малыш. Я бы с тобой поговорил про любовь, но, увы, эта тема займет очень много времени, а мы еще не закончили с первой. Так вот, брак и верность - вещи несовместимые. Рано или поздно все захотят посмотреть на сторону, и если ты держишься за общепринятые, моральные ориентиры, готовься все проебать. Это неизбежно. Это влечет к одним только страданиям, притом двух сторон. И того, на чьей шее затянули цепь, и того, кто эту цепь старается изо всех сил удержать. И…
- Ладно, хватит! - прерывает его Дамир, тянет меня на себя и усмехается, - Прекрати ее пугать своими взглядами.
Даня хмыкает, в последний раз смотрит на меня, а потом переводит взгляд на супругу и улыбается ей…нежно? Кажется, да.
Я же благодарна, что Дамир остановил всю это вакханалию. Мне совсем не нравилось то, о чем говорил этот напыщенный козел.
И при этом я не могла забыть ни одного слова…
Настроение стремительно валилось в бездну.
Поэтому после ужина мы ушли в наш номер - я окончательно затихла и погрузилась в свои мысли. Меня пугало услышанное, если честно. Особенно пугало, что обладатель этих исковерканных принципов слишком близко подобрался к моему Дамиру.
А вдруг однажды он тоже начнет думать что-то подобное?
Липкий страх проник мне под кожу. Я бросаю взгляд на Дамира, который с улыбкой что-то печатает в своем телефоне, и тихо спрашиваю.
- Ты…же не начал думать так, как этот придурок Золотов?
Дам будто только этого и ждал. Усмехнулся, поднял глаза и откинул телефон в сторону.
- Напряглась, да?
- Немного.
Ловко зацепив меня
